Девочка и Звезды (ЛП)

Под аккомпанемент прерывистого дыхания Као, а теперь и мучительного стона, Эррис отпустил одну руку с ноги Као и потянулся, чтобы схватить прут, которым Майя убила Бексена.
Эррис поднял прут и его ношу с двумя детьми одной рукой, снова выпрямляя ноги. С мрачным лицом и почти такой же болью на лице, как у Као, Майя схватилась за лодыжки Эрриса.
Эррис отбросил прут. Яз надеялась, что он пропустит кого-нибудь из тех, кто под ними, которые тянули шеи, чтобы посмотреть.
— Зин. Поднимайся, — приказал Эррис.
Глаза Као, налитые кровью, казалось, вылезали из орбит.
— Боги во Льду! — Его вздох был едва слышен.
Зин начал карабкаться по Майе, явный ужас падения под ним перекрыл застенчивость Икта от близкого контакта. Он сжимал ее с такой интимностью, что замужняя Икта покраснела бы наедине. Но даже так он выглядел неуверенно, готовый упасть, снова и снова рискуя своей жизнью из-за лоскутных шкур и швов, удерживающих их вместе. Дважды что-то рвалось, и он соскальзывал назад с отчаянным криком только для того, чтобы снова поймать себя, обеими руками обнимая Майю за талию, а затем за шею.
Над ними вырисовывалось зияющее горло ледяной шахты, окаймленное капающими сосульками. Полосы светящейся звезда-пыли покрывали первые двадцать ярдов шахты, а над ними все было погружено во тьму. Зин добрался до Эрриса, который схватил его за запястье и поднял так, чтобы он мог обеими руками схватить Као за ногу.
Яз встретила полный отчаяния взгляд Као:
— Держись, еще чуть-чуть!
Прежде чем Зин наполовину закончил взбираться на Као, Эррис поднял Майю, чтобы та последовала за мальчиком. Они оба вместе добрались до клетки и повисли на прутьях, освободив Као от части его бремени. Затем Эррис начал взбираться на Као.
К тому времени, как клетка вошла в шахту, Майя и Зин, вместе передвинулись к краям дна клетки, все еще выглядя готовыми упасть при малейшем толчке. Но упал именно Као, с отчаянным воплем, когда Эррис добрался до его шеи. Быстрый, как любой хунска, Эррис выбросил руку, и схватился за прутья клетки, хотя они оба падали. Вся клетка содрогнулась, и Зин закричал от страха. Собственный крик Яз замер у нее в горле, когда она увидела, что Эррис теперь сжимает в одной руке толстое запястье Као, а другой держит их обоих.
Майе удалось выбраться со дна клетки на бок, держась за прутья руками и ногами, в то время как стены ледяной шахты поднимались все ближе и ближе. Пролезая мимо, она перерезала путы на запястьях Яз.
Собрав все оставшиеся силы, Яз немного передвинула стопки досок, а затем помогла Зину с переходом на бок клетки, убедившись, что она держит его, пока он тянется и напрягается.
Наконец, когда темноту нарушало только красное свечение звезды, которую Яз забрала у Пома, Эррис продемонстрировал еще больше своей нечеловеческой силы, забравшись в клетку по боковой стенке, используя только руки и неся Као, зажатого между ног. В какой-то момент ледяная стена подошла достаточно близко, чтобы коснуться их, и Яз испугалась, что их обоих сбросят вниз. Но Эррис удержался и вскоре присоединился вместе с Као к тесноте внутри клетки.
ЛЕДЯНЫЕ СТЕНЫ СКОЛЬЗИЛИ мимо с удивительной скоростью, сверкая в красном свете. Яз приглушила мерцание звезды, чтобы уменьшить ее влияние на остальных. Некоторое время Као лежал, постанывая, не в силах пошевелиться. Квелл рядом с ним не издавал ни звука, но лежал, покрытый капельками пота, и наблюдал за Яз глазами, прорезанными болью. Майя присела у решетки, как можно дальше от остальных. Темнота, казалось, обтекала ее, по мере подъема клетки, делая неразличимой странным способом тень-работника. Зин сидел рядом с Яз, настолько близко, насколько позволяла его терпимость к сиянию звезды. Он ничего не говорил, только горбился под грузом беспокойства. Один Эррис стоял, выглядя беззаботным, словно ничего не делал, не показывая никаких признаков недавней битвы, за исключением рваных ран и пятен крови на его тунике и брюках. Яз отметила, что ни одно из этих одеяний… слово «ткань» всплыло у нее в голове… не годится для поверхности. Хотя никто из них, даже в шкурах Икта, не смог бы долго продержаться на ветру, поскольку все они были мокрыми от пота.
 
