Клинок ведьм

Церемония продолжалась, и только Руа казалось, что время течет ужасно медленно: молитва за молитвой, песня за песней, клятва за клятвой, час за часом. Она не могла понять, почему все гости рыдают, когда Реми и Хейл возложили букеты из белоснежных цветов на «камни предков». Их перенесут на место будущих могил молодоженов, в горы. Возложение цветов должно стать памятью, которая свяжет Реми и Хейла и будет жить с ними и после их смерти.
Руа эта традиция показалась странной и мрачной. Ей хотелось вновь начать закатывать глаза, но каждый раз она натыкалась на предупреждающие взгляды Бри. Руа не удивится, если стражница отчитает ее после церемонии. Она переминалась с ноги на ногу, отчаянно желая сесть, – все равно на нее никто не смотрел. Никто, кроме короля Севера.
Когда Баба Морганна наконец-то возложила на голову Хейла корону – корону отца Руа, – весь зал встал и зааплодировал. Хейл схватил Реми и втянул ее в чувственный поцелуй. Аплодисменты становились все громче, пока король и королева Высокой Горы страстно целовались перед своими поддаными. Хейл и Реми явно наслаждались таким громким одобрением.
Какофония звуков стихла, и Руа пришла в голову жуткая мысль: она уже была здесь раньше. Стояла в этом зале, совсем еще ребенком, а люди ликовали при виде корон ее родителей. Руа хмуро пялилась на беснующуюся толпу, пока Кэрис не ткнула ей каблуком в голень, заставляя улыбнуться.
Руа натянула фальшивую улыбку и, сузив глаза, встретила знакомый зеленоглазый взгляд в толпе. Ренвик улыбнулся ей и закатил глаза. И у Руа на лице заиграла настоящая, искренняя улыбка. Ренвик, как и Руа, полагал, что вся эта церемония смешна. Они улыбались друг другу, и весь остальной мир исчез для них двоих. В зале, полном музыки и возгласов, были только они и их улыбки.
* * *
Бальный зал на втором этаже превратился в зимнюю страну чудес. Белые конические свечи наполняли комнату нежным светом, оркестр из десяти человек исполнял медленные вальсы. Танцующих было столько, что в зале стало неимоверно жарко, и двери, ведущие на балкон, распахнули настежь.
В день Зимнего Солнцестояния фейри обычно веселились всю ночь, пока солнце не выглядывало из-за горизонта. Они пели песни и радовались рассвету нового дня. А вот Руа не была уверена, что сможет продержаться так долго. До рассвета оставалось еще несколько часов.
К ней подошли очередные гости, жаждущие обменяться любезностями. Теперь это была пожилая пара людей:
– Вы так похожи на своего отца, – промурлыкала женщина на ексшири. Руа хотела было нахмуриться, но сдержалась. За последний час ей говорили, что она похожа на отца, уже несколько десятков раз. Все почему-то считали это комплиментом, хотя Руа было неприятно осознавать, что у нее есть сходство с родным человеком, которого она не может вспомнить.
– Благодарю, – пробормотала Руа. Она еле справлялась с ексшири, язык запнулся на звуке «р», перекатывающемся по задней стенке рта.
– Мы были вне себя от радости, когда королева объявила, что у нее будет еще один ребенок. – Вокруг глаз женщины от улыбки разбежались морщинки. – Оказалось, что она забеременела вами сразу же после рождения вашей сестры. Люди шутили, что вы еще в утробе матери торопились стать частью этой семьи.
– Очень хорошо, – попыталась сказать Руа, но слова звучали не слишком внятно.
Мужчина рассмеялся.
– Вам нужно больше практиковаться в ексшири.
– А вам нужно научиться разговаривать с королевскими особами, – пробурчала Руа. Тут же рядом с ней возникла Кэрис и выдавила из себя смешок.
– Ох, у принцессы странное чувство юмора, не правда ли? – И Кэрис засмеялась так, будто Руа только что рассказала самую смешную шутку, которую она когда-либо слышала. Пожилая пара на долю секунды застыла в нерешительности, а затем тоже рассмеялась.
– Да, это очень смешно, – выдавил мужчина, держась за толстый живот.
Кэрис обняла Руа.
– Я уверена, принцесса с удовольствием осталась бы и развлекла вас еще, но ее ждет наследник Саксбриджа.
