Тайный наследник миллиардера (СИ)

Вообще-то я не собиралась встречаться со Станиславом, но хочется задеть Манапова. Его же интересует моя личная жизнь? И совещание я перенесла, чтобы ему осталось меньше времени на разговор. Не думал же он, что я буду с ним любезничать? Особенно после того как осталась без взноса на ипотеку и возможности купить себе жилье.
Прохожу в кабинет, оставляя дверь открытой, и слышу, что он идет следом. Сажусь в кресло и поднимаю голову. Синие глаза смотрят на меня в упор.
- По какому вопросу пришли, Артур Маратович?
- Вчера на волне эйфории, что выбила сотрудничесвто с Довлатовым, ты не дослушал меня и убежала из ресторана, кое-что не узнав. Прежде чем согласиться на условия вашей компании, он подписал контракт с моей. Процент от прибыли, конечно, у меня ниже, но терять сотрудничество с Довлатовым никому не выгодно. Поэтому отныне, Мария Андреевна, мы с вами не конкуренты, а партнёры. - Артур расплывается в обворожительной улыбке.
- Что? - убитым голосом произношу я.
Господи, да я же в личный карман залезла, чтобы решить это вопрос. Нет, этого просто не может быть. Довлатов не мог так со мной поступить. А собственно, почему не мог, если Манапов здесь? Правильно говорят, не рой яму другому….
- Что непонятного? На время действия наших контрактов объединим усилия, каждый получит с Довлатова максимум прибыли. По мне так даже все очень заманчиво обернулось, правда, Мария Андреевна? - спрашивает он и даже не скрывает своей радости. 
Едва сдерживаюсь, чтобы не кинуть в него какой-нибудь папкой со стола.
- Завтра во второй половине дня встретимся у меня в офисе. Довлатов хочет, чтобы при подписании бумаг присутствовали обе стороны.
Артур рассматривает меня все тем же прищуренным взглядом и цвет его глаз становится темнее. А что, если он специально с Довлатовым решил все таким образом, чтобы наши компании не конкурировали, а сотрудничали? Но Манапову какая с этого выгода, если его процент прибыли будет ниже, чем у нашей компании?
- Хорошо, Артур Маратович. У вас все? - говорю, а сама ощущаю, как дрожит собственный голос.
- Отлично выглядишь, Маш. Тебе очень идет без очков.
- Спасибо, но я в ваших комплиментах не нуждаюсь. Это лишнее. У меня...
Хочу сказать нет времени на эти глупости, но Артур перебивает меня и заканчивает совсем неожиданными словами, от которых ладони становятся влажными.
- Есть кому их говорить? Федором, кажется, зовут?
Прикусываю губу. Он решил, что моего мужчину зовут Федором? Хочется рассмеяться и расплакаться одновременно. Но сердечко внутри почему-то дрожит и становиться нечем дышать. Полгода вести вместе проект... Если бы только знала, что все так сложится, то отдала бы это место Семину или Денисову.
- Думаю, вас это не должно касаться. - Натягиваю милую улыбку. - Всего доброго Артур Маратович. Пять минут истекли.
Манапов уходит, а я убито прикрываю глаза, чувствуя, как дрожат руки. Полгода сотрудничества... За что мне это?
  
Глава 7
 
Маша
- Мой сладкий, мама скоро вернётся, - обращаюсь к сыну уже на пороге. 
Каждый раз уходя на работу я испытываю чувство вины. Оно душит меня откуда-то изнутри. Так сильно, что порой я думаю о том, что плохая мать. 
Я пытаюсь задаривать Федю подарками и провожу с ним всё свободное время, но никакие деньги не заменят родительской ласки и внимания. Вот только если я не буду работать, никто не сделает этого вместо меня. Да и руководящая должность подразумевает полную отдачу. 
- Я буду очень ждать, - отвечает сын, обнимая меня крепко-крепко. 
Поцеловав его в ответ, я даю указания няне и с тяжелым сердцем выхожу из квартиры. 
Офис находится недалеко, буквально в двадцати минутах езды с учётом пробок. Я специально подбирала жилье поблизости, чтобы не тратить драгоценные часы на дорогу. Лучше провести время с Федей и почитать ему сказку на ночь. 
Свернув на перекрёстке вправо, останавливаюсь у бизнес-центра, где арендует помещение наша компания. Минуя охрану, прохожу в здание, поднимаюсь на пятый этаж и оказываюсь у себя в кабинете. Мне безумно нравится здесь. Он просторный и светлый, с высокими панорамными окнами, откуда открывается шикарный вид, и новенькой мебелью, которая всё ещё пахнет деревом. 
 
