Неидеальная жена инквизитора (СИ)

— Правильно делает, ей нужно время, чтобы окончательно успокоиться и забыть о пережитом кошмаре.
— Она ничего не помнит…
Я снова подумала о том, что между Августом и Элеонорой была близость, а метка начала болезненно кровоточить, и я негромко айкнула. Капля крови капнула на пол и, кажется, отозвалась хрустальным звоном, а Магнолия сделала шаг вперёд и взяла меня за руку.
— Так нельзя, девочка! Вам с Дамианом важно завершить обряд, потому что если не сделать этого или не разорвать брак, вы оба станете слишком уязвимы. Метка отнимает силы. Поверь мне, я знаю, о чём говорю.
Я кивнула и, вытащив руку из шершавой ладони старухи, тут же нырнула в комнату. Отыскав баночку с бальзамом, я принялась обильно смазывать печать, а Джордж начал требовать выпустить его на свободу. Пришлось снять брошь и позволить фамильяру преобразиться магическим ножом.
— Знаешь, в последнее время ты ведёшь себя, как невоспитанный хулиган! — возмутилась я.
— Посмотри на себя. То ты готова перерезать инквизитору глотку, то теперь уже собираешься завершить с ним брачный обряд. Ты бы уже определилась, что для тебя значит инквизиция — зло или нет.
— Брось, Джордж… Дамиан не такой, каким был его отец. Ты видел, как он заботится обо мне? И не только обо мне. Он позаботился даже о безнадёжно влюблённых. Он благородный дракон.
— С кровью инквизитора, — засмеялся Джордж. — Впрочем, обсудить я хотел не это. Мне не нравится этот поварёнок. К нему следует присмотреться, ведь эликсир, созданный им, может наоборот привлечь внимание Иссушителя к ведьмам, у которых есть метка. Мне больше нравилась идея с фальшивыми метками, чтобы запутать его.
— Ты не доверяешь всем мужчинам, и мне кажется, что в прошлой жизни ты был настоящим ловеласом или же обиженной женщиной.
— Фу… Обиженной женщиной я точно не был, да и я не уверен, что у магической стали была прошлая жизнь. Но если она и была… Мне кажется, что я всегда был чем-то величественным — огромным куполом, под которым укрывались от дождя, например…
— И ты из вредности пропускал капли, чтобы те, кто прячутся под тобой, промокли и замёрзли, — звонко засмеялась я.
— Какая же ты ядовитая! — фыркнул Джордж.
— Было у кого поучиться, — ответила я.
— Ты всё равно слишком часто думаешь об инквизиторе… Но не суть… Я хотел поговорить о том, что случилось вчера, потому что не успел сделать этого утром. На тебя совершено нападение. И тебе следует стать осторожнее. Я, конечно, должен оберегать тебя, но если ты будешь постоянно скрывать меня в своих женских украшениях, я ничего не смогу сделать. Найди уже подобающие ножны и носи меня в моём нормальном обличии.
— Это был Иссушитель? — дрожащим голосом спросила я.
— Не уверен. Эта магия слишком знакома мне… Магия старейшины.
Я поперхнулась слюной и стала покашливать.
— Но зачем ему нападать на меня?
— Чтобы напомнить, зачем именно ты стала женой инквизитора? — задал встречный вопрос Джордж.
Позволь напомнить тебе кое-что, если ты уже забыла. У меня есть подозрение, что старейшина желал твоими руками совершить грязное дело.
В висках появилось жжение, и я вскрикнула, услышав, как напоследок извинился Джордж. Перед глазами стали появляться сцены из моей прошлой жизни.
— Ты стала мне дочерью, Айрэн, и я беспокоюсь, что инквизиция навредит и тебе. Инквизиция зло. То, что они сотворили с твоей матерью — ужасно.
— Но тела ведьм так и не смогли найти… Возможно, мама ещё жива?
— Тела ведьм никогда не найдут, маленькая глупая Айрэн… Инквизиторы сжигают их на костре, перед этим истязая и мучая.
Я тогда была подростком, и моё сердце болезненно сжалось от боли.
— Я бы на твоём месте отомстил… Кровь за кровь, Айрэн…
«Кровь за кровь», — повторяется голос старейшины в ушах и звучит, как приказ, указание к дальнейшим действиям.
Я задумалась: старейшина часто напоминал мне, что именно из-за семьи инквизитора погибла моя мать, он пытался укоренить внутри ненависть к инквизиции, но я всегда считала, что это мои мысли и желания. И теперь я понимала, что он слишком часто напоминал мне о боли и намекал, как поступил бы на моём месте… Он хотел избавиться от Дамиана, но почему? Я задумалась, а Джордж угрожающе блеснул, отражая солнечные лучи, попадавшие на него из окна.
 
