Клинок ведьм

Чтобы не перепачкать белые простыни еще сильнее, Руа скатилась с кровати и поплелась в купальню. Та была хорошо обставлена к ее приезду. Руа быстро нашла тряпку и начала стирать алые потеки с ног. Интересно, как люди терпят это каждый месяц? Руа возблагодарила богов, что у фейри менструация бывает лишь раз в сезон.
Закончив оттирать кровь, Руа принялась рыться в шкафах в поисках подходящего белья. Отгоняя образы безмятежных лиц ведьм из кошмара, Руа зацепилась за мягкий черный атлас. Она вытащила стопку нижнего белья с полки и, повертев одежду в руках, пробормотала:
– Что, во имя Творцов Судеб…
Внешне это было обычное нижнее белье, но внутри к нему были пришиты толстые прокладки. Это напомнило ей о полосках ткани, которые ведьмы прикрепляли к своим трусам. Но материал этих прокладок был тоньше, и они не были такими громоздкими. В голове Руа тут же промелькнула мысль: в Ексшире что, всем гостям раздают специальное белье для менструаций и рассовывают его по шкафам? Или же кто-то предположил, что Руа застигнут «дни» прямо во время визита, и решил подстраховать ее?
Она знала, что этот вопрос останется без ответа. Скорее Мать Луна упадет с неба, чем Руа спросит об этом Реми. Тем не менее, белье она надела – и оно оказалось на удивление удобным. В нем было комфортно, не то что с тряпками и тканевыми полосками, к которым она привыкла. Руа порылась в шкафу в поисках другой ночной одежды, а затем взглянула на испачканные кровью простыни. Может, стоит позвать горничную, чтобы она перестелила постель? Так бы поступила принцесса… Но Руа подумала, что вполне может вернуться в кровать и проспать до утра на второй ее половине. С другой стороны, она не могла оставить пятно как есть – оно бы присохло и испортило дорогие простыни!
В итоге Руа вздохнула и, разобрав постель, понесла простыню к изысканной мраморной ванне. Каждый шаг давался ей с трудом. Судя по луне, был еще только вечер – значит, она заснула недавно. Но к тому времени, когда простыни размокли в ледяной воде, Руа сбросила с себя остатки сна и успела проголодаться. Она схватила тунику и брюки, поспешно оделась и вышла из комнаты.
В коридоре при свете факелов она наконец разглядела, что натянула на себя в темноте – лавандовый верх и бежевый низ. Руа поморщилась: бежевый – не самый удачный цвет для первого дня цикла, да и лавандовый ее порядком раздражал. Она бы никогда не выбрала его, если бы удосужилась зажечь свечи, – так что винить оставалось только себя. Руа понадеялась, что ни с кем не столкнется по пути на кухню.
Ее босые ноги шлепали по прохладному полу, и она все глубже погружалась в хитросплетения дворцовых коридоров. Камни, которыми были выложены стены и полы, казались древними, словно они стояли тут уже много лет, а не пару недель. И их монументальность не сочеталась с только сотканными гобеленами и портретами, украшавшими коридор, – на тех едва обсохла краска. Но то, что замок восстановили, – было настоящим подвигом. И Руа надеялась, это лишь начало того, чего достигнет королевство Высокой Горы.
Вдруг из-за угла вынырнула чья-то тень, и Руа чуть не налетела на нее. Она отшатнулась и услышала смех Анерин.
– Я не хотела тебя напугать, – проговорила синяя ведьма и взяла Руа за руки. – Подумала, что смогу помочь тебе не заблудиться по пути на кухню. – Анерин оглядела подругу с ног до головы и хмыкнула: – А вот от выбора этого наряда я тебя уберечь не сумела.
– Не думала, что кого-то встречу, – проворчала Руа. Она лишь собиралась взять ломоть хлеба и поспать до утра на изысканном диване, пока не придут служанки.
Анерин взяла Руа под руку:
– А вот я не могла уснуть. Столько дней в этих чертовых каретах – теперь вся как на иголках. – Ведьма посмотрела на подругу и повела ее по коридору налево. Руа же собиралась пойти направо – ей бы и в голову не пришло свернуть в противоположную сторону от винного погреба, который они нашли с Бри. И она была благодарна Анерин, что та снова ее спасла и не дала потеряться.
– Мне нравится этот дворец – тут гораздо теплее, чем в других.
