Безрассудная Джилл. Несокрушимый Арчи. Любовь со взломом

Чтение мыслей не было в числе дарований Дерека, и за Джилл он мог наблюдать только со стороны. Как всегда, ее красота и изящество волновали его чувства. Не в первый, не во второй и даже не в третий раз он поразился ее обаянию, столь неотразимому при встрече, но слабеющему в разлуке. Собравшись с силами, он предпринял еще одну попытку придать разговору возвышенный тон.
– Какой же я был дурак, Джилл! – тяжко вздохнул он. – Сможешь ли ты когда-нибудь простить меня?
Он попытался взять ее за руку, но Джилл искусно увернулась.
– Ну конечно же я тебя простила, Дерек! Было бы что прощать!
– Как это, что прощать?! – У Дерека немного отлегло от души – беседа входила в предначертанное русло. – Я поступил как скотина, как хам!
– Да ну, брось!
– Именно так! А потом… как я переживал! Прошел через настоящий ад.
Джилл отвернулась, скрывая улыбку. Удержаться было трудно, хоть и не хотелось обижать Дерека. Она не сомневалась, что он рано или поздно произнесет эти слова.
– Джилл! – Он ошибся, приписав ее жест потрясенным чувствам. – Скажи мне, что все осталось по-прежнему!
Она вновь повернулась к нему:
– Боюсь, не могу этого сказать, Дерек…
– Что ж, конечно… – вздохнул он, расслабляясь в уютном ореоле мужественного раскаяния. Образ кающегося сильного мужчины импонировал ему. – Нельзя требовать слишком многого, я понимаю. Когда мы поженимся…
– Ты правда хочешь на мне жениться?
– Джилл!
– Нет, серьезно?
– Как ты можешь сомневаться?!
Джилл прищурилась.
– А ты подумал, что это значит?
– В каком смысле?
– Ну, твоя мать…
– О! – Дерек величественным жестом сбросил со счетов леди Андерхилл.
– Ты все же подумай! – настаивала Джилл. – Если она не одобряла нашего брака прежде, то тем более не одобрит теперь, когда я нищая хористка…
Он сдавленно поперхнулся.
– Хористка?
– Разве ты не знал? Я думала, Фредди просветил тебя.
– Хористка… – пролепетал Дерек. – Я думал, ты гостья миссис Пигрим.
– Ну да, вместе с остальной труппой.
– Но… но…
– Сам видишь, все не так просто. – Лицо у Джилл было серьезно, но губы подергивались. – Ты человек довольно известный, не так ли? Если вдруг женишься на хористке…
– Никто не узнает… – промямлил он.
Джилл закатила глаза.
– Не узнает?! – рассмеялась она. – Ты плохо знаешь нашего пресс-агента. Такая реклама! Хористка из мюзикла вышла замуж за баронета и члена парламента, будущего министра. На другой же день это будет на первых страницах всех газет, целые колонки с фотографиями! Следом – подробные статьи с иллюстрациями в воскресных номерах. А потом все это уйдет по телеграфу в Англию и появится там! Ты ведь очень важная персона, Дерек…
Он сидел, вцепившись в ручки кресла, бледный как мел, и силился что-то выдавить пересохшим ртом. Вовсе не склонный недооценивать свою значимость в глазах публики, Дерек никогда прежде не думал о неудобствах такой известности. Одно дело противостоять гневу леди Андерхилл, и совсем другое, когда…
Джилл наблюдала за ним с любопытством и некоторой жалостью. Угадать его мысли было так легко… Интересно, что он ответит, как выпутается из трудной ситуации? Никаких иллюзий на его счет не оставалось, как и малейшей надежды на победу благородства в его душе.
– Нехорошо бы вышло, да? – усмехнулась Джилл, но тут же ощутила укол жалости. Дерек поступил дурно, и какое-то время даже казалось, что разбил ей сердце навсегда, но теперь он страдал, а Джилл не могла спокойно смотреть на страдания ближних. – Кроме того, – добавила она, – я помолвлена с другим.
Смысл ее слов постепенно проникал в его сознание, и Дерек медленно оживал, как задыхающийся, к чьим губам поднесли кислородную подушку.
– Что?! – воскликнул он, будто очнувшись.
– Я выхожу замуж за другого. – повторила Джилл. – Его зовут Уолли Мейсон.
Дерек нервно сглотнул. Меловая бледность сменилась багровым румянцем, а облегчение во взгляде под густыми бровями – искренним возмущением.
– Могла бы сразу предупредить, – надулся он.
Джилл весело рассмеялась.
– Да, пожалуй, стоило.
 
– Поиздеваться решила!
Она похлопала его по плечу.
– Не обижайся, больше не буду. Забавно вышло, да?
– Забавно?!
– Потанцуем? Слышишь, как раз объявили новый танец!
– Я не собираюсь танцевать!
Джилл поднялась с кресла.
– А я собираюсь! Так счастлива, что не могу сидеть спокойно. Ладно, Дерек, прощай – на случай, если больше не увидимся. Приятно было встретиться после долгой разлуки… А ты совсем не изменился!
Он смотрел, как она скользнула по проходу, взбежала по лесенке на сцену и исчезла в вихре танца. Потянулся за портсигаром, открыл и обнаружил, что сигареты закончились. Невеселый байронический смех сорвался с его губ – пустота казалась символичной.
3
Отправившись на поиски единственного знакомого, у которого мог угоститься сигаретой, Дерек вскоре обнаружил Фредди в темном углу вдали от веселящейся толпы. Это был совсем не тот озабоченный Фредди, что вернулся в ложу после беседы с дядюшкой Крисом. Привалившись к декорации, юноша запрокинул голову, изумленное лицо его сияло счастьем. Он так погрузился в свои мысли, что не заметил друга, пока тот не окликнул:
– Фредди, сигаретки не найдется?
– Привет, старина! – Фредди оторвал взгляд от потолка. – Сигаретку? А как же, со всем удовольствием! Сигареты, сигареты… где же они у вас, мистер Рук? А, вот! Держи! – Он протянул портсигар, и Дерек мрачно вытянул сигарету, находя жизнерадостность друга детства совершенно несносной. – Послушай, Дерек, дружище, случилось нечто невероятное! В жизни не догадаешься! Короче, переходя без лишних слов сразу к кульминации, я помолвлен! Так-то вот, старичок! Ну, ты меня понимаешь – женюсь!
– Угу, – кивнул Дерек, хмуро затягиваясь.
– Что, не веришь? – Фредди глянул озадаченно. Друг не выражал восторга, хотя некоторый энтузиазм был бы вполне ожидаем. – Я и сам до сих пор поверить не могу.
Только тут Дерек вспомнил о хороших манерах.
– Поздравляю, – буркнул он. – Я с ней знаком?
– Еще нет, но скоро познакомишься. Она из этой труппы, в музыкальном ансамбле. Зовут Нелли Брайант, красотка потрясающая – высший класс! Тебе точно понравится, старик.
Дерек поднял изумленный взгляд.
– Святые небеса!
– Просто диву даешься, как нежданно-негаданно это случается! – продолжал Фредди. – Так-то, если припомнить, я всегда считал ее красоткой, но чтобы жениться… ничего подобного и в мыслях не было – ну, ты понимаешь. Мы дружили и все прочее, но кто мог ожидать, что ей придет в голову связать свою жизнь с таким, как я! Просто вроде как общались, весело проводили время и тому подобное… а потом то одно, то другое – в общем, сегодня вечером я что-то приуныл, а Нелли была такая милая, все утешала… и вдруг, такое дело, у меня будто старая добрая пелена взяла да и упала с глаз, если ты понимаешь, о чем я! Словно бы сам себе в душу заглянул и спросил: «Фредди, приятель, что с тобой такое творится? Не упускаешь ли ты свое счастье?» Раскинул мозгами и, черт возьми, понял: так оно и есть! Ты просто понятия не имеешь, какая Нелли чувствительная и отзывчивая! Ты только представь, я скис совсем, навалилось тут много всякого, решил было уже, что вся жизнь один обман и западня, а Нелли меня подбадривает и так далее… и вдруг – раз, и мы уже целуемся! А глаза у нее такие – не оторваться… ну, ты меня понимаешь. Мы одни, рядом никого… ну, короче, старина, я и решился. Говорю: «Давай поженимся!», а она только и спрашивает: «Когда?» Так оно и вышло, знаешь ли… Теперь, стало быть, поскачу в ратушу за лицензией. Говорят, без нее никак, если хочешь спроворить дельце по всем правилам. А уж потом – вперед и с песнями, к святому отцу! Неплохо все склеилось, как ни глянь, а? Счастливы до гроба и все такое прочее… – Тут Фредди прервал свое довольно бессвязное повествование, сообразив, что дает основания для обвинений в излишней болтливости. – Слушай, ты извини, что я так подробно, – смутился он. – Просто ни одна девушка до сих пор не взглянула на меня второй раз, вот в голову и ударило, такие дела… решил поделиться и все такое. Теперь твоя очередь, старина! Устраивайся поудобнее, как говорят в романах, и поведай мне свою историю. Ты, само собой, успел уже повидаться с Джилл?