 
Женщина и мужчина тут же закивали и поклонились Руа:
– О да, да. Конечно. Было приятно с вами побеседовать, Ваше Высочество.
– Взаимно, – холодно ответила Руа, склонив голову, и Кэрис повела ее подальше от толпы, к столу, уставленному разнообразными зимними яствами и украшенному веточками позолоченного остролиста. Там были угощения со всех уголков Окрита – от приправленных специями лучших блюд Южного королевства до подносов со свежими морепродуктами с Востока. Ексшир, казалось, вмещал всех – и даже праздничный стол символизировал это единение.
Возле шипастой ветки стояли Нило. Одной рукой они обняли себя поперек груди, а в другой сжимали очередную книгу. Увидев Руа, Нило закрыли фолиант.
– Кэрис и Бри нянчатся с тобой, что с дитем, Ваше Высочество? – спросили Нило и посмотрели на Кэрис.
– Похоже на то.
– Боги, вы двое друг друга стоите! Оба мрачные, словно ночь. – Кэрис вздохнула и повернулась к Руа. – Оставайся с Нило, и тебе не придется выслушивать болтовню пожилых парочек.
Нило фыркнули.
– Я действительно неплохо отгоняю от себя людей. – Нило глянули Руа через плечо и поджали губы. – Правда, на него я не действую.
– Нило! – раздался за спиной Руа голос Талхана.
– Что тебе нужно? – немного раздраженно бросили Нило.
– Ну, я пришел, чтобы спасти Руа от еще одной назойливой парочки, но раз уж я здесь… – Талхан оглядел Нило с головы до ног. – Потанцуем?
– Я скорее отпилю себе руку этим ножом для сыра, Тал.
Талхан рассмеялся.
– Я знаю. – Он повернулся к Руа. – Но ты ведь не откажешь, да? Если мне придется уговаривать еще хоть одну мамашу отпустить их сына или дочь потанцевать со мной, я на себе волосы рвать начну.
Руа захихикала и взяла Талхана за руку.
– Что ж, хорошо.
Никто не мог с ней заговорить, пока они танцевали, а поскольку книгу она с собой не захватила, компания занятого чтением наследника Саксбриджа ей не подходила.
И они закружились по залу – перед красавцем-Орлом толпа расступалась, музыка зазвучала веселее, тепло других танцующих пар закружилось вокруг Руа, и Талхан улыбнулся ей.
– Твоя сестра и Кэрис старались изо всех сил, чтобы уберечь меня от неприятностей и не испортить Реми праздник. – Руа приходилось кричать, чтобы Талхан смог ее услышать сквозь музыку и гомон толпы. – Думаю, теперь твоя очередь.
Талхан в ответ рассмеялся.
– Они, конечно, любят Реми, но делали все это ради тебя, Руа. Хотели уберечь тебя от сплетен. Неужели ты хочешь до конца жизни выслушивать пересуды о том, как ты хмурилась и закатывала глаза на свадьбе собственной сестры? – Руа нахмурилась, и Талхан кивнул: – Вот-вот, именно так.
– Ты пришел, чтобы отчитать меня, как Кэрис и Бри? – Руа споткнулась о свои туфли, Талхан поймал ее, и ей удалось восстановить равновесие. Она была ужасной танцовщицей и еле успевала правильно переставлять ноги.
– Нет, просто хотел потанцевать с кем-то, кто не собирается меня на себе женить. – Талхан все быстрее кружил Руа, и комната поплыла у нее перед глазами. – Тебе не обязательно любить всю эту придворную кутерьму, чтобы быть ее частью. Со временем ты найдешь свое место здесь.
Руа не могла представить, каково это – жить при дворе и терпеть эти пристальные взгляды и теплые улыбки тех, кто знал ее родителей. Она не хотела просыпаться каждое утро и видеть Храм Ексшира. Не хотела ежедневно слушать разговоры на ексшири о том, как сильно она похожа на своего погибшего отца. Весь этот город населяли призраки прошлого. А Руа нужна была ее собственная жизнь, та, которую она выстроила сама и выбрала для себя.
Песня закончилась, аплодисменты эхом прокатились по залу. Следующая мелодия была медленнее. Талхан притянул Руа ближе к себе, от его бордовой туники веяло теплом. Рука Орла скользнула к ее талии, и тут же до Руа донесся аромат гвоздики и снега, а Талхан замер.
– Могу я вас прервать? – раздался позади голос, и тело Руа застыло.