Окровавленные руки (ЛП)

  
Аделаида Форрест
 
Окровавленные руки
   
Плейлист
 
"Dancing With Your Ghost" — No Resolve
"You Find Me" — The Sweeplings
"Stuff of Legends" — Daughtry
"Super Psycho Love" — Simon Curtis
"Even If It Hurts" — Sam Tinnesz
"Just Found Heaven" — Daughtry
"Sex & Stardust" — ZZ Ward
"Peace" — Alison Wonderland
"Notorious" — Adelitas Way
"As You Are" — Daughtry
"Secrets" — Written By Wolves
"Hurt" — Christian Reindl feat. Lloren
"I'm Dangerous" — The EverLove
"Guest Room" — Echos
"Ashes" — Braden Barrie
  
Пролог
 
Двенадцать лет назад.
Айвори
Я улыбнулась Маттео, наблюдая за тем, как весело загорелись его глаза, когда я хихикнула над ним. Он дразнил меня, мучая из-за застенчивости, которую я чувствовала, когда он трогал меня, хотя неделю назад я отдала ему свою девственность. Я не могла чувствовать ничего, кроме застенчивости, с тем как его взгляд приобрел новую марку жара.
Не было никакого повторного восприозведения, хотя я отчаянно этого хотела. У нас не было места, чтобы пойти, не погубив свою репутацию, и Маттео утверждал, что я слишком милая для возни на заднем сиденье в его машине.
Я позволила себе не согласиться, по крайней мере, после того, как он показал мне секс.
Юмор в его глазах внезапно исчез, превратившись в холодную маску, которую мне не нравилось видеть на его лице, когда он смотрел через мое плечо. Это не было чем-то необычным. Это отстраненное выражение его лица было тем, что все видели в Маттео Белланди. Когда я снова повернула его лицо к себе и встретила его взгляд своими, улыбка соскользнула с моего лица, медленно перейдя в опасение.
Он смотрел на меня с таким же жестоким выражением.
Тот, который он никогда не использовал для меня.
— Нам нужно поговорить, Айвори.
Даже его тон стал холодным. Нет жизни в этом, его юмор всего мгновение назад ушел в прошлое.
Я просто не осознавала, что это будет последний раз, когда я почувствую, что что-то значу, что я особенная.
Айвори.
А не его Ангел.
Но Айвори.
Я отпрянула, моя рука оторвалась от гладкой кожи его челюсти, и я в замешательстве посмотрела на него. Я не могла придумать, что я могла сделать, чтобы оправдать такое изменение в поведении.
— В чем дело? — прошептала я.
— Выпускной через несколько дней. Нам пора идти разными путями. — Я бы поклялась, что знала Маттео, поклялась бы, что знала мальчика, которого любила всеми фибрами своего существа, настолько, что узнавала тиканье в его челюсти. Разочарование разъедает его лицо, даже несмотря на непроницаемую холодность, которую он излучал.
Я была неправа.
— Ч-что? — Я запнулась, вздрогнув, когда его руки отпустили мою талию, и он отступил на более вежливое расстояние. Я смотрела на других студентов, ненавидя то, что они смотрели, как мне вырывают сердце. Он ослепил меня, и, судя по перешептываниям подростков, задержавшихся на лужайке перед школой, я была не единственной.
— Да ладно, Айвори. Ты же не думала, что осенью я поеду в колледж с подружкой из старшей школы, которая будет связывать меня, не так ли?
Он провел рукой по волосам, бросив кокетливую улыбку через мое плечо в сторону неизвестного человека позади меня. Он еще не закончил меня бросать, а уже флиртовал.
— Почему? Почему ты… почему ты трахнул меня, если ты просто собирался меня бросить? — прошипела я, собираясь с духом и пытаясь сдержать слезы, грозившие появиться. Как бы я не была разбита, я не могла позволить ему увидеть это.
— Ты смотрелась в зеркало? — Он ухмыльнулся мне, как будто лишить меня девственности и бросить меня в течение недели было приемлемо. — Ты горячая задница, детка. Залезть тебе в штаны было целью целого года, который я потратил на то, чтобы доставить тебя туда. Теперь у меня это получилось.
 