 
Они спустились по спиральным каменным ступеням.
– И во многих дворцах ты бывала?
– Теперь, в Ексшире, могу сказать, что побывала в каждом королевстве Окрита. – Анерин гордо выпятила грудь. – В Южном самая лучшая еда, в Западном самый изящный декор дворца, но тут… тут все будет по-новому.
Анерин оглянулась на огромные зеркала, висевшие на стенах, и Руа тоже это заметила – в самом воздухе витало ожидание чего-то нового. Замок выглядел древним, но это место было наполнено возможностями, будто чистый холст, на котором можно нарисовать свой новый мир.
– Как думаешь, на что будет похож дворец в Мурренейре? – спросила Руа. Она, как и Ренвик, представляла, что он будет прекрасен и безупречен, в нем все будет продумано – до последнего расписного потолка и бронзовой дверной ручки. Почувствовав, что краснеет, Руа быстро добавила: – Впрочем, это не важно.
Во дворце стояла тишина, пока Руа и Анерин спускались все ниже, уходя в глубь коридоров. Теперь их сопровождал запах сушеных трав и дрожжей. Впереди сквозь щель приоткрытой двери просочился, и они остановились. До Руа донеслись два женских голоса – один из них принадлежал Бри.
– Неужели она каждую ночь ухлестывает за девушками? – прошептала Руа, и Анерин усмехнулась. – Кто это с ней?
– Не знаю. Я могу видеть будущее, но не умею проникать сквозь стены.
Позади послышался звук шагов, и, хихикая, они нырнули в ближайший дверной проем. Глаза быстро привыкли к темноте, и Руа заглянула в погреб. Там на полу стояли ящики с картофелем, на полках хранились банки с маринованными овощами, а с потолка свисали связки лука. Подруги прошли еще глубже в холодный погреб, как вдруг дверь позади них распахнулась, и на пороге застыла широкая фигура со свечой в руках. Мда, Руа явно надо было быть тише, когда она закрывала дверь, – там стоял Талхан.
Он улыбнулся, подняв свечу, и оглядел комнату:
– И что вы тут делаете?
– О, мы… просто проголодались, – ответила Руа, и Анерин захихикала.
– Решили пожевать лука?
Талхан шагнул в комнату Прежде чем он успел закрыть за собой дверь, кто-то толкнул ее обратно. Рядом с Бри стояла девушка-фейри, и Руа тут же узнала ее – эта светлая коса мелькала рядом во время битвы в Друнехане. Это, должно быть, Кэрис. Значит, Бри все-таки не проводила каждую ночь с новой женщиной – Орлы беспрестанно донимали Реми, расспрашивая ее о том, когда же Кэрис прибудет с востока в Ексшир.
В каждой руке Бри покачивалось по бутылке вина, Кэрис несла поднос с хлебом и сыром.
– Засядем тут сегодня вечером? – спросила Бри и уселась на холодный каменный пол. Анерин и Руа она лишь кивнула, будто ничего странного в том, что они оказались среди ящиков с картофелем, вовсе не было. Кэрис пожала плечами и уселась рядом с Бри, прислонившись спиной к полке и поставив поднос с едой между ними.
Светловолосая воительница протянула Руа руку.
– Я Кэрис, Ваше Высочество.
– Просто Руа, – ответила она, пожала ей руку и неуверенно присела рядом.
Кэрис повернулась к Анерин и тоже пожала ей руку.
– Этого я не Предвидела, – пробормотала Анерин, прижимаясь к полке с соленьями рядом с Руа, и та в ответ хихикнула. От голода у нее заурчало в животе, но три фейри загородили выход, и Руа решила остаться.
Бри оглядела наряд Руа и вопросительно приподняла брови. Ответом ей стало хмурое:
– Я одевалась в темноте.
– Ясно. – Бри глотнула вина из одной бутылки и протянула другую Руа. Руа сделала большой глоток, и прохладная бордовая жидкость обожгла горло. Тепло тут же разлилось по рукам и шее.
– О чем успели побеседовать? – спросил Талхан Бри.
– Кэрис рассказывала мне о своем истовом служении Восточному королевству, – ответила та, и Кэрис надулась.
– Ты совсем как твой брат. Жаль, что заседания Совета для тебя – скука смертная. Может, не стоит бороться за корону, если они так тебя утомляют?
Талхан растянул губы в лисьей ухмылке: