Право на дочь (СИ)

— Алексей Игоревич, Глеб Викторович, хотела напомнить, что у вас через десять минут назначено совещание в конференц зале, — посмотрев на наручные часы, сообщает Инна.
— Да, спасибо. Так, Снежан, ну ты пока обживайся в общем. Сегодня у тебя день скорее всего уйдёт на раскачку. Ознакомься детальнее с документами. А завтра уже приступим к работе.
Встав из-за стола, Воронцов пододвигает папку ближе ко мне и направляется к выходу вслед за Борцовым и секретарём.
Тяжело выдыхаю и прижимаю ладони к горящим щекам. Ощущение такое, словно всё это время я вообще не дышала.
Сердце стучит как сумасшедшее. В голове смятение и полнейший шок. Я могу сколько угодно убеждать себя, что всё осталось в прошлом, остыло. Обманываться, думая, что я равнодушна к этому человеку. Но на деле это оказывается совсем не так.
О работе под началом Алексея Борцова не может быть и речи. Я никогда не прощу и никогда не смогу быть равнодушна к мужчине, который хотел убить нашего ребёнка.
Точнее не так. Моего ребёнка. Потому что Ася только моя. Он потерял право на дочь четыре года назад, когда отправил меня на аборт.
Подскакиваю с места и вылетаю из-за стола. Нужно решить этот вопрос прямо сейчас. И даже хорошо, что Борцов сейчас на совещании. Я просто скажу Инне, что эта работа мне не подходит. Заберу документы и уйду. И больше никогда мои пути с этим человеком не пересекутся.
Решительным шагом подхожу к выходу, распахиваю дверь, но успеваю сделать всего несколько шагов, когда кто-то хватает меня сзади за локоть и резко дёргает на себя.
Судорожно выдыхаю, со всего размаху врезавшись в крепкую мужскую грудь.
— Далеко собралась, Снежинка? — сердце подскакивает к горлу, когда, подняв голову, я встречаюсь с жёстким взглядом Борцова, прикованным к моему лицу.
  
3 глава
 
Снежана
Всё-таки узнал. Он меня узнал. Сейчас я это точно вижу по его глазам, от которых буквально исходят волны неприязни. Только непонятно, откуда она взялась, ведь я ничего такого плохого ему не делала. Уж в сравнении с его поступком определённо!
— Как ты меня нашла?
Сначала я будто не слышу его вопроса или не понимаю, что Борцов обращается ко мне. Может потому, что смысл этого вопроса мне не ясен?
Что он вообще имеет в виду? Считает, что я здесь специально ради него?!
— Много о себе возомнил, Борцов. Я тебя не искала. А сейчас ухожу. Руку отпусти мою, — твёрдо чеканю, а у самой от злости и волнения коленки трясутся.
— В кабинет вернись, — цедит Борцов сквозь зубы, сильнее сжав пальцы на моём плече. — Поговорить надо.
Боже, только не это! О чём он говорить собрался? Только не о ребёнке! Пожалуйста, пусть не спрашивает про аборт. Мы с дочкой прекрасно жили без него и будем жить дальше. Не хочу, чтобы он знал, что я всё-таки родила свою малышку.
— Я не собираюсь говорить. К тому же не о чем, Борцов. Давай сделаем вид, что ничего не произошло, мы с тобой не встречались, и я просто спокойно уйду и больше никогда тебя не увижу.
Желваки на его скулах начинают ходить от злости и, резко дёрнув, Борцов сам заталкивает меня в кабинет и закрывает дверь.
— Какого чёрта?! Что ты вытворяешь, по-твоему? Я же сказала, что не искала тебя, и хочу уйти! Судя по твоему взгляду, ты тоже не рад нашей встрече, и будет лучше, если я покину офис!
Воздух между нами сгущается. Мне не нравится, что Борцов позволил себе такую грубость, да ещё и смотрит напряжённо, будто выискивает что-то на моём лице.
— Я должен поверить, что ты случайно оказалась в Питере, у меня в компании, куда попала по моей же рекомендации?
— Можешь не верить! Как тебе будет угодно. Но по факту всё почти так и есть. За исключением того, что в Питере я не случайно, а уже какое-то время здесь живу. И смею напомнить, что в последний раз, когда мы виделись, ты уезжал в Москву. И у меня в мыслях не мелькало, что ты можешь оттуда переехать сюда. Я твою жизнь не отслеживаю, Борцов, да и зачем? Кто ты мне?
Отец моего ребёнка... И всего-то...
— Ладно, Снежана. Будем считать, убедила, — отвечает спустя минуту молчания с таким важным и высокомерным видом, будто если бы не убедила, это что-то могло изменить.
 
