Чёрт знает где... (СИ)

Вооружение:
— ЭМО — четыре ствола калибром в двести миллиметров,
— лазерных орудий средней мощности — сорок,
— плазменных пушек — двадцать,
— пусковых установок ракет ПРО — десять,
— торпедных установок — восемь,
— ПКР — шесть единиц.
Скорость в системе — до двенадцати тысяч километров в секунду.
Мощность щита — 400 МВт.
Трюм — 10000 кубометров.
Прыжок осуществляется на десять систем.
Экипаж — шесть человек.
К моменту вылета на торговую станцию эсминец был уже собран и проходил испытания. Его корпус стал чёрным после того. как его покрыли броневыми плитами дзангов. По классификации Содружества у нас был лёгкий крейсер одиннадцатого ранга. Лилит летела в ранге капитана нашего эсминца, названного её именем, а рядом с ней в рубке было ещё четыре андроида и Родиж — бывший барон, который выучил профессии первым из тех восьми сотен человек. Вначале около торговой станции появился наш транспорт, а через полчаса вылез из подпространства эсминец «Лилит». У всех красовались знаки идентификации «Империя РИЛ». Теперь никто в панику не впадал, и «Звезда империи» гордо пролетел до приёмного бункера завода по переработке металла. У нас было только железо, но за него мы получили тридцать миллионов. Потом мы узнали, что начались локальные войны внутри Содружества, а это привело к резкому росту цен на металл и всю военную продукцию.
Медкапсулы с картриджами тоже подорожали. Обычно лечебно-диагностический агрегат девятого поколения, имеющий 100 % работоспособность, стоил не более полумиллиона с картриджами на год работы. Сейчас эта цена удвоилась. Все деньги, что мы получили, пришлось отдать за тридцать медкапсул с картриджами. Поэтому мы не стали высаживаться на станцию — товар нам привезли на грузовике, и перегрузили за полчаса. Наши корабли стартовали. На этот раз мы решили не включать ускорители на кораблях, поэтому просто прыгнули на десять систем. При выходе из гипера Маг, который был подключён к общей системе управления транспортом через информационную шину, а сам искин был на моём фрегате, стоящем в трюме.
— За нами летят три крейсера алафов.
— Наверно, хотят узнать, откуда мы прилетаем.
— Лилит, хочешь пострелять шпионов?
— А можно?
— Конечно!
Эсминец бодро развернулся, и выпустил по преследователям несколько ПКР, пару торпед, и около десяти снарядов с ЭМО. Был поражён один из крейсеров, у которого отвалился отсек с двигателями. Два других корабля открыли огонь по «Лилит». Но щит полностью отразил атаку. Все ракеты и болванки, выпущенные остроухими были уничтожены системой ПРО нашего эсминца. Через минуту алафские крейсера попали в зону действия лазеров нашего корабля. Очереди из трёхствольных пушек средней мощности с дистанции, в полтора раз большей, чем это могли себе позволить алафские артиллеристы, просадили на сорок процентов щит одного из крейсеров ушастых. В это время развернулись башни лазеров «Звезды империи» и выплюнули мощные лучи, которые прожгли щит и броню вражеского корабля. Через семь секунд вспышка озарила космос — поражённый лазерами звездолёт испарился. В это время разошедшаяся Лилит уничтожила и обездвиженный звездолёт, первым пострадавший от наших ракет. Ещё две вспышки, и оставшийся в одиночестве алафский крейсер срочно разворачивается, и улепётывает со всех лопаток.
Мы решаем больше не испытывать судьбу, и включаем ускорители. Нас приветствует Профессор по мыслесвязи, и корабли идут к планете.
— Господин Талавес, пришли данные о бое между нашим разведывательным отрядом и конвоем дзангов.
— Каковы итоги?
— Мы потеряли два крейсера с экипажами, а последний еле ушёл. Вот наша запись с него, а вот то, что пустили в ГАНОК риловцы.
— Есть разница?
— Нет! Только тот корабль, что мы посчитали крейсером, оказался эсминцем. Его щиты наши пушки не смогли не то что пробить, но даже уменьшить интенсивность их не удалось, нашими лучшими лазерными орудиями. А вот залпы с транспорта, который вооружён лучше наших линкоров, пробили насквозь не только щиты крейсера «Зелёный лес», но и броню, и реакторы. Просвечивание сканером показало, что на этот раз в кораблях было три человека.
 
