Доверься любви

Горячая ванна и пицца по-гречески с черными оливками ей не помешают. Карин поехала вниз по улице к своему дому. Сад Кэмдена был весь в цвету.
Когда на работе все уладится, она обязательно придет сюда и нарвет букет пионов.
Возле ее дома была припаркована машина. Карин резко затормозила. Эта машина так похожа на машину Стива.
С губ ее сорвался стон ужаса. Разве не это снилось ей? Неужели этот кошмар будет преследовать ее и наяву? Как будто Стив не умер. Он целый год наблюдал за ней, играл с ней в кошки-мышки. Хотел, чтобы у нее создалось обманчивое ощущение безопасности, а затем жестоко развеял его.
В тени виноградных лоз, обвивавших парадное крыльцо, стоял мужчина. Заметив ее, он спустился ей навстречу.
У этого мужчины были черные волосы. Не светлые. Это не Стив, это был Рэйф.
Карин медленно вылезла из машины.
Взглянув на нее, Рэйф схватил ее за руку.
— Карин, ради бога, что с тобой?
— Я думала, что ты — это… в общем, я испугалась, когда увидела тебя здесь.
Его глаза сузились.
— За кого ты меня приняла?
Разозлившись, Карин отдернула руку.
— Ни за кого! Что ты здесь делаешь, Рэйф Холден? Не помню, чтобы я тебя приглашала.
Он одарил ее такой очаровательной мальчишеской улыбкой, что она опешила.
— Не приглашала. Я знаю. Если б я попросил, ты бы отказала. Поэтому я приехал без приглашения.
Ведь сработало?
— Ты абсолютно прав. Я бы отказала.
— Я приглашаю тебя пообедать вместе. — Рэйф оглядел ее снизу вверх: от грязных ботинок до пятна на щеке. — В таком виде тебя вряд ли пустят в ресторан.
— Некоторые вынуждены зарабатывать на хлеб насущный.
Его улыбка стала еще шире.
— Думаешь, меня легко оскорбить, Карин? — Он протянул руку и взъерошил ей волосы. — Я так рад видеть тебя снова.
Карин еле сдержала улыбку.
— Жаль, что не могу сказать тебе того же. Ты приехал всего через День после сообщения Фионы о ее свадебных намерениях.
— Зачем зря терять время?
— Ты приехал за сочувствием?
— Я уже давно решил, что не могу жениться на Фионе.
— И я должна в это поверить?
— Конечно. Это произошло, когда я впервые увидел Фиону и Джона вместе. Они были так счастливы, так влюблены друг в друга, — он запнулся. — Я подумал: если Фиона смогла нарушить правила, то почему бы мне не повидать тебя? И вот я здесь.
В его темно-синих глазах горели искорки смеха.
— Ты что, целый день боролась с грязью?
Раздраженно вздохнув, Карин распрямила уставшую спину.
— Я сделала прививки тридцати трем овцам. И ни одна из них не была от этого в восторге. Тебе надо как-нибудь попробовать. Это действует усмиряюще.
Он рассмеялся.
— Звучит так, будто победили они.
— Была одна, которая почти это сделала.
Она ни за что не улыбнется!
— Я иду домой, приму горячую ванну и закажу пиццу. Ты можешь ехать обратно в аэропорт.
— Не очень-то гостеприимно с твоей стороны.
— Думаешь, меня так легко оскорбить, Рэйф?
— Я не могу сейчас лететь домой. У меня с собой фотографии Фионы и Джона. Она не простит мне, если я не покажу их тебе.
— Оставь их и убирайся.
— И не надейся. Мы пойдем обедать. Я все уже устроил.
— Мой сосед. Боб Кэмден, был футбольным защитником. Если я скажу ему, что ты мне докучаешь, он тебя вышвырнет.
— Ну это вряд ли. Ты когда-нибудь слышала про черный пояс по карате? Карин, ты такая красивая, когда сердишься.
— Перестань!
— И выглядишь такой уставшей.
Рэйф взял ее за руку и потащил к дому.
— Где ключи?
Его пальцы обжигали. Все мысли куда-то испарились. Ей хотелось лишь броситься к нему на шею и поцеловать.
Карин нащупала в кармане ключ и неуклюже вставила его в замок. Испытав тот же ужас, что и прошлой ночью, она посмотрела на Рэйфа и сказала:
— Рэйф, ты напугал меня до смерти. Я не хочу снова испытывать боль.
Она все еще горюет о муже, подумал он.
— Я меньше всего хочу этого.
