Право на дочь (СИ)

— Не говори ерунды, — выдыхаю.
Борцов нависает надо мной так близко, что между нашими лицами остаются считанные миллиметры. Но по какой-то причине я не могу заставить себя отвернуться. Смотрю на него как загипнотизированная.
В голубые глаза, в которые я не смотрела четыре года, и, в то же время, все эти четыре года продолжала видеть их на Асином лице. Ставшие за этот срок такими чужими и самыми родными одновременно.
— Тогда чего ты так дрожишь, Снежинка? — шепчет, упираясь лбом в мой лоб. — Слишком бурная реакция для женщины, которой всё равно.
Наши губы практически соприкасаются. Тяжело сглотнув, я опускаю на них взгляд. И в этот же момент вижу, как Борцов специально дует на мои губы, медленно опаляя их своим дыханием. От чего по моему телу проходит волна горячей дрожи. Стекает к низу живота, и он начинает ныть, стянутый знакомым спазмом.
Закрыв глаза, вдыхаю запах Лёшиного парфюма, который за всё это время он так и не сменил.
И от этого становится ещё тяжелее. Ведь я знаю этот запах. Он такой родной. Я помню, как дышала им четыре года назад на полу его съёмной квартиры.
Наш единственный раз, которого хватило, чтобы появилась Ася...
— Мамотька, ну сто вы там так долго стоите! Пойдём я тебе насу комнату показу!
Вздрагиваю, услышав Асин голос и быстрый топот маленьких ножек и, резко распахнув глаза, отталкиваю от себя Борцова.
— Мам, тего вы тут стоите? — снова переспрашивает, встав напротив нас и хмуря брови.
— Я..., — перевожу растерянный взгляд на Лёшу и снова возвращаю его к дочери. — Я пальто просто снимала, малыш. Пойдём, что ты мне там хотела показать?
Асёнок хватает меня за руку и изо всех сил тянет вглубь квартиры. Я успеваю только мельком зацепить взглядом обстановку.
Ну, что могу сказать, у Борцова большой дом. Хотя, в общем-то я и не ожидала, что будет иначе.
Одна кухня-гостиная только метров тридцать, не меньше. Высокие потолки с неоновой подсветкой по периметру. Сейчас она выключена, но, я думаю, что ночью это должно выглядеть красиво. Такой интимный тусклый свет неона, который рассеивается по периметру.
— Пап, а это сто такое? — Ася тычет пальцем в огромный тонкий тканевый экран на всю стену.
— Это проектор. На нём можно смотреть кино.
— Плям на этой тляпотьке? — удивлённо округляет глаза? — Это как?
— Я тебе вечером покажу, давай? Расстелим диван, зашторим все окна, выключим свет и включим проектор.
— А мультики по нему показывают?
— И мультики тоже показывают, — улыбается. — Давай пока вещи ваши с мамой закинем в комнату, а потом я тебе уже покажу, что тут ещё интересного есть.
Асёнок, радостно взвизгнув, тащит меня к белой раздвижной двери, которую она, по всей видимости, умудрилась отыскать, пока мы с Борцовым застряли в прихожей.
— Мам, смотли! Тут целый замок плинцессы!
Малышка отодвигает лакированную дверь в сторону, и я попадаю... в ту самую комнату, которую представляла в своих фантазиях.
  
55 глава
 
Снежана
— Когда ты успел? — это всё, что мне удаётся выдохнуть.
Я неспешно прохожу в комнату, которую Лёша, очевидно, обустроил специально для Асёнка, и не знаю на чём в первую очередь сосредоточить взгляд, потому что здесь так много деталей, что хочется рассматривать и рассматривать.
Малышка, в отличие от меня, смело бежит вперёд и начинает радостно хватать всё, что видит, и прыгать по всем пригодным для этого дела поверхностям.
— Я торопился, — отвечает Лёша, стоя позади меня.
Не могу поверить, что такую красоту можно было создать настолько быстро. Словами не передать, какую потрясающую комнату Лёша соорудил для дочери.
— Мама, смотли, сколько иглусек! — визжит Ася, прыгнув на диванчик, полностью заставленный игрушками.
Там и куклы, и плюшевые медведи с тиграми и слонами всех цветов. Одного из медвежат она хватает и ныряет в специально сооружённую кровать, которая находится будто внутри нежно-сиреневого замка.
— Я сто ли тут спать буду?!
— Ага, — хмыкает Лёша, подойдя ближе к замку-кровати. — А ещё знаешь, что тут можно?
 