Он пожал плечами, и я вздрогнула.
Я не знала этого мальчика.
Я его совсем не знала.
— Ты не это имеешь в виду, — взмолилась я хриплым шепотом, когда начала проигрывать битву с собственными эмоциями.
— Ты не можешь иметь это в виду, — повторила я.
— Милая, наивная Айвори. В каком мире ты живешь, так застряв в своей хорошенькой головке? Лев не любит ягненка, Айвори. — Он покачал головой, прижав большой палец к моим дрожащим губам, устах, которые он так любил.
— Ты была неплоха… для девственницы.
Испуганный всхлип вырвался наружу.
— Увидимся, Айвори. Эй, Шона! Подожди! — крикнул он, обегая вокруг моего застывшего тела.
Шона.
Девушка, с которой он трахался до того, как начал встречаться со мной. Тот, кто целый год мучил меня, что скоро со мной покончит, и всегда возвращался к ней.
Я замерла, выйдя из транса только тогда, когда рядом со мной появилась Сэди.
— Эй, милая. Давай вытащим тебя отсюда, хорошо? — спросила она, и, кажется, я кивнула. Слезы текли по моему лицу, но я не могла понять почему.
Мне не было грустно.
Я ничего не чувствовала.
В глубине души я знала, что это ненормально. Я не должна быть онемевшей.
Это была только старшая школа, только моя первая любовь. Будут и другие, пытался я напомнить себе.
Но даже тогда я знала, что никто никогда не заставит меня чувствовать себя так, как Маттео.
Я повернулась, чтобы уйти, но Дюк вторгся с другой стороны, уводя меня с лужайки в сторону, куда ушел Маттео. Это не помешало мне увидеть его, он обнимал одной рукой Шону, а другая рука была засунута в задний карман ее джинсов.
И все же не было ничего, кроме вибрации в ушах, когда меня охватило неверие.
Я любила его.
И я была ничем все это время. Ничего, кроме ещегалочкой в его коллекции женщин.
Прошептавши мне Сейди, позволив Дюку прижать меня к себе, пока они вели меня к его машине на стоянке. Сэди забралась на заднее сиденье, оставив меня пассажиром. Дюк вел машину, положив руку мне на колено и делая круги большим пальцем, что должно было успокаивать.
Только когда мы добрались до моего дома и они отвели меня к моей кровати, я разрыдалась.
Кровать, на которой он занимался со мной любовью.
Ну, очевидно, кровать, на которой он трахал меня.
— Тсс, все в порядке, дорогая, — успокаивал Дюк, обвивая меня руками и прижимая к своей груди. — Ты будешь в порядке.
— Я люблю его, — захныкала я.
Его тело замерло, прежде чем он провел рукой по моим волосам.
— Знаю, сладкаяая. Я знаю это. Он такой идиот.
Я смутно слышала, как Сэди всхлипывает позади меня, когда она провела рукой вверх и вниз по моей спине, поддерживая меня.
— Я никогда не смогу вернуться в школу, — запротестовала я, понимая, что все видели мое публичное унижение.
— Ты пойдешь завтра в эту школу с гордо поднятой головой и притворишься, что тебе на него наплевать.
Я кивнула в ответ, но мы оба знали, что это чушь собачья, я не Сэди, у меня не хватило сил притворяться.
Мы погрузились в молчание, мое сердце ожесточалось с каждой упавшей слезой.
У меня никогда больше не будет разбитого сердца.
Ни один мужчина не стоил этого.
  
Первая
 
Айвори
С вырезкой, размазанной дижонской горчицей и завернутой в охлажденом прошутто в холодильнике, я приступила к приготовлению слоеного теста. Я раскатала его, мне нужна была идеальная толщина в четверть дюйма, чтобы я не пережарила говядину, я стала ждать, пока тесто пропечется до золотистой корочки.