Замуж за монстра, или Любви все чудища покорны (СИ)

Моего чувствительного носа коснулся едва уловимый аромат...
Аврора.
Она здесь.
Она пахла великолепно: так пахнет родное, любимое. Волку отчаянно захотелось сорваться и умчаться к ней. Обнять, присвоить, спрятать ото всех, увезти…
Проклятый этикет!
Я замер. Застыл истуканом. Кто сейчас хоть что-то не то скажет и зверь сорвётся с цепи.
— Ваше Высочество, он, кажется, чем-то болен. Глядите, как граф побледнел, — с лаской змеи нежно пропела Синтия. — Быть может, стоит обследовать его перед помолвкой?
Когти и клыки начали удлиняться.
Пришлось призвать всю силу воли, чтобы сдержать превращение.
— Лиам? Вам дурно? — нахмурился принц.
— Ваше Высочество, леди Бэлл, благодарю за беспокойство. Нет, мне не дурно. Но слегка душно. Не находите? — ответил я с усмешкой на губах.
— Правда? — удивился принц. — Не заметил. Что ж, в таком случае я отпускаю вас. Отдохните. Всё же вы ещё не до конца отдохнули с дороги. Увидимся на ужине, граф.
Я поклонился принцу, затем прекрасной, но бездушной леди и покинул зал.
Аврора здесь.
Улыбка поселилась на моём лице. И этот день перестал быть отвратительным.
  
Глава 29
 
* * * 
— ЛИАМ — 
— Ваша милость, куда же вы?! — обеспокоено воскликнул Сэм и скорее поспешил за мной.
Оглянулся через плечо и ответил камердинеру:
— Аврора здесь.
— Ах, вот оно что, — сразу успокоился камердинер. — В таком случае я буду выполнять функцию следящего. Послежу, чтобы никто вас не побеспокоил.
— Спасибо, Сэм.
Мой волк ощущал её запах.
Она была уже совсем близко.
Я не мог ждать, когда дворцовые лакеи оповестят о прибытии моих свидетелей.
Мне надо было увидеть её, дотронуться до неё. Жизненно необходимо.
Я буквально летел по дворцовым коридорам.
Не обращал внимания на удивлённые шепотки и вскрики придворных.
Наконец, крыло, на котором принц для меня и моих свидетелей выделил весь этаж.
Я слышал тяжёлое дыхание своего слуги за спиной. Сэм не отставал ни на шаг.
Резко остановился и прикрыл глаза.
Коснулся рукой стены, чтобы не пошатнуться.
Её аромат едва не сбил меня с ног.
Шумно втянул в себя запах самой чудесной женщины и выдохнул с вибрирующим рыком:
— Аврора.
Внезапно вспыхнувшие чувства к этой красивой и необыкновенной женщине всё более и более волновали мою кровь кровь.
Едва произнёс её имя, как вдруг, двери одних их покоев распахнулись, и в коридор вышел высокий мужчина с высокомерным и недовольным выражением на вытянутом лице. Следом за ним вышла… она.
Я замер, поднял на неё глаза и забыл, как дышать.
Аврора что-то говорила своему спутнику, но увидев меня, умолкла на полуслове. Как и я, она замерла и удивлённо распахнула глаза. Всего на миг.
А потом… она улыбнулась.
Это была невероятная улыбка, такая улыбка…
Боги всех миров, да я за эту улыбку готов уничтожить любой мир, и я бы сделал это ради неё.
Всё что угодно бы сделал. И сделаю. Сдохну, но сделаю всё, что она пожелает.
— Лиам, — прошептали её губы. Но я услышал. У волков чуткий слух.
Кровь набатом застучала в моей голове. Сердце готово было выломать рёбра и выпрыгнуть наружу, так сильно рвалось к ней.
Я сделал шаг навстречу и Аврора словно очнувшись, бросилась ко мне.
Никакого этикета. Никакой конспирации.
В бездну всё.
Она со всей страстью бросилась в мои объятия, я прижал её к себе крепко. Теперь нас нельзя было разнять.
— Аврора… — пробормотал, не в силах сказать что-то ещё.
Она вдруг подняла ко мне своё улыбающееся, счастливое лицо, сильнее прижалась ко мне и прошептала:
— Немедленно поцелуй меня. Сейчас же…
— Чтоб вас! — шикнул на неё длиннолицый мужчина. Очевидно, это и есть господин Гастон Ли.
Я хмыкнул и исполнил просьбу любимой женщины.
Любимой?
Определённо.
Одна лишь встреча. Головокружительный, чудесный, незабываемый день вместе и я навеки ею сражён.
Её губы легко раскрылись навстречу мне.
  
