Оккультные корни нацизма. Борьба с христианством и тайные общества, руны и ритуалы, магия и эзотерик

Несмотря на запутанную аргументацию и частые противоречия, возникающие по причине множества псевдонаучных ссылок, содержание «Тайной доктрины» все же можно сформулировать в трех основных принципах. Первым таким принципом является признание существования Бога, который вездесущ, вечен, безграничен и неизменен. Действующим началом Бога, его инструментом является Fohat, полуэлектрическая-полудуховная сила, которая проводит божественный план в космосе, воплощающийся в законах природы. Вторым принципом служит правило периодичности, всякое творение немедленно включается в череду бесчисленных распадов и возрождений. Эти круги всегда заканчиваются духовным приближением к первоначальной точке. В-третьих, всегда существует фундаментальное единство между индивидуальными душами и божеством, между микро- и макрокосмом. Но едва ли эта простая теология обеспечила теософии такое количество сторонников. Только смутное обещание оккультного посвящения, просвечивающее через бесчисленные заимствования из древних верований, цитаты из утраченных апокрифов, традиционных гностических и герметических источников могут объяснить успех ее доктрины и количество ее сторонников среди образованных классов в нескольких странах.
Но с чем связан такой энтузиазм по отношению к идеям Блаватской среди американцев и европейцев, начиная с 1880-х гг.? Теософия предложила привлекательную смесь из древних религиозных идей и новых научных концепций, синкретическую веру для тех, чьи привычные взгляды были опрокинуты дискредитацией ортодоксальной религии, прогрессом науки, разрывами в социальной и экономической жизни конца XIX столетия. Джордж Л. Мосс писал, что теософия является типичным выражением антипозитивизма, наводнившего Европу в конце века, и отмечал то обстоятельство, что ее понятия из всех европейских стран наибольшее впечатление производят на немцев.
Да, несмотря на немыслимое смешение египетской веры в перевоплощения, американского спиритизма и индийских верований, теософия действительно была крайне популярна в Австрии и Германии. Ее появление лучше всего может быть понято в контексте неоромантического движения протеста в кайзеровской Германии, известного под названием Lebensreform (реформы жизни). Это движение, опиравшееся по преимуществу на средние классы, представляло собой попытку сгладить противоречия современной жизни, вызванные ростом промышленности и городов. Множество альтернативных форм жизни (включая естественную медицину и траволечение, вегетарианство, нудизм, автономные сельские коммуны) исповедовали небольшие группы людей, надеявшихся вернуться к природной жизни. Политическая атмосфера движения была отчетливо либеральной, затрагивала левое крыло с его заинтересованностью в земельной реформе, но вместе с тем пересекалась и с народническим движением. Марксистские критики оценивали его как наиболее последовательную форму буржуазного уклонения от последствий капитализма. Теософия вполне соответствовала настроениям Lebensreform, обеспечивая их при этом и какими-то философскими принципами.
В июле 1884 г. возникло первое «Немецкое Теософское общество» под председательством Вильгельма Гюббе-Шлейдена (1846–1916) в Эльберфельде, где находились Блаватская и ее основной сотрудник Генри Олькотт, с ними были их теософские друзья Гебхарды. В это время Гюббе-Шлейден служил старшим чиновником в Колониальной конторе в Гамбурге. Он много путешествовал, некогда управлял имением в Западной Африке, был выдающейся фигурой в политическом лобби в пользу распространения Немецкой империи за океан. Олькотт и Гюббе-Шлейден ездили в Мюнхен и Дрезден, устанавливали там контакты с отдельными теософами и таким образом заложили фундамент немецкой организации. Полагают, что поспешность в создании немецкого движения вызвана потребностью Блаватской в новом центре после скандала, разыгравшегося в Мадрасе в начале 1884 г. Теософам предъявили тогда обвинение в шарлатанстве. Методы, применяемые Блаватской при работе с оккультными феноменами, сообщения, которые она передавала от своих учителей, вызвали подозрение в ее окружении, что привело в результате к расследованию и крайне неблагоприятному отчету о ее деятельности, составленному лондонским Обществом психических исследований. К несчастью для Гюббе-Шлейдена, его председательство прервалось в связи с распадом немецкой организации; скандал же приобрел еще более публичный характер в связи с исходом теософов из Индии в апреле 1885 г. С этих пор Блаватская жила в Лондоне и находила новых страждущих среди правящих классов викторианской Англии.
