Фамильная реликвия (СИ)
— А ты им помешал, — закончила я. — Сыграл на моей любви к бабушке, вынудил вернуться в деревню и убедил остаться.
Леонард пожал плечами.
— Я — демон, — напомнил он. — Для меня это в порядке вещей.
Я укоризненно покачала головой.
— В постель ты меня тоже специально затащил? — холодно уточнила я. — Ты со всеми своими ведьмами спишь?
— Вот только не надо строить из себя оскорблённую невинность, — фыркнул тот. — Я к тебе приворотов не применял и силком в койку не тащил. Ты легла со мной сама, по доброй воле, и тебе это даже понравилось. И, отвечая на твой вопрос: нет, я не сплю со всеми своими ведьмами. Средневековые россказни про многолюдные оргии, на которых я трахаю всех ведьм подряд, несколько не соответствуют действительности. Я — Король Шабашей, а не инкуб. Я обучаю ведьм, дарую им магию и знания, — тут на губах Леонарда отразилась скабрезная улыбка. — Впрочем, если кто-то из моих девочек желает, помимо знаний, получить доступ к моему телу, я никогда не возражаю.
Я не нашла в себе силы разозлиться на это. Леонард не Николай, он — демон. Глупо ждать от него нормального человеческого поведения.
— Получается, кольцо я тебе отдала, но от дара не избавилась, — резюмировала я. — И что мне теперь делать?
— На твоё усмотрение, — пожал плечами тот. — Можешь стать моей ученицей: я почту за честь обучить тебя всему необходимому. Или можешь забыть всё, случившееся здесь, как страшный сон, и уехать обратно в город. Правда, твоя магия останется с тобой, но не думаю, что она доставит тебе особые хлопоты. Дар видеть мёртвых — не такое уж и тяжкое бремя. Вопреки сложившимся благодаря кинематографу стереотипам, призраки — ребята скрытные и малообщительные, они не бегут за помощью к первому встречному-поперечному, предпочитая обитать либо рядом с местом своей гибели, либо возле членов своей семьи. До посторонних медиумов им нет никакого дела.
— То есть я могу прямо сейчас собрать свои вещи, завести машину и уехать домой? — мне не верилось, что всё так просто. — И мне за это ничего не будет?
— Абсолютно ничего, — заверил меня демон. — Лично я не собираюсь преследовать тебя аки Ангел Мщения. Вот придёт твоё время умирать — тогда и свидимся. А так ты абсолютно вольна в своих поступках.
— А что будет с моей бабушкой? — я с подозрением посмотрела на мужчину.
— Она умрёт, — просто ответил тот. — Её время на этой земле подошло к концу — ты на это никак не сможешь повлиять.
— Но её душа не попадёт в Ад? — несмотря на весь свой атеизм, от которого, похоже, не осталось уже и следа, меня крайне волновал вопрос бабушкиного посмертия.
— Это не мне решать. Но я на её душу больше не претендую.
Мне этого ответа было достаточно.
— А что насчёт мёртвых петуха и кошки? — внезапно меня осенило. — Это всё ты устроил, да? Для устрашения и нагнетания нужной атмосферы?
— Нет, — впервые с начала нашего разговора Леонард помрачнел. — Я не имею к этому цирку никакого отношения.
— Тогда кто?
Демон презрительно скривился.
— С какой стати мне тебе отвечать? — спросил он. — Ты отвергла меня, отказалась быть моей ведьмой. Вон и кольцо моё вернула. Так что я не обязан тебе в чём бы то ни было помогать. Хочешь выяснить, кто настолько ненавидит твою бабку, что готов направо и налево убивать невинных зверюшек? Милости прошу! Можешь поиграть в Шерлока Холмса. Вон и Семёна с собой прихвати, а то парню неимоверно скучно в этой глухомани: одни пьяные драки да жалобы соседей друг на друга — совсем скоро пылью покроется.
Я недовольно поджала губы: подобный ответ меня задел. Впрочем, на что я рассчитывала? На благородство демона? Даже звучит смешно. Нет, пора смириться: милого Николая больше нет. Есть только демон Леонард, и он не станет мне помогать только ради моих красивых глаз.
— Пёсика, к слову, советую оставить, — после недолгой паузы внезапно как бы между прочим бросил демон. — Может пригодиться.
— И как я объясню окружающим его присутствие?
