Фамильная реликвия (СИ)
Высадив пенсионерок перед невысокой деревянной церквушкой, расположенной на окраине кладбища, я достала из бардачка Cosmopolitan, купленный пару месяцев назад от скуки — я как раз встречала Володю из командировки, а его рейс задерживали, вот я и купила первый попавшийся журнальчик, чтобы скоротать время, после чего благополучно забыла о нём. Что ж, учитывая тот факт, что служба идёт около двух часов, пожалуй, я была готова дать данному глянцевому изданию ещё один шанс — всё лучше, чем бессмысленно листать новостную ленту в телефоне и почём зря садить батарею.
Неожиданно для меня моё ожидание продлилось не так долго, как я предполагала. Не прошло и пяти минут, как бабушка вернулась, причём была такая бледная, что краше в гроб кладут.
— Что-то случилось? — встревожено спросила я, внимательно вглядываясь в лицо старушки, подмечая и дрожащие губы, и наполненные слезами глаза.
— Всё хорошо, — бабуля выдавила из себя жалкое подобие улыбки. — Просто голова что-то разболелась. Давай вернёмся домой?
— Да, конечно.
Интуиция подсказывала мне, что дело отнюдь не в головной боли, но я решила не мучить бабушку бессмысленными расспросами: захочет — сама расскажет. А не захочет… что ж, я всегда могу устроить допрос с пристрастием тёте Глаше. Если что-то случилось в церкви, то эта пронырливая особа точно должна знать, что именно.
Вернувшись домой, бабушка заторможено сняла с головы платок, аккуратно повесила его на спинку стула, хотя обычно он лежал в верхнем ящике комода, и легла на постель, свернувшись калачиком и уткнувшись лицом в стенку. Весь её вид кричал о глубокой скорби, причину которой я не знала. Но была готова вызнать любой ценой.
— Бабуль, может, тебе чаю сделать? — осторожно спросила я, приблизившись к изголовью кровати.
— Нет, Женечка, не нужно, — последовал приглушённый ответ. — Я немного посплю, и всё пройдёт.
— Как скажешь.
Я накрыла бабушку стареньким пледом и вышла из дома, бесшумно закрыв за собой дверь. Громкий стук, донёсшийся со стороны бани, заставил меня буквально подпрыгнуть на месте от неожиданности.
“Там что, безголовый петух ожил?” — почему-то мелькнула в голове странная мысль, заставившая меня нервно хохотнуть. Свернув к дровянику, я захватила с собой топор — так, на всякий случай, — и решительно направилась в баню.
Каково же было моё изумление, когда я, резко распахнув дверь, увидела в предбаннике уже знакомую троицу, накануне запустившую в меня комком грязи и обозвавшую “ведьминой внучкой”.
— Здрасьте, — я окинула перепуганных ребятишек, явно не ожидавших меня здесь увидеть, суровым взглядом. — И что это вы забыли у нас в бане, молодые люди?
Я обратила внимание, что ребята сидели на полу, на деревянной лавке возле них стояло зеркало, а перед ним — блюдце с зажжённой свечой.
— Гадаете что ли? — недоверчиво предположила я, разглядывая предметы, которых прежде здесь никогда не было. — А почему именно в нашей бане?
— Так ведь здесь ведьма живёт, — паренёк, по всей видимости, был самым храбрым в их компании. Вызывающе вскинув подбородок, он смело смотрел мне в глаза, хотя напряжённая поза и побелевшие губы ясно свидетельствовали о том, что мальчишка опасается наказания и за свою дерзость, и за их неблаговидный поступок.
— Ведьмы в бане не живут, — наставительно проговорила я, проигнорировав очевидный намёк на свою бабушку. — Вы ведь на суженого гадаете? — ребята обменялись быстрыми взглядами и неуверенно кивнули. — Для этого гадания нужно два зеркала, это во-первых. А во-вторых, его используют только девушки.
— У нас нет второго маленького зеркала, — с огорчением сообщила светловолосая девочка.
— И почему это гадать могут только девушки? — возмутилась её полненькая подруга. — Мальчики что, уже не люди? Они тоже хотят увидеть свою вторую половинку!
— Логично, — кивнула я, с трудом сдерживая смех. — У нас в доме есть зеркало. Если хотите, могу принести.
— Что, правда? — на лице мальчика отразилось недоверие. — А зачем вам нам помогать?
