Неидеальная жена инквизитора (СИ)

Айрэн сжала губы, превращая их в тонкую полосу, и обиженно выдохнула.
— Я не хочу оставлять тебя, ведь если я уйду, Опустошитель может отомстить тебе.
— С чего тебе знать, что ему известно, кто обладает столь желанной для него магией? — нахмурился я.
Конечно, это приятно, что Айрэн так сильно беспокоится за меня, но она должна понимать, что куда хуже будет, если Опустошитель получит свой «чистый лист». Вряд ли он оставит в живых носительницу магии.
— Айрэн, я рассказал тебе правду не для того, чтобы ты спорила со мной. Я хочу, чтобы ты находилась в безопасности, а это значит, что ты уйдёшь. Если отец позволит.
Ведьмочка всхлипнула.
— Пусть мне и не особо приятно делать это, но я должен согласиться с инквизитором, — вступился за меня фамильяр Айрэн.
Хоть мне не особо нравилась эта болтливая сталь, но сейчас я был благодарен ему. Наверное, его мнение имело значение для ведьмы.
— Ладно. Делай так, как считаешь нужным, — кивнула Айрэн и поднялась на ноги. — Есть ещё что-то, что я должна знать?
— Не уверен, что пока могу рассказать больше. Голова раскалывается.
— Я хочу знать всё об Опустошителе. Раньше я слышала это имя лишь в детских страшилках. У нас в деревне им пытались запугивать непослушных детишек…
Я хохотнул. Что только не придумают, чтобы усмирить детей, а ведь достаточно просто показать им свою любовь и научить любить окружающих. Кажется, именно так и говорил всегда отец. И он пожертвовал собой, чтобы сохранить жизнь ведьм, которые ненавидели его из-за статуса инквизитора.
— Ты права. Опустошитель стал всего лишь сказкой для детей, тем, кто должен вселять страх, но в то же время давно считался пропавшим. Я расскажу тебе о нём всё с самого начала, но позднее. Хорошо? У меня сейчас раскалывается голова, а тебе следует принять правду о том, что твоя мать жива.
Айрэн кивнула и опустила голову. Она принялась теребить подол платья, утопая в своих размышлениях, а я приблизился к волшебному шкафу, приложил ладонь, чтобы магия считала мой отпечаток, и открыл дверцу.
— Левый угол, шкатулка. Проявись, — приказал я, положив руку на нужную полку, где в невидимом пространстве спрятал важные для себя вещи, которые никто не должен был найти.
Шкатулка проявилась, я потянулся и открыл её. Внутри лежал ромбообразный вытянутый кулон с магической кровью внутри.
— Что это? — спросила Айрэн.
— Послание. Отец должен будет получить его, как только я разобью это…
— Послание, — прошептала ведьмочка. — Ты уверен, что оно дойдёт до твоего отца?
— Уверен. У него есть точно такая же штука… Стоит только мне разбить кулон, выпустив кровь, как содержимое кулона отца почернеет.
— А что, если он не следит за кулоном?
— Он точно за ним следит. Не переживай. Я спрячу тебя от всех опасностей.
Айрэн кивнула и поднялась на ноги, поднимая фамильяра и превращая его в заколку, которую тут же отправила в волосы.
— Я могу пойти в комнату и прилечь? У меня тоже разболелась голова, и я до сих пор нахожусь в какой-то другой реальности, потому что не могу принять правду. Я так долго оплакивала маму, а она жива… Сложно поверить в это.
— Да, конечно. Если хочешь, я прикажу прислуге проводить тебя, — согласно кивнул я, прошёл за стол и сел, крутя в руке кулон.
— Нет, спасибо, я справлюсь. Со мной всё в порядке, а в поместье безопасно, насколько мне известно.
— Да, конечно, но держись подальше от открытых окон. Через них сюда может проникнуть всякое…
Айрэн с гурстью улыбнулась и вышла из кабинета. Что так сильно расстроило её? Правда о том, что её мать жива, или же нежелание оставлять меня одного?
Я закрыл глаза, как только дверь за моей супругой закрылась, и разломил кулон. Капли крови капнули на пергамент, и вскоре там начал писаться текст:
«Спасибо, что направил меня в нужном направлении, инквизитор. Скоро я заполучу свой «чистый лист», после чего непременно разделаюсь с тобой».
Я ужаснулся и поспешил стряхнуть кровь с пергамента, но она впиталась и стала угольно-чёрной. Неужели отец просчитался, и магия для экстренной связи поможет Опустошителю найти убежище, которое столько лет никто не мог отыскать?
 