— Тогда возвращайся домой и оставь меня в покое…
— Нет. Не сейчас, — сказал Рэйф таким тоном, какого она еще не слышала, и это ужаснуло ее.
— Что ты здесь делаешь? — закричала Карин.
 
— Жду тебя. Не забывай о четырехчасовой разнице во времени. Я проголодался.
— В Шарлоттауне много ресторанов, где будут рады тебя накормить. А затем ты можешь первым же рейсом отправиться в Галифакс и оттуда — в Англию. Ты успеешь.
— Я прилетел на собственном самолете, — невозмутимо сказал Рэйф, — он в аэропорту Шарлоттауна.
Пока ты расшнуруешь свои ужасные ботинки, я наполню ванну.
— У тебя собственный самолет! — фыркнула она, уронив на пол связку ключей. — А это очень практичные ботинки. Они защитят, если мне на ногу наступит бык весом в тысячу семьсот фунтов.
Рэйф, конечно, этого не знал, как не знал и того, что под зеленой мужской рубашкой она носит шелковый бюстгальтер цвета слоновой кости, украшенный кружевом. Сексуальное нижнее белье было одной из ее слабостей. Как и духи. Она всегда любила красивое белье, но Стив не одобрял этого. Однажды он даже обвинил ее черт знает в чем, когда увидел, что она ходит на работу в кружевном белье.
Будто у нее было время на других мужчин. Но все-таки она убрала красивое белье и стала носить простое хлопковое.
— Ты где-то далеко, — сказал Рэйф.
Ее ресницы дрогнули.
— Да. Извини.
— О чем ты думаешь?
— Я просто устала, — ответила Карин и нагнулась, чтобы развязать шнурки.
Его губы легко коснулись ее затылка. Не дожидаясь ее реакции, Рэйф пересек холл и поднялся наверх, Ничего не изменилось, ужаснулась Карин. Она по-прежнему хотела его.
Впрочем, слово хотела не могло в полной мере выразить чувства, которые она испытывала от его малейшей ласки. Рэйф сводил ее с ума.
Стив тоже сводил ее с ума. Господи, неужели весь этот кошмар продолжается?
Расшнуровав второй ботинок, Карин поставила его на коврик рядом с первым. Над головой она слышала шаги, затем звук льющейся воды. Эти звуки только разожгли ее ярость. Рэйф захватил ее врасплох. Ей нужно время, чтобы прийти в себя, и будь она проклята, если позволит ему добиться своего.
Карин пошла наверх. Ванная комната благоухала восхитительным ароматом фрезий. Она прочитала этикетку на флаконе и спросила:
— Откуда это здесь?
— Я привез с собой.
— Это же стоит целое состояние.
— Вряд ли.
— Ты не можешь делать мне такие дорогие подарки!
— Надень что-нибудь легкомысленное, — сказал Рэйф. — Тебе понравится там, куда мы пойдем.
— Не издевайся надо мной.
Разве Стив так же не манипулировал ею?
Рэйф молча смотрел на нее. Она так измучена, подумал он, испытывая угрызения совести. Кажется, она пришла в ужас, когда увидела его сегодня.
Наклонившись, чтобы закрыть краны, он сказал:
— У меня полно денег. И это очень скромный подарок. Я только хочу доставить тебе удовольствие.
Она помолчала.
— Где ты хочешь пообедать?
— Ты готова полностью довериться мне?
— Это вопрос, — с вызовом сказала Карин.
— Я имел в виду только обед.
В этих словах была лишь доля правды. Но, к счастью, она согласилась. Если бы он больше знал о муже Карин, то, возможно, действовал бы иначе.
Связан ли тот ужас, который она испытала при виде его, с ее мужем?
Раз уж он здесь, надо все разузнать о Стивене Паттерсоне. Хотя он уже давно мог навести справки о нем, что-то удержало его от этой затеи. Да, ему нужно разузнать все о Карин — ради Фионы и себя самого. Но сейчас он хотел, чтобы она сама рассказала ему о Стиве.
— Я подожду тебя внизу, — сказал Рэйф и вышел из ванной.
Проходя через скромную гостиную в маленькую столовую, Рэйф подумал, что не хочет ждать внизу.
Он хотел бы быть в ее постели.
Но разве прошлая жизнь его так ничему и не научила? Неужели он совершит дважды одну и ту же ошибку?
Его взгляд скользнул по собранию книг и журналов, ярким подушкам и нескольким украшениям. На журнальном столике стояла фотография супружеской пары. Обоим было за сорок. Рэйф понял, что это приемные родители Карин. Фотографии ее мужа он не нашел нигде.