Тайный наследник миллиардера (СИ)

После бокала мне стало немного легче. Стас много говорил на отвлеченные темы, шутил, и постепенно мне удалось расслабиться и даже посмеяться. Зря я не относилась к нему серьезно. Таня правильно говорит: пора мне состояться не только в карьере и материнстве, но и как женщине.
- Сынок, ты сегодня посидишь с няней? - я поворачиваюсь к Феде, сидящего на полу в окружении своих любимых вертолётиков. - У мамы сегодня назначена встреча.
Федя окидывает меня своим не по годам взрослым взглядом и уточняет:
- С Артуром?
- Почему сразу с Артуром? - улыбаюсь я.
- Ты накрасовалась, - заявляет он.
«Накрасовалась» на его языке - это накрасилась и нарядилась. То есть выгляжу лучше чем обычно. Просто мы сегодня со Стасом идём в кино. Он позвонил в обеденный перерыв и пригласил, а я согласилась.
- Нет, сынок, не с Артуром. Не жди меня, ладно? Ложись спать. Няня прочтёт тебе сказку.
Несколько секунд подумав, Федя изрекает:
- Если ты не с Артуром, то он может ко мне приехать.
Я готова зажмурится от расстройства. Мне не по себе, что Федя так запросто готов заменить меня своим отцом, которого знает всего-то месяц. Я так его люблю и мне страшно, что в один день я его потеряю. В голову лезут дурацкие мысли. Я представляю суд за опеку над сыном, и что на вопрос судьи, с кем он хочет жить, Федя вдруг выбирает не меня. От таких фантазий кожа покрывается ознобом и поднимается тошнота.
Я быстро опускаюсь на колени перед Федей и крепко-крепко его обнимаю.
- Я тебя очень люблю. Не забывай об этом никогда. А ты меня любишь?
Сын тыкается личиком мне в плечо и кивает. Я глажу его густые, вьющиеся как у Артура волосы и нюхаю его как одержимая. Что я могу с собой поделать? Он моя жизнь.
Когда я перекидываю через плечо сумку, раздаётся телефонный звонок. При взгляде на экран я напрягаюсь. Это номер Артура.
В последнее время наши общение становится все хуже и хуже. Он никак не может простить мне, что я не отпустила Федю в Грецию.
- Да, Артур.
- Здравствуй, Маша, - твёрдо и по-деловому звучит его голос. - Ты где сейчас?
- Пока дома, - уклончиво отвечаю я, уставившись в зеркало.
- Хорошо. Я сейчас заеду.
Я стискиваю зубы в негодовании. Вот опять. Ставит меня перед фактом.
- Что значит заедешь?
- Хочу обсудить два момента. Во-первых, юристы подготовили бумаги о моем отцовстве. Я хочу чтобы Федя носил мою фамилию. И во-вторых, мне нужно знать, когда мой сын узнаёт, что я ему не посторонний. Не Артур, не дядя Артур, а его законный отец. Уже много времени прошло, но с момента нашего последнего разговора ничего не изменилось.
- И сегодня не изменится, - холодно отвечаю я, обнимая себя руками. - Поговорить у нас не получится, потому что я уезжаю.
- Куда? - требовательно переспрашивает Артур.
- Вообще, я не обязана отчитываться тебе о своём досуге. Но если тебе так интересно - у меня свидание.
На том конце провода повисает пауза.
- Ты не отпустила сына со мной в Грецию, но с лёгкостью запираешь его дома с няней, чтобы устраивать свою личную жизнь? - металлическим тоном чеканит Артур.
Не выдержав, я взрываюсь.
- Отпустить его в другую страну  с человеком, которого мой сын знает всего месяц?! Такое позволит только очень плохая мать! Что ты знаешь о нем? Сумеешь успокоить, если посреди ночи ему приснится плохой сон и он начнёт плакать? Знаешь на что у него аллергия? Ты ничего этого не знаешь! Я его воспитывала все это время! Я одна!
- Я бы и рад был все это узнать, но ты сбежала с моим сыном в другую страну и прятала его там от меня два с лишним года, - с плохо сдерживаемым гневом цедит Манапов. - И лишь благодаря идиотской статье не продолжила это делать. Если бы не наше с тобой прошлое и не общий ребёнок... - Он делает паузу и тяжело дышит. - Я старался быть лояльным к твоим постоянным попыткам указать мне мое место. Клянусь, я очень старался. Но тебе похоже нравится спекулировать монополией на нашего ребёнка. Кто я для тебя, Маша? Сотрудник, которому ты можешь говорить, что делать? Так я тебе напомню, кто я. Завтра мы встретимся и обсудим бюрократические моменты, а так же решим, как лучше представить меня Феде. Если ты откажешься, то я буду решать этот вопрос по другому. Я заберу у тебя пятьдесят процентов опеки над сыном. И можешь не сомневаться, что суд решит в мою пользу.
 
