Тайный наследник миллиардера (СИ)

Положив трубку, Артур озадаченно на меня смотрит.
- Родители в Москве. Думаю, они захотят увидеть Федю.
- Сейчас?
В горле образовывается ком, который я не сразу могу проглотить. У меня нет ни единой причины, чтобы отказывать Манаповым во встрече с внуком, но почему-то внутреннее чутье подсказывает, что это не очень хорошая идея.
- Нет, не сейчас. Например, завтра. Как ты на это смотришь?
- Я... конечно, Артур. Это хорошо, что у Феди есть бабушка и дедушка, которые хотят с ним познакомиться.
- Спасибо тебе, Маш.
Синие глаза Артура смотрят на меня с теплом и благодарностью. Щеки мгновенно вспыхивают, а по телу прокатывается ощутимая дрожь.
Кивнув, слышу топот ног. Это Федя несётся в сторону кухни. Он выглядит сонным, поэтому я, загрузив грязную посуду в мойку, иду укладывать сына спать.
После того как Федя засыпает, я долго лежу рядом и прислушиваюсь к тишине, царящей в квартире. Артур сказал, что будет ждать меня после того, как я уложу сына. 
Все еще ждёт? Ушёл? Фух... Мне хочется выйти, чтобы проверить. Очень сильно хочется. Ощутить его теплые касания, вызывающие неземное удовольствие. Почувствовать ласки и страстные поцелуи. Шагнуть вместе с ним за грань. Позволить ему большее, отпустить себя, потому что всё это я тоже безумно хочу. Но не могу не думать о последствиях. Что будет потом, дальше? Сейчас у нас с Манаповым неплохо получается ладить в качестве родителей общего ребёнка. Вдруг совместная ночь все испортит?
С этими мыслями меня смаривает дикая усталость. Веки прикрываются, тело становится невесомым. Сквозь сон я слышу, как кто-то заходит в комнату, останавливается рядом с кроватью и накрывает меня пледом. Это, должно быть, Артур. И мне нужно сказать ему спасибо за заботу, но никаких сил на это не остается. Я засыпаю крепко и сладко, и не слышу: он ушёл или остался?
***
Во время работы мне на мобильный приходит сообщение от Артура. Встреча с его родителями состоится в ресторане «Дионис» сегодня в семь вечера. Мне нужно успеть доделать отчёт и переслать его на почту генеральному.
Волнение не покидает меня весь день до самого вечера. Я успеваю закончить работу, приехать домой и переодеться в симпатичное вечернее платье. Сыну надеваю брюки и милую рубашку с бабочкой на шее. Умиляюсь, глядя на то, как он выглядит!
Едва мы проходим в ресторан в сопровождении Артура, нервозность начинает зашкаливать. Я натыкаюсь на любопытный взгляд Регины Альбертовны и равнодушный – Марата Рустамовича. Мама дорогая, как страшно…
После знакомства и приветствий, которые на удивление получаются тёплыми, мы садимся за стол. У сына как обычно полно игрушек. Одна общая черта есть у всего семейства Манаповых – они очень щедрые и не скупятся на подарки.
Федя сидит между нами с Артуром, ему скучно. В ожидании заказа приходится его отвлекать. К процессу подключается Регина Альбертовна и удивляется, когда слышит, что сын в своем возрасте неплохо болтает. У внучки её подруги, которой три года, совсем плохо с речью. Девочка не произносит ни слова. Это нормально, каждый ребёнок развивается по-разному, но родители сильно волнуются.
Артур разговаривает с отцом, спрашивает, как надолго они прилетели в столицу. Марат Рустамович сообщает, что как минимум на две недели. Интересно, это последняя наша встреча? Они захотят увидеть внука ещё раз? Пока мне не совсем понятно, как они относятся к Феде.
Когда официант приносит заказ, я вручаю сыну вилку и приступаю к ужину.
- Ты неаккуратно ешь, - произносит мать Артура, обращаясь к внуку.
Сын молчит и хмурится. 
- Он только учится, - поясняю с улыбкой.
- Но у него спагетти попадает на скатерть. Когда Артур был маленьким, он понимал, что так вести себя в общественных местах некультурно.
Я открываю и закрываю рот не в силах подобрать нужные слова. К счастью, вместо меня отвечает Артур:
- Мам, оставь ребёнка в покое. Ему всего два года. И ты определённо что-то путаешь. В таком возрасте я точно не знал о предназначении столовых приборов. О какой культуре речь?
 