— Ну, — наконец сказал Эррис. — Мы это сделали.
— Но не Турин. — Яз с трудом могла поверить, что они его бросили. Эта мысль никак не хотела укладываться у нее в голове.
Эррис склонил голову.
— Мне очень жаль. Турин проявил себя храбрым и находчивым. Без него Зина не было бы с нами. — Он сделал долгую паузу, затем покачал головой и изобразил улыбку. — Тем не менее, даже без одного из нас, ты сегодня совершила великие дела, Яз. Подумай об этом. Твой брат и двое друзей в вернулись из сердца черного льда. Ты забрала их у самого Теуса. Шестеро из нас поднялись на поверхность через дыру, которую ты помогла проделать, через две мили льда. Сломанные освободились от ужаса, который управлял ими. Сила Теуса сломана!
— И Пома, — сказала Майя. — Ты объединила Сломанных и принесла им мир.
— Мир и еду, — сказал Као. — Целый кит! Я никогда не пробовал кита.
— Но Квелл… — Яз повернулась к нему, все еще в ужасе от рукояти, торчащей из его бока.
— Они правы, Яз. — Квеллу удалось слабо улыбнуться. — И ты была права, когда попросила меня бросить топор. — Взгляд в сторону ножа. — Я предпочту это, чем жить с памятью о детях, которых я убил бы, чтобы спасти себя.
Яз обнаружила, что ее глаза затуманились от слез, а горло слишком сжалось, чтобы ответить. Она покачала головой и потянулась к его руке.
Они сидели так довольно долго.
ЛЕДЯНЫЕ СТЕНЫ, КАЗАЛОСЬ, быстро скользили в багровом свете, но либо это была иллюзия из-за их близости, либо дыра была глубже, чем они думали, потому что первый час прошел без признаков дневного света сверху.
Боль и изнеможение Яз медленно отступали. Силы возвращались в руки и ноги. Она начала понимать, что, несмотря на все это, несмотря на потери и неудачи, она победила. Они победили. Сломанные победили. Возможно, даже удастся убедить регулятора Казика исправить то, что пошло не так. Квелла можно исцелить. Так сказал Эррис.
Когда они выберутся на лед, то смогут взять с собой на юг и кров, и еду. Она дотронулась до иглы на воротнике. Если путешествие окажется слишком трудным, тогда, в крайнем случае, Элиас Стержень-корень тоже там, и она сможет его найти. Возможно, им понадобится его помощь, но она надеялась, что нет. Она не хотела втягиваться в его битву с Сеусом. Зеленый мир был убежищем, мечтой о мире. Она ехала туда не для того, чтобы воевать.
— Сколько? — Као поднял голову от досок. — Через сколько времени мы туда доберемся?
Яз подняла глаза. Раньше она видела только бархатную черноту, но теперь ей казалось, что прямо над ней сияет одна крошечная звезда, одинокая точка света во всей этой темноте:
— Это… небо?
Говоря это, она думала о Турине, который никогда в жизни не видел свет дня.
  
39
 
— НАМ НУЖЕН ПЛАН, — сказала Яз.
Слабая точка света превратилась в далекий круг неба. Яз знала, что у них не так много времени, прежде чем их поднимут на дневной свет, как рыбу, вытащенную из моря железной сетью регулятора. Им оставалось полмили или около того.
— Разве у нас его не было? — спросил Као.
Яз нахмурилась.
— Я не планировала прибыть потратив всю свою силу, имея Квелла с ножом в боку и не имея Турина и его лед-работы. Теперь нам нужно что-то новое, иначе жрецы поймают меня и сбросят всех вас обратно в Яму Пропавших.
— Что ты предлагаешь? — спросил Эррис. — В последний раз, когда я видел небо в месте, в которое мы направляемся, по нему плыли облака. Поэтому я предполагаю, что понятия не имею, чего ожидать.
Яз задумалась.
— Элемент внезапности важен при ведении войны. Разве не так говорят Аксит, Майя? — Она огляделась. — Майя?
Внезапно они все стали искать девочку.