В висках запульсировало от мысли, что мой отец в опасности. Важно было что-то срочно придумать, чтобы защитить его и ведьм, которых он оберегал, чтобы мои чувства к Айрэн и страхи за неё не испортили всё.
Буквы, выведенные кровью, померкли, а пергамент мгновенно загорелся. Я затушил огонь магическим ветром и обхватил голову руками.
Нет!
Всё не может быть зря…
Не должно.
  
Часть 37. Дамиан
 
Думая, как поступить дальше и защитить отца, я ходил по кабинету, измеряя его шагами и пытаясь понять, как именно Опустошителю удалось перехватить послание, которое предназначалось моему отцу. Если враг имел доступ к моему дому, то его должен был кто-то открыть. Единственные посторонние люди, находящиеся здесь — Август и его возлюбленная. Король вряд ли стал бы предпринимать что-то подобное: у него попросту не хватило бы время для заклинания вмешательства. Айрэн точно не могла оказаться в стане врага, а вот её фамильяр вполне подходил на роль той самой «тёмной лошадки». Джордж мог играть на две стороны, если ему что-то пообещали. Впрочем, вряд ли бы он стал предавать ведьму, с которой у него настроена магическая связь, ведь в таких случаях фамильяра ждёт серьёзное наказание, вплоть до лишения жизненной силы.
Голова пошла кругом, и я решил немного проветриться в саду, после чего проверить, как себя чувствует моя супруга.
Выходя из кабинета, я ещё раз покосился на стол, где осталась лишь горстка пепла от листа с предупреждающими словами. Дойдёт ли послание до отца? И если да, то как скоро он со мной свяжется?
В коридоре я столкнулся с Юлиусом. Смотритель дома выглядел слишком встревожено. Он опасливо посмотрел на меня и втянул шею в плечи, точно имен он только что мог провалить важное дело.
— Господин, происходит что-то очень странное. Вокруг поместья собираются тёмные тучи. Быть может, нам следует прибегнуть к помощи магов и попросить их наложить дополнительную защиту? — поделился своими мыслями смотритель дома.
— Нет! — резко оборвал мужчину я. — Мы не станем обращаться к магам.
Уже хватило одного раза, когда вместо помощи я получил от них сплошные угрозы, а потом они натравили на меня короля.
— Как скажете, господин. Вечером вас ждут на главной площади, ведь вы обещали дать людям праздник, и они хотят знать, когда именно начнётся ярмарка.
Ярмарка!
Праздник!
Я совсем позабыл обо всём этом.
Вроде бы недавно говорил королю, что мы решали поддержать людей праздником, а сам забыл.
Важно было заняться этим, но голова забита другим.
— Кажется, я знаю, кто мне поможет, — довольно улыбнулся я. — Юлиус, передай Августу, что я хочу встретиться с ним в саду. У меня есть интересное занятие для этого мальца.
Юлиус недовольно скривился: видно было, что ему не нравится моё предложение. Смотритель не одобрял моё желание оставить парня, планировавшего разрушить моё поместье, в стенах этого же поместья в качестве гостя. Однако он многого не знал, а раскрывать перед кем-то всю правду я в настоящий момент не планировал. Если бы не Август, то король уже заключил Айрэн под стражу, чтобы использовать её, как наживку для Иссушителя или Опустошителя.
Тяжело вздохнув и возмущённо покряхтев, Юлиус всё-таки поспешил выполнять мой приказ, а я вышел в сад. Голова закружилась ещё сильнее из-за свежего воздуха, заполнившего лёгкие. Мне вдруг захотелось прогуляться здесь вместе с Айрэн, чтобы это было свиданием, а не чем-то вроде «здесь мы можем поговорить по душам в преддверии гибели». Никогда бы не думал, что женитьба на ведьме принесёт мне столько неприятностей. Я не хотел ввязываться в дела отца, пусть не осуждал его и пытался помогать, если он просил о чём-то (последнее случалось крайне редко). Я представлял себе иную жизнь, думал, что свою супругу отпущу позднее и буду дальше существовать, как и раньше, но теперь мысль о том, что мне придётся отпустить Айрэн в свободный полёт, причиняла нестерпимую боль. Мне не хотелось расставаться с ней. Ведьмочка засела глубоко в душу, становясь её частичкой.