— А я тоже хочу на суженого погадать, — моментально нашлась я с ответом. — Просто у меня тоже, как и у вас, только одно зеркало. Кроме того, скажу вам по секрету: одной гадать страшно. Это же баня! Здесь живёт банник…
— Точно, — шёпотом согласилась со мной одна из девчушек, та, что пополней. — Он нападает на тех, кто приходит в баню после полуночи и ошпаривает их кипятком.
— Ну, сейчас утро, и нам его точно бояться нечего, — успокоила я её. — Вы поэтому именно сейчас пришли?
— Родители запрещают нам в бане играть, — смущённо потупив глаза, сообщила блондиночка. — А нам очень-очень хотелось погадать.
— Сегодня воскресенье, и все должны быть на утренней службе, — понимающе кивнула я. — Вы, наверно, караулили, пока мы с бабушкой уедем, да?
Ребята синхронно кивнули.
— Мы не знали, что вы так быстро вернётесь, — словно оправдываясь, сказал паренёк.
— Ясно всё с вами, гадатели, — я укоризненно покачала головой. — Вообще-то, мне стоит вас строго отчитать, чтобы вы не лазили по чужим дворам, и отвести за уши к родителям, чтобы те вам всыпали ремня, но делать я этого не стану. Ждите, сейчас я принесу второе зеркало — погадаем вместе.
Когда я была маленькой, мне тоже очень хотелось погадать на суженого — это ведь так интересно! Только вот в то время из моих ровесников в округе были сплошные пацаны, а я искренне полагала, что гадать на суженого могут только девушки. Одной же мне было страшно. Что ж, теперь мне представилась возможность исполнить детскую мечту. А заодно подружиться с местной ребятнёй и отучить их дразнить мою бабушку ведьмой.
Вернувшись из дома вместе с невысоким прямоугольным зеркалом на ножке, я поставила его на лавку позади свечи так, чтобы оба зеркала образовали бесконечный зеркальный коридор, после чего плотно закрыла дверь бани, чтобы дневной свет не разрушал мистический антураж. На задворках сознания мелькнула мысль, что в свете последних событий баловаться с потусторонними силами не стоит, — мало ли, что может произойти, — но я отогнала эту мысль прочь. Все гадания — полная чушь, просто забава, от которой не может быть никакого вреда.
Вместе с ребятами я села на пол сбоку от лавки. Выждав несколько секунд, пухленькая девочка проговорила:
— Суженый, ряженый, приди ко мне ужинать.
“Как минимум завтракать”, — подумала я, но исправлять её не стала. Я честно вглядывалась в зеркальный коридор, в котором отражалось пламя свечи, но не видела там ровным счётом ничего. Хотя, да, тёмная зеркальная гладь завораживала, а в неясном красно-оранжевом пламени свечи, действительно, создавалось ощущение, будто там, где-то глубоко внутри зеркала, что-то двигается.
— Суженый, ряженый, приди ко мне ужинать.
Второй раз повторила девочка, видимо, тоже ничего не увидевшая в зеркале. А я вдруг вспомнила о спиритическом сеансе, проведённом этой ночью. Я тогда трижды проговорила “заклинание”, прежде чем что-то произошло.
— Суженный, ряж…
Когда девочка заговорила в третий раз, я резко подалась вперёд и закрыла ей рот ладонью. Сама не знаю, почему, но меня обуял страх: сердце колотилось где-то в районе горла, а дыхание стало быстрым и поверхностным. Я посмотрела в зеркало: оно по-прежнему не отражало ничего, кроме пламени свечи и зеркального коридора.
— Вы чего? — дрожащим голосом спросил мальчишка. Похоже, моя реакция напугала его намного сильнее, чем само гадание. А я даже не знала, что ему ответить! Объективно, бояться было нечего. Почему же так заполошно стучит сердце?
— Ничего, — выдавила я из себя, убрав руку от лица девочки. — Просто что-то показалось.
— Вы что-то увидели в зеркале? — даже в темноте я заметила вспыхнувший в глазах мальчишки азарт.
— Нет, — я резко выпрямилась и направилась к двери. — Заканчивайте гадание без меня.
В этот момент тяжёлая деревянная дверь, ведущая в парилку, медленно открылась, и я на мгновение увидела чёткий женский силуэт во всём белом, замерший возле полатей.