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Меня трясёт. Это то, чего я боялась. Что Артур покажет своё истинное лицо и ткнёт в меня своей властью.
- Ты просто омерзителен! - выкрикиваю я, но в трубке уже раздаются гудки
  
Глава 32
 
Маша
В ресторан я приезжаю в дурном настроении. 
Думала, что по дороге меня немного отпустит, но ничего подобного не случилось. Я всё ещё злюсь на Артура и прихожу в ужас после его слов. Он хочет пятьдесят процентов опеки над сыном! Это приводит меня в шок. Такое невозможно, я же просто с ума сойду, если половину месяца Федя будет жить не со мной. 
Я выхожу из машины, громко хлопнув дверью. Глубоко дышу, пытаясь успокоиться. Возможно, стоило отменить свидание со Стасом, придумать причину, почему я не могу с ним увидеться, но дело в том, что я терпеть не могу, когда кто-то переносит встречу меньше чем за два часа до оговоренного времени. Поэтому и сама стараюсь так не поступать. Наверняка Стас уже ждёт меня в ресторане. 
Так и есть, я убеждаюсь в этом, когда администратор проводит меня к столику в самом углу. Здесь тихо и уютно. Можно спокойно поговорить, не перекрикивая друг друга из-за громкой музыки. 
- Все хорошо, Маш? – спрашивает Стас после того, как мы делаем заказ. 
- Да, всё в норме. 
- Мне кажется ты что-то недоговариваешь. Проблемы? 
Неуверенно киваю и тянусь к стакану с водой. 
- С Артуром? Я верно понимаю? 
- Он загоняет меня в рамки, Стас. Хочет, чтобы я плясала под его дудку и играла на дурацких придуманных им условиях. Представляешь, Манапов упрекнул меня в том, что я обустраиваю свою личную жизнь. Не пойму, разве я не заслужила? Я же не так часто оставляю Федю с няней. 
- Бред, конечно. Он ведёт себя отвратительно по отношению к тебе. 
Непрошенные слёзы душат меня. Я пересказываю Стасу разговор с Артуром, возмущаюсь и плачу. Меня начинает трясти с новой силой. Это я не спала ночами, когда у Феди были колики. Я утешала сына, когда у него резались зубки. Я водила его за руку, когда он учился ходить и бегать. У меня не было никакой личной жизни в Турции. Я вовсе не о том думала! И вот сейчас, когда я встретила Стаса – такого понимающего и близкого мне по духу, Артур упрекает меня за это. 
Стас пересаживается ко мне на диван и успокаивает, обняв за плечи. 
- Если его угрозы перейдут в действия, у меня на этот случай есть прекрасный юрист. Может слышала про Кочергина? 
- Д-да, слышала. 
- Мы с ним дружим, Маш. Не волнуйся, я замолвлю о тебе словечко. 
Я с благодарностью смотрю на Стаса. Он, уловив мой настрой, осторожно касается пальцами подбородка. Прикрывает глаза и тянется, чтобы меня поцеловать. Я не знаю куда себя деть при этом. Наверное, будет глупо отворачиваться и вести себя словно ребёнок. Стас мне приятен. Он красивый, умный и веселый. В нём я нахожу необходимую мне поддержку и некую отдушину. Поэтому, закрыв веки, я позволяю ему коснуться своих губ. Легко и нежно. Удивительно, но меня при этом не бьет током, не трясёт и не подкидывает на месте. Сердце стучит ровно, пульс не зашкаливает. Такое происходит только рядом с Артуром, чёрт бы его побрал. Даже целуясь с другим мужчиной я не могу не вспоминать о нём. И в очередной раз на него за это злюсь. 
 
- Боишься меня? – спрашивает Стас, отстранившись. 
- Нет, - отвечаю тихо. 
- Это хорошо. Ты мне безумно нравишься. 
Он больше не предпринимает попыток меня поцеловать. Просто сидит рядом и заряжает своим позитивом. Это именно то, что мне сейчас нужно.