Клинок ведьм

– Да, ни хрена хорошего, – прошипела Бри. – Если бы ты осталась, нам проще было бы со всем разобраться. Всем вместе.
– Я беспокоилась за Лирей.
– О, сердобольная ты наша! – Голос Орлицы сочился ядом. – Ты просто хотела убраться подальше от Ексшира.
– Ты ничего не знаешь.
– Повторяй это себе почаще и продолжай отталкивать от себя всех и каждого. – Из пламени донесся горький смех. – Это у тебя отлично получается.
Руа стиснула зубы: слова Бри больно жалили ее, как и воспоминание об алтаре Раффиела. Его лицо мелькнуло под ее плотно сжатыми веками.
– У тебя все? – Руа твердо решила не отталкивать тех, кто ей дорог, но вновь потерпела неудачу. Каждая попытка что-то исправить лишь приводила к тому, что она глубже замыкалась в себе. Руа спотыкалась на каждом шагу.
До нее донесся долгий, медленный вздох Бри.
– Да.
Руа подумала о том, чтобы просто повернуться и уйти, но этот побег лишь подтвердил бы, что все, с чем она пыталась бороться, правда. И она через боль, через силу, выдавила из себя:
– Будь осторожна, Бри.
Может, Орлица, уже ушла от огня? Руа сгребла в охапку мантию и накинула на плечи. Она уже собиралась выйти из палатки, как услышала тихий голос, полный горечи:
– Постарайся больше не падать со скал, Ру.
* * *
Солнце пробилось сквозь тяжелое покрывало облаков, а Анерин и Руа бок о бок шагали мимо куполообразных шатров квартала ведьм. Руа толкнула подругу локтем, молча спрашивая: «Что это было?» Анерин бросила на нее ответный взгляд: «А что?» Хотя явно поняла, о чем Руа спрашивала. Все же пришлось заговорить вслух.
– Та девочка улыбнулась тебе, – сказала Руа, не сбавляя шага.
– Ее зовут Ларис, и она не девочка. Она твоя ровесница.
Анерин снова толкнула Руа плечом. Руа усмехнулась.
– Расскажешь мне об этой Ларис?
Анерин смущенно опустила голову, с ее губ сорвался смешок. Теперь она выглядела как обычная семнадцатилетняя девушка, а не пожилая, умудренная опытом женщина. Приятно было видеть Анерин такой.
– Мне нечего рассказывать. – Она заправила одну из черных косичек, спадавших на лоб, за кругленькое ведьминское ухо. Вдруг Анерин замедлила шаг, а ее ладони и глаза засветились слабым голубым светом. У нее было видение.
– Баба Аиру хочет поговорить с тобой, – проговорила Анерин и моргнула, когда сияние исчезло.
– Откуда ты знаешь? – Руа нахмурилась: ей не хотелось разговаривать с пожилой ведьмой и обсуждать ее Судьбу.
– Ты серьезно? – Анерин издевальски хмыкнула. – Но я Видела, как вы разговаривали.
Руа пожала плечами:
– Может, мы с ней побеседуем через два дня?
– Нет, вы встретитесь через две минуты.
– Как ты можешь…
– Прекрати спрашивать, откуда я что знаю! – задохнулась Анерин. Наверное, ей этот вопрос задавали миллион раз. – Просто знаю! Если я спрошу тебя, как мысль приходит тебе в голову, сможешь мне это объяснить? Теперь скажи: ты будешь говорить с Бабой Аиру или нет?
– Видимо, у меня нет выбора, – огрызнулась Руа.
– У тебя всегда есть выбор. Но будущее изменится, если ты решишь не идти к ней.
Руа опустила плечи и пробормотала:
– Пойду.
Анерин ухмыльнулась:
– А я знала.
Руа испустила многострадальный вздох. Иметь в друзьях синюю ведьму было довольно утомительно.
– Хочешь сегодня поужинать в моей палатке? – спросила она. – Мне лень идти в столовую.
На самом деле Руа ненавидела ходить в палатку, где ужинали все высокопоставленные фейри – например, советник Ренвика и иже с ним. Они все недоверчиво поглядывали на Руа за ужином, так что она предпочитала есть вместе с ведьмами, которые смотрели на нее так, будто она была их другом.
– Тогда до встречи, – сказала Анерин и убежала, оставив Руа искать дорогу в палатку Бабы Аиру в одиночку.
Однако Руа и сама уже хорошо знала все тропинки: квартал ведьм был выстроен по спирали, в самом центре которой находился шатер Бабы Аиру – самое священное место для ведьм.