— Мне следует поговорить с Дамианом, — утвердительно заявила я.
— Даже не думай снова превращать меня в какую-нибудь безделушку, — запротестовал Джордж.
— Прости, — помотала головой я, понимая, что другого выхода у меня нет, ведь так или иначе я не могу разгуливать по поместью с ножом в руках, обращая на него пристальное внимание всех присутствующих.
Ведьма из лавки была права — мне следует скрывать моего фамильяра тщательнее. Быть может, обратить его какой-нибудь зверушкой? Я задумалась, потому что ничего подобного раньше не практиковала и мне, как минимум, придётся обновить свои знания для начала.
  
Часть 32. Дамиан
 
Сидя в своём кабинете и наклоняя флакон с зельем, изобретённым Августом, из стороны в сторону, я вспоминал слова Айрэн о том, что нам пора бы закрепить брак. Мне не хотелось, чтобы наша брачная ночь стала обязательством, которое укрепит наш союз, но сегодня, оказавшись, в ловушке магов, я почувствовал, что сил стало гораздо меньше, чем было раньше. Печать брачного обета отнимала их, и мне нужно было срочно что-то делать с этим. Я не могу оказаться уязвимым, когда нужен своим людям.
Стук в дверь заставил отвлечься от этих мыслей и спрятать флакон в ящик стола.
— Войдите, — ответил я, покашляв, чтобы прочистить горло.
В дверь юркнула хрупкая фигурка ведьмочки, а я тяжело вздохнул.
— Ты могла бы не стучать…
— Простите, но я не совсем понимаю, как правильно должна вести себя в стенах вашего дома. Вы постоянно говорите мне о каких-то правилах и подчинении… — начала оправдываться Айрэн.
— Да, мы обсудим всё немного позднее. Сейчас я хотел поговорить с тобой о…
— Я тоже хотела поговорить с вами, — перебила меня Айрэн, приблизилась и положила на стол металлическую цепь.
— Что это? — я нахмурился, разглядывая её.
— Обрывок цепи, который я нашла в тот день, когда ваш отец убил мою мать и других ведьм Дикого племени, — с грустью выдавила из себя Айрэн.
Мне хотелось сказать, что её познания не совсем верны, и я уже почти сделал это, но она снова не позволила мне раскрыть рот.
— Джордж кое-что рассказал мне о минувшей ночи, и я хотела бы спросить у вас, драго Риверден: были ли у вас какие-то распри со старейшиной, чья дочь должна была стать вашей женой вместо меня?
— Распри? — я хмыкнул, хмуро поглядывая на ведьмочку. — Ты имеешь ввиду что-то помимо того, что его дочь должна была насильно стать моей женой?
Айрэн кивнула.
— Не припомню, чтобы мы ссорились или не поделили что-то, но ты долгое время жила в деревушке и знаешь, как относятся местные к инквизиторам. Почему ты вдруг спросила меня об этом?
— Вы уже знаете, что став вашей женой, я хотела убить вас, но сегодня Джордж кое-что напомнил мне… Это было как видение, промелькнувшее перед глазами. Ненависть к вашему роду во мне взращивал старейшина, а вчера он сообщил мне, что я должна завершить начатое. Это не было нападением Иссушителя. Старейшина хочет, чтобы я убила вас, но я не понимаю, зачем ему это нужно.
Я сложил руки на столешнице, сцепив их в замок. Кто только не хотел убить сначала моего отца, а затем и меня самого… Это немудрено, ведь инквизиция держит обладателей магического дара под вечным контролем и не позволяет сделать шаг в сторону от устава. Многие понимают и принимают наши законы, но есть и те, кого они не устраивают. Один из таких магически одаренных драконов — Опустошитель. Не удивлюсь, если он на самом деле одно лицо с орудующим ныне Иссушителем. Вот только о первом давненько ничего не было слышно, и мне казалось, что он на самом деле захоронен. Отец был прав, когда говорил, что однажды Опустошитель вернётся, чтобы переписать свою личность и начать всё с чистого листа. Для этого ему нужна магически одарённая ведьма, магию которых называют «листом». Скорее всего, Айрэн именно такой и обладает, и мне придётся рассказать ей всё.