 
В 1886 г. Гюббе-Шлейден более серьезно занялся оккультизмом в Германии, он приступил к публикации ежемесячного журнала «Сфинкс», в котором спиритизм и паранормальные явления обсуждались с научной точки зрения. Его основными участниками были выдающиеся психологи, философы и историки. Здесь Макс Дессуар излагал гипнотизм. Эдуард фон Гартман развивал философию индивидуализма, в соответствии с которой «Я» преодолевает смерть как неполноценную сущность, отталкиваясь от Канта, христианской теологии и спиритуалистических спекуляций. Здесь работали Карл дю Прель, исследователь психики, и его коллега Лазарь фон Гелленбах, проводившие в Вене сеансы с известным американским медиумом Генри Слэйдом, оба писали эссе примерно в одном духе. Другим значительным членом кружка «Сфинкс» был Карл Кизеветтер, чьи исследования истории постренессансной эзотерической традиции очень многое смогли сообщить широкой аудитории об ученых магах, первых алхимиках Нового времени, о современном оккультизме. Еще не вполне теософический, сборник Гюббе-Шлейдена был мощным элементом оккультного возрождения в Германии, пока в 1895 г. его публикация не прекратилась.
Кроме научной струи оккультизма, в 1890-х гг. возникло более широкое немецкое теософское движение, на этот раз оно было связано с популяризаторскими усилиями Франца Гартмана (1838–1912). Гартман родился в Дойнауверте и воспитывался в Кэмптене, где его отец состоял на службе королевским доктором. По завершении военной службы в Баварском артиллерийском полку (1859) приступил к изучению медицины в Мюнхенском университете. Во время каникул во Франции, в 1865 г., поступил корабельным доктором на судно, идущее в Соединенные Штаты, где и провел последующие 18 лет своей жизни. Закончив обучение в Сент-Луисе, открыл глазную клинику и практиковал до 1870 г. Затем путешествовал вокруг Мексики, ненадолго обосновался в Новом Орлеане, в 1873 г. уехал в Техас, в 1878 г. перебрался в Джорджтаун, штат Колорадо, где в 1882 г. работал коронером. Помимо медицинской практики горячо интересовался добычей золота и серебра. В начале 1870-х гг. увлекся американским спиритизмом, посещал сеансы таких лидеров движения, как мистрис Раис Холме и Кэйт Вентворт, в это же время был поглощен чтением Юдж Эдмоне и Эндрю Джексона Дэвиса. Впрочем, следующее его открытие, «Разоблаченная Изида», ставит на место спиритизма теософию. Он решает посетить теософов в Мадрасе, отправляется туда из Калифорнии, по дороге заехав в Японию и Юго-Восточную Азию (конец 1883 г.). Когда в 1884 г. Блаватская и Олькотт отправляются с визитом в Европу, Гартмана назначают действующим президентом Общества на время их отсутствия. Он остается в штаб-квартире теософов до момента, когда последние в апреле 1885 г. окончательно покидают Индию.
Работы Гартмана первоначально посвящены розенкрейцерам, Парацельсу, Якобу Беме и другим аспектам западной эзотерической традиции; они публикуются в Америке и Англии между 1884 и 1891 гг. Но побывав однажды директором санатория Lebensreform в Галлейне, недалеко от Страсбурга, после возвращения в Европу в 1885 г. Гартман начинает распространять новую мудрость Востока среди своих сограждан. В 1889 г. он организует, вместе с Альфредо Пиода и графиней Констанцией Вахтмейстер, близкой подругой Блаватской, теософский светский монастырь в Асконе — место, заметим, многих анархических экспериментов. С 1892 г. печатает переводы индийских священных текстов и переводы Блаватской в своем журнале «Цветы лотоса» (1892–1900). Это первое немецкое издание, титул которого украшен теософической свастикой. Во второй половине десятилетия теософская издательская деятельность в Германии впервые достигает первого пика. Вильгельм Фридрих из Лейпцига, издатель гартмановского журнала, выпускает двенадцатитомную книжную серию «Библиотека эзотерических трудов» (1898–1900), в то время как Гуго Геринг, теософ из Веймара, издает тридцатитомную серию «Теософские труды» (1894–1896). Обе серии состоят из немецких переводов последователей Блаватской в Англии, Анни Безант, Чарльза Лидбитера, также там можно найти оригинальные исследования Гартмана и Гюббе-Шлейдена. Основное содержание этих маленьких книжек — глубокомысленная космология, карма, спиритизм, повествование о деятельности тайных махатм. Помимо этой продукции должны быть упомянуты гартмановские переводы Бхагавад-гиты, Дао дэ цзин и Таттва-Бодха, наряду с его собственными монографиями о буддизме, христианском мистицизме и Парацельсе.