— Вы хотите сказать, что у них настолько совершенные системы управления, что нужен только один пилот на такие корабли?
— Или у них часть функций переложена на искины, как это было в первой империи дзангов.
— Но это же противоречит законам Содружества!
— Нет. Пилот то есть. Это же не машинная цивилизация и не киборги Ухакдона. Скорее всего их искины или имеют равные права с людьми, или у них симбиоз естественной и искусственной жизни.
— Да, час от часу не легче! А что с Аратаном?
— Ничего! Наш флот потерял тридцать процентов и отступил. Разведка прошляпила переброску аратанцами двух флотов и усиление станционной группы. Но хоть и не удалось осуществить намеченное мероприятие, эти вояки прекратили нападения на наши караваны.
— А как дела у Варавов?
— Тоже ничего утешительного. Аранар закупил самые современные для хуманов корабли одиннадцатого поколения у торговых корпорантов. Поэтому вараварцев от разгрома спасла только их численность. Пришлось фиксировать ничью и разводить их. Фанатики — киборги раскатали пиратов, которым мы заплатили, в тонкий блин. Не ушёл ни один, даже самый маленький корабль.
— А что с месторасположением этой РИЛ.
— То, что она за нашим Фронтиром, это всем уже понятно. Но где именно, не знает никто. Пираты, зафрахтованные на разведывательную операцию, пропали. Так что, пока ничего хорошего у нас не получилось. От этой войны прибыль получили только Скотулы и Гономы, нажившие триллионы на поставках искинов и гипердвигателей воюющим сторонам, в том числе и нам.
— И что будем докладывать императору.
— Лучше сказать правду, что у нас на этот раз ничего не получилось.
Нейвэйский исследовательский звездолёт, похожий на катамаран (два корпуса треугольного сечения, соединённые перемычками), двигался в черноте космоса. Он уже пересёк границу между Фронтиром и неисследованными системами. У капитана была секретная инструкция от Совета корпораций, предписывающая найти месторасположение империи РИЛ. Официально был запланирован поиск новых рудных месторождений в астероидных поясах звёздных систем на расстоянии в пятьдесят световых лет от границы Фронтира. Уже два раза приходилось вступать в бой с пиратами. Слава Вечности, что они все были второго или третьего поколения, и не могли принести никакого вреда линкору десятого ранга, у которого только длина равнялась двум километрам, а ширина — триста метрам. Да и вооружение было соответственным статусу. Нейвэйские учёные создали установку, которая позволяя двигаться по любому подпространственному проходу в обоих направлениях. Она тоже проходила испытание в полётных условиях, как и многие системы этого, фактически экспериментального корабля.
— Капитан, обнаружен блуждающий гиперпроход!
— Ныряем, пока он не закрылся. Посмотрим, куда он нас приведёт. Включите ГУДГИП.
Корпус линкора задрожал, и приборы зафиксировали провал в подпространство. Прошло три минуты, внезапно скорость движения резко возросла в несколько раз, и всё внутри корабля зазвенело, люди попадали. У многих их носа и ушей шла кровь. Отключились искины, потом громкий хлопок возвестил о срабатывании защиты реакторов, погас свет, рубку, коридоры, каюты и другие отсеки звездолёта наполнил ультразвук, заложивший всем уши. Капитан увидел, как теряют сознание все, кто находится рядом. Затем случилось самое страшное — отключились нейросети…
 
Когда около одного из астероидов, который перерабатывал в руду наш рудокоп номер двадцать два, материализовался двухкилометровый корабль с двумя корпусами, андроид — шахтёр послал на планету сигнал «Совершенно секретно. Код красный».
Через два дня прибыли мы на эсминце и транспорте. Андроиды уже вскрыли с помощью дроидов корпус линкора. Внутри было тридцать два трупа. Энергии на корабле не было. Мы сняли все искины, и Профессор вместе с Магом их вскрыл. Так мы получили информацию о трагедии, разыгравшейся на линкоре «Сияние черноты».