— Сто, пап?
Борцов поднимает Асю на руки и сажает наверх. В небольшой башенке сверху есть углубление, куда можно забраться по лесенке.
— Наблюдать за своими подданными свысока, как настоящая принцесса.
Асёнок громко хохочет.
— У меня зе нет подданных!
— А как же игрушки? — Лёша указывает рукой на кучу игрушек. — Чем тебе не подданные? Подходят?
Малышка довольно кивает.
— А мозно я буду не плосто плинцессой, а плинцессой феей?
— Конечно. А завтра можешь быть принцессой эльфов. Мы даже специальные ушки тебе купим для этого.
— Клуто! Спасибо, папотька! — улыбается Ася и тянется ручками к Лёше.
Он тут же её обнимает, снимает с башни и прижимает к груди.
У меня сердце разрывается на лоскуты от этой картины. Асёнок так счастлива. И дело не только в том, что здесь много игрушек, красивый замок и домашний кинотеатр. Дело в Лёше. Я вижу, как она на него смотрит. Моя малышка счастлива, что у неё теперь есть самый настоящий папа.
Я невольно вспоминаю своё детство и безумную любовь к отцу, которая, к сожалению, не была, наверное, такой уж взаимной. Иначе он не отказался бы от жизни вот так просто, оставив меня совсем одну в этом мире. Тем не менее, когда папы не стало, мне было очень больно. И эту боль я никогда не забуду. Низачто на свете не хочу, чтобы Ася столкнулась с подобной болью.
— Малыш, а ты не против, если мы с папой немного поговорим вдвоём? А ты здесь пока поиграешь?
— Холосо! — спрыгивает Ася с Лёшиных рук и тут же бежит к своим новым игрушкам-подданным. — Я пока сказу, кто сто будет делать в моём замке! Нузно ведь убилаться и готовить!
— Да, здорово, детка. Организуй чаепитие.
Последний раз бросив взгляд на Асёнка, я выхожу из комнаты. Лёша выходит следом за мной и чуть прикрывает дверь.
— Снежан, я надеюсь, ты не обиделась? — задаёт он вопрос, которого я не ожидаю.
— Обиделась на что? — смотрю недоумённо.
— На то, что я сам комнату для Аси обустроил, не советуясь с тобой. Может, ты хотела принять участие. Всё-таки дизайнер. Просто мне было важно сделать это для неё. Хоть что-то самому. Это, на самом деле, совсем немного.
Я сглатываю горечь, которая невольно собирается в горле.
Да, это действительно хотела бы сделать я. По своему проекту. Но... в нашем с Асей доме. Не в Лёшином. Он — её семья, а не моя.
И меня немного бесит, что Лёша может это сделать для Аси, а я пока не могу.
— Лёш, это же твоя квартира. Ты не обязан оправдываться. Просто я бы хотела знать, что этими подарками и красивыми вещами твоя любовь к ней не ограничится.
Не знаю, почему так говорю. Наверное, просто машинально хочу его задеть. Я всё ещё злюсь, что он обманом притащил меня сюда. И теперь сильнее злюсь из-за комнаты-мечты для Аси.
Ну и кроме того, мне на самом деле важно, чтобы папа был рядом с моей крохой. Чтобы ни случилось.
— Снежан, — качает головой Лёша, сложив руки на груди, — не говори глупости. Я Асю всегда буду любить. Это я тебе обещаю. И не думай, что я пытаюсь её купить. Я ведь искренне, Снежинка. Просто хочу, чтобы всё у неё было. Всё самое лучшее.
Так же, как и я...
— Кстати, — он вдруг отходит к комоду и берёт с него какую-то коробочку. — Хотел исправить одно упущение.
Я фокусирую взгляд на чёрном квадратном футляре в руках Борцова. Он медленно открывает коробочку, и моих глаз касается сияние медальона, лежащего на бархатной подстилке. Медальон-Снежинка. Абсолютно такой же, какой Лёша подарил мне четыре года назад и который сейчас носит Ася.
— Что... Откуда ты... его достал? — инстинктивно тянусь пальцами к красивому украшению, но так и не дотрагиваюсь. Моя рука застывает в сантиметрах от него.
— На заказ сделали, — улыбается Лёша.
И в этой улыбке я отчётливо вижу того самого Алексея Борцова из моего прошлого. Он тоже так улыбался. И я поверила ему. Именно эта вера и причинила мне боль в итоге.