Мудак!
— Великолепно! Теперь я могу идти, Алексей Игоревич?
— Нет.
— Что? Какого это чёрта, нет?!
Весь этот цирк меня начинает напрягать. Хочется побыстрее сбежать отсюда и оказаться в безопасности — а чем дальше от Борцова, тем безопаснее. И спокойнее.
— Мне нужен дизайнер. Сейчас. Сроки горят и искать нового нет времени. Так что, тебе придётся остаться. Выиграем тендер и потом можешь валить на все четыре стороны. А пока будешь работать как миленькая.
— Да что за бред-то такой? Тебе с твоими возможностями трудно найти дизайнера?
— Талантливые люди нарасхват и в сжатые сроки найти их тяжело при любых возможностях.
— Приятно, что ты считаешь меня талантливой, Борцов, и всё же я говорю тебе — нет. Всего доброго. И удачных поисков нового сотрудника!
В очередной раз почти бегом направляюсь к выходу, но мужчина и сейчас меня перехватывает, разворачивает и впечатывает спиной в дверь. Я невольно делаю судорожный вдох, отчего лёгкие наполняются приятным запахом его духов.
Чёрт. Он слишком близко. Мой мозг считывает это как сигнал опасности. Я инстинктивно упираюсь ладонями Борцову в грудь и настойчиво толкаю.
Он не двигается с места.
— Что ты делаешь? Пусти меня!
— Прекращай этот детский сад. Мне сейчас не до этого. Ты профессионал или кто вообще? Пришла устраиваться на работу, так делай это как следует. Нам обоим эта встреча не особо приятна, но, в конце концов, ничего такого ужасного между нами не произошло в прошлом, чтобы сейчас ты вела себя как глупый обиженный ребёнок!
Ничего такого не произошло?
Веду себя как ребёнок?
Да он издевается?! По его мнению, отправить девушку на аборт — это так, пустяки?!
Как можно таким козлом быть?
— Отпусти и дай мне уйти, Борцов. Это ты детским садом занимаешься, — цежу сквозь зубы, уже не на шутку разозлившись.
— В общем, слушай меня внимательно, Снежана, раз ты по-хорошему не понимаешь, попробуем по-другому. Мне нужен дизайнер. Точка. Если ты уволишься и вынудишь меня тем самым искать другого, сорвав сроки сдачи тендера, то я напишу тебе такие рекомендации, что ни одна приличная питерская компания с тобой дела не захочет иметь. Ты будешь в чёрном списке дизайнеров всего города. Так понятно?
— Ты рехнулся?
— Я работаю. И моя задача — сделать свою работу качественно и вовремя. Иметь дело с безответственными людьми мне изрядно надоело. И с тобой я не стал бы связываться, не будь в том необходимости. Так что пока тебе придётся играть по моим правилам.
По глазам мужчины я понимаю, что он не шутит. И да, я вполне себе верю, что Борцов способен написать мне плохие рекомендации. Только вот в его всемогущую власть не верится.
Что, прям уж такая важная персона?!
— Борцов, оставь свои угрозы. Ты же не господь-бог, чтобы иметь такое влияние!
— А ты проверь, Снежан, и узнаешь, — холодно произносит мужчина, после чего всё-таки отпускает меня и отступает на несколько шагов назад.
— Даю тебе время подумать. До завтрашнего утра. Не придёшь на работу к восьми, я автоматически посчитаю тебя уволенной. И после этого работу по профессии ты себе в этом городе уже никогда не найдёшь. Тик-так, Снежан.
Он отодвигает меня от двери как какую-то ненужную вещь и выходит из кабинета, оставив меня стоять в полном шоке и гадать, насколько его вес в дизайнерской области большой, и действительно ли Борцов сможет мне навредить и испортить всю дальнейшую карьеру?
А день начинался так хорошо...
  
4 глава
 
Алексей
Толчком распахиваю дверь и залетаю в кабинет. Стремительным шагом подхожу к стеклянному стеллажу, достаю початую бутылку и щедро плескаю янтарную жидкость в бокал.