Регина Альбертовна откашливается и вытирает губы салфеткой. Вступать в дискуссию это ниже ее достоинства. Она ловко переводит тему, больше не обращая на нас с сыном никакого внимания. Мы ей не интересны. К счастью или сожалению, пока не знаю.
- Артур, ты в курсе, что Даша прилетела в столицу? - спрашивает Регина Альбертовна между делом.
- Она говорила, что собирается открыть собственную галерею, - кивает Манапов.
- Дашенька девочка стеснительная, просила через меня попросить тебя о помощи с арендой помещения.
- Разберёмся, мам. Пусть наберёт меня.
Дальше я уже ничего не слышу из-за сильного гула в ушах.
Я хорошо помню Дашу. Красивая, утонченная, стильная. Самое ужасное, что во время короткого разговора межу Артуром и его матерью, я понимаю, что испытываю жгучее чувство ревности где-то в грудной клетке. Откуда оно? Для чего? Какой в этом смысл?
Я ведь прекрасно понимаю, что мне с ним ничего не светит... Тогда почему внутренности будто кислотой разъедает от одной только мысли, что совсем скоро Даша позвонит Артуру и договорится с ним о встрече. Она девушка из приличной семьи и подходит Манапову куда больше чем я.
  
Глава 41
 
Маша
Не могу дождаться, когда вечер закончится, и мы поедем домой. 
Мне хотелось доказать родителям Артура, что я давным-давно не та неуверенная в себе робкая двадцатилетняя девчонка, которая предстала перед четой Манаповых в Греции, не зная, куда глаза деть. Постоянно тянулась к очкам по привычке, забывая, что в линзах. 
Мне есть чем гордиться, я самодостаточна и независима. Всё общение с Артуром происходит исключительно по его инициативе. 
Но бороться с собой сложно. И мне кажется, что ничего не вышло. Манаповы по-прежнему заставляют меня нервничать и чувствовать себя недостойной.
Наверное, мне просто нужно чуть больше времени, чтобы привыкнуть и освоиться.
Обратно едем в машине Артура. Водитель как обычно молчит. Артур сидит впереди, мы с Федей сзади. Сынок клюет носом, он любит свое автокресло и быстро в нем засыпает. Набегался в детской комнате ресторана, выбился из сил. 
С тоской смотрю на темные окна своей квартиры. Так долго чинят вентиляцию, даже подозрительно... Бросаю быстрый взгляд на Артура. Он как раз осторожно достает Федю, прижимает к себе. 
- Тихо, сынок, спи, это папа, - успокаивает его. Выглядит при этом так трогательно, что у меня слезы наворачиваются. 
В роли отца Артур прекрасен. Когда нужно — строг, в особые же минуты, как сейчас, внимателен и добр. Всегда надежен. Он не раздражается, не повышает голоса. Впервые меня посещает мысль, что Артур старается дать своему ребенку то, чего, возможно, не дополучил в детстве сам? 
Глупости! Уверена, у него прекрасные отношения с родителями. 
Но чем дольше я об этом думаю, тем сильнее себя накручиваю. В тот момент, когда мы заходим в квартиру, у меня щеки полыхают от злости! 
- Не будем будить, хорошо? - говорит Артур полушепотом. 
- Я планировала его искупать, но... ладно, дадим себе поблажку сегодня. Отнесешь в детскую?
- Конечно.
Я быстро снимаю с Феди кроссовки, и Артур идет по коридору. Ловлю себя на мысли, что совсем не беспокоюсь по поводу того, сможет ли Артур аккуратно уложить и раздеть Федю. Доверяю ему. 
Сама же иду в кухню, открываю холодильник и достаю бутылку вина. 
Артур застает меня через пару минут, хлопающей шкафами в поисках штопора. 
Всё понимает без слов. Подходит к столу, достает бокалы. Откупоривает бутылку, разливает вино.
 
- Спасибо, - говорю я. Принимаю бокал и осушаю его почти залпом. - Можно еще?
Артур смеется и вновь тянется к бутылке.
- Я не понимаю, просто не понимаю! - говорю я, заламывая руки и меря кухню шагами. 
- К моим родителям нужен особый подход, - говорит он уклончиво. 
- Подход — это жить с ними в разных странах, изредка встречаясь и исполняя незначительные прихоти, чтобы те отвязались и можно было вновь разъехаться на неопределенный срок?