— Никто, кроме тебя, его не увидит. Разве что ведьма какая, но, как я уже говорил ранее, их осталось совсем мало.
— Ладно, допустим, — я скептически посмотрела на внезапно обретённого “питомца”, а затем перевела взгляд на Леонарда. — А чем мне его кормить? И как за ним ухаживать? А имя у него есть?
Леонард обречённо вздохнул.
— Напои его своей кровью и дай имя — это привяжет его к тебе, — изобразив на лице мученическую гримасу, принялся объяснять демон. — Ухаживать за ним и кормить не нужно — он же не домашний пёсик, в самом-то деле! Адская гончая — это нематериальная сущность, она питается излишками твоей магии, которые ты, сама того не замечая, выплёскиваешь в пространство.
— Ясно, — кивнула я. А затем, немного замявшись, подняла на демона глаза и, выдавив из себя крохотную улыбку, добавила: — Спасибо.
Тот лишь отмахнулся от меня.
— Не за что. Считай это благодарностью за возвращённое кольцо — я порядком утомился бегать за вашей семейкой. Толку от вас чуть, а сил и времени отнимаете прорву. Да и Раде давно пора отправляться в загробный мир…
— А Серафима? — я подняла на демона вопросительный взгляд. — Она тоже уйдёт?
— Откуда мне знать? — в голосе Леонарда появились раздражённые нотки. — Ты её сюда призвала, тебе и изгонять. Лично мне она не мешает. Ну, ходит по деревне, вздыхает, с племянницей общаться пытается, только та от неё шарахается как от чумной.
— Серафима пыталась говорить с моей бабушкой? — искренне удивилась я.
— Пыталась, — подтвердил демон. — Это от неё в первую очередь Аня разложила повсюду соль и развесила полынь. Твоя бабушка, Женя, не такая дура, чтобы искренне верить, что обычные травки-муравки могут защитить её от меня. Нет! Она опасалась, что её тётка вселилась в меня, вот и налила мне отвар со зверобоем. Помимо якобы негативного влияния на демонов, он ещё и весьма неприятен для различных потусторонних подселенцев.
— Получается, она не знает, что ты — демон?
— Даже не догадывается, — заверил Леонард. — Когда я только прибыл в деревню и купил дом, Аня первая пришла ко мне на порог и чуть ли не умоляла бежать без оглядки из этого дома, потому что там, по её словам, “водится нечистая сила”. Когда же я не уехал, более того, даже словом ни с кем не обмолвился о каких-то странностях в доме, Аня решила, что Серафима, которую она регулярно видела в саду, захватила моё тело. Именно поэтому твою бабушку, Женя, так насторожило наше тесное общение.
— Она решила, что Серафима через тебя пытается добраться до меня, — понимающе кивнула я. А затем, после недолгой паузы, спросила: — А она могла бы? Если бы в её доме поселился не ты, а обычный человек. Она бы могла занять его тело?
— Нет, — покачал головой Леонард. — Это так не работает. Не может в теле находиться две души. Даже низший демон, подселяясь в чью-то тушку, предварительно выбивает из неё предыдущего владельца. Только вот душа — не печенье в банке, её нельзя просто взять и выкинуть. Душа и тело неразрывно связаны, только Жнец или Ангел Смерти могут их разъединить. Но откуда об этом знать твоей бабушке. Она никогда не интересовалась “оккультными штучками”. Книга Теней все эти годы пылилась в подполье, словно макулатура.
Я отчётливо слышала огорчение в голосе демона. Было очевидно: столь пренебрежительное отношение к ведьмовской книге его по какой-то причине задевало.
— Ну, теперь книга и кольцо снова у тебя, — заметила я. — Найдёшь себе новую ведьму, которая будет более трепетно относиться к твоим подаркам.
— Я бы предпочёл, чтобы этой ведьмой была ты, — отозвался демон. — Ты, конечно, вряд ли мне поверишь, но ты мне нравишься. Твоя энергия, внутренний стержень. Ты удивительная женщина, Женя. Даже сейчас, зная, кто я такой, ты спокойно говоришь со мной, без тени страха, словно я всё ещё безумно влюблённый в тебя деревенский фельдшер Николай.
— Ты и выглядишь как Николай, — напомнила я, чувствуя себя несколько неуютно под пристальным взглядом демона. — Выгляди ты как демон, вряд ли бы я была столь же спокойна.