Подойдя к нужной палатке, Руа не стала стучать. Она просто вошла и увидела, что Баба Аиру стояла у стола. Верховная жрица держала в руках дымящуюся металлическую чашу, наполненную сушеными травами. На столе перед ней горели три свечи – белая в центре, а синяя и голубая по бокам. Перед ними был насыпан круг из соли, а в центре лежало кольцо жрицы из ее тотемного мешочка.
 
Руа замерла и смотрела, как ведьма пускает дым над соляным кругом.
– Ты можешь войти, Руа, – медленно проговорила Баба Аиру, голос ее звучал тепло.
Руа уселась на стул и принялась наблюдать на манипуляциями ведьмы. Баба Аиру опустила чашу, пробормотала несколько слов на мхенбике – слишком тихо, чтобы Руа могла расслышать, – подняла серебряное кольцо и положила его в тотемную сумку на шее.
Руа с удивлением наблюдала за тем, с какой легкостью Верховная жрица перемещалась по шатру. Она быстро вернулась к креслу-качалке рядом с ней и сразу же села, даже не удостоверившись, было ли оно там. Руа задумалась: Баба Аиру Видит все это или просто за годы выучила, где лежат ее вещи?
– В последнее время ты проводишь много времени в квартале ведьм, – сказала Баба Аиру и обернулась к огню. – Я рада… хотя подозреваю, что ты тут скорее для того, чтобы реже встречаться с кем-то.
Уши Руа вспыхнули: интересно, что еще было известно жрице?
– Мне здесь нравится – не так многолюдно, как в районе фейри.
Тонкие губы Бабы Аиру дрогнули, а она сама принялась медленно раскачиваться в кресле.
– Не так давно ты говорила совсем другое. Но… ведьмы тоже тебя приняли.
– В ту ночь, когда все праздновали полнолуние… была одна ведьма…
– Ее зовут Аша, – перебила Руа Баба Аиру. – Думаю, истории о твоем героизме, что ходят сейчас среди ведьм, уже ушли далеко от истины. Но я мало что могу сделать, чтобы пресечь сплетни. Молодые ведьмы любят рассказывать истории, и я позволю Аше рассказывать свою.
– Она назвала меня Мхениссой.
Баба Аиру поджала губы и указала на Бессмертный клинок.
– Разве она ошиблась?
– Это слишком большая честь для меня… – начала Руа, и Баба Аиру подняла подбородок. – Им будет еще тяжелее, когда я уйду.
– Я не думаю, что вы уйдете, Ваше Высочество.
Столь формальное обращение заставило Руа вздрогнуть.
– Ты должна вести мой народ за собой. Ведьмы выбрали тебя.
– Они не могут просто так выбирать или не выбирать меня, – огрызнулась Руа. Было неправильно спорить с Верховной жрицей, но то, что она говорила, было просто смешно.
– Творцы Судеб тоже тебя выбрали, – заговорила Баба Аиру, но Руа перебила ее:
– Нет.
Она боялась, что это может стать реальностью, и с ужасом думала о том, что Верховная жрица может сказать дальше. Стоит только произнести что-то вслух – и ничего уже нельзя будет вернуть назад.
– Мы Видели это, Руадора: на нашем троне – представительница рода Даммакус вместе со своим суженым.
Сердце Руа перестало биться. Суженый? Этого просто не может быть! Она сжала руки в кулаки и вновь прошептала:
– Нет.
– Ты не можешь отказаться от решения Творцов, Руадора. – Баба Аиру звучала слишком спокойно для человека, только что изменившего жизнь другого. – Они переплели твою судьбу с его судьбой задолго до вашего рождения. Это самая сильная магия. Даже если ты скажешь «нет», это ничего не изменит.
– Это просто не может быть правдой. – Руа втянула носом воздух, тело показалось ей невесомым. – И никто об этом не знал?
Баба Аиру сложила руки на коленях.
– Спроси об этом у своего Короля.
Руа замерла.
– А он знает?
– Знает.
Руа почудилось, что комната вокруг темнеет, и она вот-вот упадет со стула. Ей нужно было скорее выйти на свежий воздух.
– Но почему никто не видел, что наши судьбы связаны? – Голос Руа, хриплый и тихий, звучал будто издалека.
– Спроси его, что случилось с ведьмой по имени Нэйв Маллор, – ответила Баба Аиру, и впервые Руа услышала в ее голосе язвительность.