В дверь стучат, я разрешаю войти. Это Лариса и мы обсуждаем планы на день. У меня сегодня три деловых встречи в разных районах Москвы. Чувствую, что к вечеру опять буду без сил. 
- В десять мы встречаемся с Селезнёвым, помните? 
- Помню, да. Он всё ещё сомневается подписывать ли с нами контракт. Мы должны убедить его. 
- Он мнительный товарищ, - морщит нос Лариса. 
- Довлатов тоже был мнительным, но в итоге доверился нам. 
- Но и контракт достался нам потом и кровью, - помощница намекает на Артура, и я тут же краснею. 
Мы встречались с Манаповым на прошлой неделе в его офисе. Каждый раз видеть отца своего ребёнка мне безумно сложно, но других вариантов не остается. Например, подписание контракта - это обязательная процедура при участии трёх сторон. 
Манапов вел себя вежливо и даже равнодушно. Предложил кофе, спросил, как настроение. У него прекрасная выдержка, которой можно только позавидовать. Это я накачалась успокоительными перед тем, как увидеть его. 
Чуть позже Артур предложил отметить подписания контракта где-нибудь в ресторане, но я тут же отказалась, сославшись на занятость. На самом деле у меня и правда было много дел, но помимо этого я дала себе твёрдую установку никогда не пересекаться с Манаповым вне работы. Надеюсь, у меня получится придерживаться этого простого правила. 
После встречи с Селезнёвым я радуюсь словно ребёнок. «Мнительный товарищ» оказался очень даже умным и сообразительным. Сделка состоится  завтра на взаимовыгодных для нас условиях. 
Я сажусь за руль и еду в сторону офиса. Погода на улице прекрасная, ярко светит солнышко. Пока всё складывается более чем хорошо, хотя, признаюсь, я сомневалась, стоит ли мне соглашаться на эту должность. 
- Мария Андреевна, там Довлатов звонил и просил подвезти смету. Он сейчас в офисе у Артура Маратовича. 
Я нервно сглатываю и учащенно дышу. На этой неделе встречаться с Манаповым не входило в мои планы. 
- Лариса, отвези документы сама, - нахожусь с ответом. - Я сейчас занята. 
До самого вечера я погрязаю в работе. Глаза болят, а тело ломит от долгого сидения в одной позе. Я выключаю компьютер, подхожу к окну и смотрю на вечерний город. Временами на меня накатывает сильная усталость. Хочется оформить полноценный отпуск, которого у меня никогда не бывает, взять Федю и Таню, и махнуть на море. А ещё хотя бы один денёк посвятить себе. За последние три года я даже вспомнить не могу, когда так делала. 
Закрыв кабинет, спускаюсь в лифте и, попрощавшись с охраной, выхожу на улицу. Как обычно, я ухожу с работы в числе последних. Наверное, это нормально. Чуть позже освоюсь, привыкну и, возможно, налажу свой график. 
На парковке пусто, сиротливо стоит мой «Мерседес» серого цвета. Это дорогая покупка, на которую я долго решалась. Подтолкнула новая должность, ведь руководителю крупного филиала не солидно ездить на встречи с заказчиками на метро. Машина не новая, подержанная, но в очень даже хорошем состоянии. 
Подойдя к автомобилю, я не сразу понимаю, что не так, а когда осознаю, что у «Мерса» выбито стекло, мне становится дурно. Я впервые так сильно теряюсь! В салоне разбросаны осколки, мои личные и рабочие вещи, в том числе документы по Селезневу. Рано утром мы заключаем контракт, поэтому я решила не забирать бумаги в офис. 
 
Мне хочется расплакаться от отчаянья и обиды! Достав телефон, собираюсь позвонить сестре и спросить не знает ли она название хорошей автомастерской. А ещё нужно попросить охрану посмотреть камеры. Но телефон в моей руке оживает первым. На экране высвечивается номер Станислава. 
- Слушаю, - отвечаю ему, тяжело вздохнув. 
- Мария Андреевна, что-то случилось? – напрягается мужчина.