Безрассудная Джилл. Несокрушимый Арчи. Любовь со взломом

Потому неудивительно, что Фредди испытывал ту бездонную тоску, что одолевает крестьянина из русских романов, когда тот после тяжких дневных трудов, задушив отца, поколотив жену и бросив ребенка в колодец, лезет в буфет и обнаруживает, что бутылка водки пуста.
Фредди совсем пал духом и, как всегда теперь в минуты скорби, стал размышлять о Джилл, чья беда стала для него вечным источником душевных страданий – ведь за разрыв помолвки он с самого начала винил себя.
Не отправь он тогда Дереку записку из полицейского участка, тот никогда не узнал бы о досадном происшествии и все бы обошлось. А теперь вдобавок стало известно о разорении Джилл со всеми его последствиями.
Известие поразило Фредди ударом молнии, которую направил Ронни Деверо.
– Эй, приятель! – окликнул его Ронни на прошлой неделе. – Слыхал последнюю новость? Твой дружок Андерхилл разорвал помолвку с Джилл Маринер.
– Ага, – вздохнул Фредди. – Паршиво, что и говорить.
– Еще бы не паршиво! Так не поступают. Как можно бросить девушку только потому, что она потеряла состояние. Просто ни в какие ворота!
– Потеряла состояние? В каком смысле?
Ронни удивился неосведомленности Фредди и заверил, что факт абсолютно достоверный, из самых надежных источников. Подробности пока неизвестны, но Джилл осталась без гроша. Андерхилл тут же открестился от нее, и несчастная сбежала из столицы неизвестно куда.
Что, Фредди повстречал ее, и она сказала, что отплывает в Америку? Ну, значит, в Америку… Но главное – эта свинья Андерхилл дал ей отставку из-за того, что она разорилась – вот что по-настоящему паршиво! Чем меньше у невесты денег, тем вернее должен быть жених – так полагал Ронни Деверо.
– Но… но дело совсем в другом! – бросился Фредди на защиту своего кумира. – Все было иначе! Дерек понятия не имел, что Джилл разорилась, и разорвал помолвку из-за… – Он вдруг запнулся. Не хватало еще, чтобы все узнали про полицию и арест, а так и будет, если поделиться с Ронни. – Причина совсем не в том!
– Ну конечно! – скептически хмыкнул Ронни.
– Так и есть!
Ронни покачал головой.
– Да не верь ты этому, старик, не верь! Логика подсказывает, что все из-за того, что бедняжка разорилась. Ты бы так не поступил, и я тоже, а этот Андерхилл взял, да и поступил! Вот и все. Что сделано, то сделано. Понимаю, Фредди, он твой друг, но в следующий раз, когда я его встречу, руки не подам, клянусь честью! Прямо жаль, черт возьми, что мы не знакомы!
Тот разговор сильно расстроил Фредди. Когда пару дней назад Дерек, задумчивый и молчаливый, вернулся в Олбани, они пошли обедать в свой клуб, и Фредди расстроился еще больше. Обычно его столик становился центром притяжения для старых добрых знакомых. Кто с чашечкой кофе подсядет, кто просто поболтать, и все такое прочее – красота! Однако в тот раз не подсел никто, все уносили свой кофе к другим столикам. В клубе потянуло неприятным холодком, который Фредди остро ощутил, хотя Дерек вроде бы не заметил. Дошло до него только вчера в Олбани, когда вышла та неприятность с Уолли Мейсоном…
– Привет, старичок! Извини, что заставил ждать, – прервал тягостные размышления Фредди гостеприимный хозяин.
– Привет!
– Сейчас пропустим по маленькой, – потер руки Элджи Мартин, – и перейдем к старым добрым закускам. Да, припозднился я, вижу. Не заметил, как время летит.
За супом Фредди все еще пребывал в тисках скорби. Живительному джину с вермутом на сей раз не удалось сделать свое благородное дело. Гость прихлебывал его так хмуро, что Элджи забеспокоился.
– Хандришь? – участливо осведомился он.
– Есть немного.
– Не на ту лошадку поставил?
– Да нет…
– Живот барахлит?
– Нет… Переживаю за…
– За кого?
– За Дерека.
– Что за Дерек?.. А, ты про Андерхилла!
– Ну да.
Элджи с неожиданным интересом понаблюдал, как ловко увертывается от его ложки морковный кружок в тарелке.
– Вот как? – сухо обронил он. – Что же с Андерхиллом стряслось?
Поглощенный своими мыслями, Фредди не обратил внимания на внезапную холодность приятеля.
 
– Чертовски неприятно вышло, знаешь ли. Вчера утром я только собрался в клуб, как слышу звонок в дверь. Баркер доложил, что явился какой-то Мейсон. Я такого в упор не помнил, но Баркер сказал, что тот утверждает, будто знаком со мной с детства… Так вот, и впрямь оказалось, что мы сто лет назад жили по соседству в Вустершире. То есть сначала я только глаза таращил, но потом в черепушке прояснилось, и вспомнил. Уолли Мейсон его зовут… Как ни странно, он со мной еще в театре «Лестер» заговаривал – перед тем самым пожаром, – но я не узнал его тогда и отбрил. Сам знаешь, как бывает: подваливает тип, никем не представленный, и влезает в разговор. В общем, буркнул я что-то в ответ и слинял.
– Ну и правильно, – согласился Элджи, всецело одобряя такую приверженность светскому этикету. – Что тут поделать?
– Короче, вчера он снова появился и объяснил мне, кто он, тут я и припомнил. Мы же в детстве играли вместе… Что это, семга? Отлично… Ну, в общем, я расстарался, выставил херес и все такое… поболтали о старых добрых деньках… ну и так далее – сам понимаешь. Затем он перевел разговор на Джилл. Он ведь ее тоже знал в те времена, что и меня, в Вустершире. Мы все тогда дружили. Ну так вот, этот Мейсон, похоже, прослышал где-то, что Джилл разорилась, и спросил, правда ли это. Я заверил, мол, так и есть. В точности, как вышло, не скажу, но мне Ронни говорил, а Ронни знает от кого-то, кто всегда в курсе, ну и все такое… «Чертовски обидно, – говорю ему. – Она потом в Америку уехала, слыхал?» «Нет, – отвечает он. – Я знаю, она замуж собирается». Ну, само собой, я ему сказал, что помолвку разорвали. Мейсон помолчал, а потом спрашивает: «Точно?» «Точнее не бывает», – отвечаю. «Джилл разорвала?» «Нет, – говорю, – вообще-то, Дерек». Он говорит: «О!»… Что? Да, кусочек фазана будет кстати… Так, на чем я?.. А, ну да, он говорит: «О!» Но еще до того, должен тебе сказать, он пригласил меня пообедать, а я ответил, что обедаю с Дереком, и Мейсон сказал «окей», мол, пойдем все вместе, или что-то в этом роде. Дерека тогда дома не было, вышел прогуляться, и я его ждал. Тут как раз он возвращается, в ту самую минуту, понимаешь… Я говорю, наконец-то, мол, и представляю ему Уолли Мейсона. Ну, как обычно: «Ты знаком с Андерхиллом?» и так далее. И тут…
Фредди прервался и осушил свой бокал. Воспоминания о том болезненном моменте вызывали у него нервную дрожь, как и любые светские недоразумения.
– И что? – спросил Элджи.
– Просто жуткое дело! Дерек протягивает руку – ну, как положено, когда знакомишься – а Уолли… он как бы и не видит его, смотрит мимо и говорит только со мной, словно мы одни! Ты только представь себе!.. Вот гляди: тут стою я, где нож лежит, Дерек с протянутой рукой – где вилка, а Мейсон здесь – кусочек хлеба. Смотрит на часы и выдает: «Извини, Фредди, но меня ждут обедать, пока-пока!» Сказал и ускакал себе – как будто никаких Дереков на свете нет и никогда не было! – Фредди потянулся к бокалу. – В общем, жуткая неловкость вышла – подумать только, учинить такое у меня в доме! Даже и не припомню, когда себя чувствовал настолько паршиво.
Взгляд Элджи Мартина был суров и непреклонен.
– Твой Мейсон, – твердо заявил он, – поступил совершенно верно!
– Да нет, я в том смысле, что…
– Абсолютно верно! – перебил Элджи. – Дать невесте отставку только из-за того, что она разорилась, и надеяться, что никто не заметит? Не выйдет! Если хочешь знать мое мнение, твой дружок Андерхилл – понятия не имею, что ты в нем нашел, но спишем на школьную дружбу и прочее… так вот, если хочешь знать, твоему дружку сейчас стоило бы метнуться следом за Джилл и жениться на ней поскорее, либо уж залечь поглубже на дно, пока эта мерзкая история как следует не забудется. Потому что и мы с Ронни, и Дик Уимпол, и Арчи Стадд, и все наши – мы знаем Джил и считаем, что она высший класс! Мы много раз ее видели то там, то здесь, танцевали с ней, разговаривали – и, понятное дело, спускать Андерхиллу эту его выходку не намерены! Он не то чтобы из наших, но почти все знакомые у нас с ним общие, так что слухи уже ходят, сам понимаешь. Моя сестра, близкая подруга Джилл, голову дает на отсечение, что теперь ни одна девушка словом не перемолвится с Андерхиллом. Так-то вот, Фредди – если он ничего не предпримет, и в хорошем темпе, то скоро ему в Лондоне станет жарковато!