Мягкие, сладкие… Её вкус взорвался на языке, выбил остатки моего дыхания.
Будь проклят этот дворец и договор с короной.
Аврора задрожала в моих руках.
Разорвав поцелуй, услышал стон разочарования.
Заглянул в её необыкновенные глаза и улыбнулся.
В её прекрасных глазах цвета неба искрилось и переливалось синее пламя.
— Наконец-то… — произнесла она чуть хрипло и радостно рассмеялась, вновь прижалась ко мне и сказала: — Я скучала.
— И я…
Но мне не дали договорить.
— Вам повезло, что слуг поблизости не оказалось. Чуть всё дело не испортили, — проворчал господин Ли.
— Милорд, господин прав, — вставил слово и мой камердинер. — Вам нужно быть осторожными.
Аврора нехотя выскользнула из моих объятий. Я тут же ощутил пустоту и холод. Волку недовольно заворочался внутри. В груди зародился глухой рык.
Чтобы не натворить дел, убрал руки за спину, а зверю приказал успокоиться и набраться терпения.
— Прости меня. Не удержался, — сказал с улыбкой, глядя исключительно на Аврору.
— Что ж, нам остаётся только немного потерпеть, — озвучила она мои мысли. Потом подозвала своего спутника и представила нас друг другу: — Лиам, это… твой второй свидетель – господин Гастон Ли. Гастон, перед тобой Его Сиятельство, граф Лиам Найтмэр. А это его камердинер – господин Сэмюэл Хаш.
Мы обменялись оценивающими взглядами и кивнули друг другу.
— Рад знакомству, — произнёс Гастон.
— Взаимно.
Сэму от Гастона достался лишь кивок.
— Можем поговорить? — прошептала Аврора и утянула всю нашу компанию в покои, как оказалось, это были покои Гастона.
* * * 
— АВРОРА — 
— Вот, граф, это тот, кто разрушит твою помолвку с леди Бэлл: прошу любить и жаловать, господин Гастон Ли!
Мужчины странно друг на друга взглянули.
Точно не понравились друг другу.
Повернулась к охотнику, который был напряжён и недоволен, как зверь, готовый сбежать, куда глаза глядят, и представила ему Лиама:
— Гастон, перед тобой Его Сиятельство граф Лиам Найтмэр. Прошу любить и жаловать!
Ни один из них не протянул другому руку для крепкого рукопожатия.
Они обменялись скупыми кивками. Не более того.
— Полагаю, Ваше Сиятельство, я могу от вас лично получить подтверждение моему вознаграждению за оказанную вам двоим услугу, — надменно произнёс Гастон.
Ещё специально с насмешкой выделил «Ваше Сиятельство». 
От его наглости у меня глаза чуть на лоб не вылезли.
Не выдержала и легонько пнула носком туфельки по ноге Гастона и прошипела:
— Ты что себе позволяешь, гад? Мы ведь всё обсудили!
— Тише, моя дорогая, — усмехнулся Лиам и обратился к Гастону таким высокомерно-холодным тоном, какой бывает только у аристократов. — Слово госпожи Даль – моё слово, господин Ли. Я подтверждаю, что вы будете достойно вознаграждены. Я умею быть щедрым с теми, кто предан своему слову. Не так ли, господин Ли? Вы преданы своему слову, как настоящий мужчина? Мы с Авророй можем положиться на вас или не стоит?
Мне позарез нужно научиться говорить так же, как Лиам.
И смотреть, как он.
Один такой взгляд, и ты чувствуешь себя тупицей, а ещё виноватой или виноватым во всех смертных грехах, даже в тех, какие ещё не успел совершить, а уже стыдно.
Гастон даже растерялся от столь уверенных слов и прямого взгляда Лиама.
Его окутала и аура графа – властная, подчиняющая.
Конечно, он же волк. А сильный волк, когда он альфа и не так может по хребту дать. И не только голосом и взглядом. Думаю, кулак у Лиама тяжёлый.
Вон, будь у Гастона хвост, уже поджал бы его и заскулил, умоляя простить его за дерзость.
— Э-э-э… — протянул Гастон и покосился на меня, будто искал поддержки.