Эвакуатор 2 (СИ)

— Может быть, а может, мы просто начали ощущать смерть душ, — мрачно сказала Ольга. Добавить мне было нечего, да и остальные промолчали, хотя по Борису было понятно, что он хочет задать вопрос, который снова останется без ответа.
— Может, ну его? — спросил Михаил, когда мы подошли к углу. С этого места еще не было видно содержимого зала, только вход в него. Но от бетонных стен в этом месте остались только переплетения изогнутой арматуры да нанизанные на них куски плит. Можно было легко рассмотреть, что творится в офисах по соседству.
— Заглянем и пойдем, — решил я, обходя товарища. — Можете подождать здесь, сам я быстрее узнаю, в чем дело.
— Нет, разделяться опасно, — возразила воительница. — Идем все вместе. Миш, вперед.
В этот раз боксер замер на несколько секунд, но все же возражать не стал. Переступая через битую плитку и отвалившуюся с потолка штукатурку, мы подошли к едва держащимся на петлях дверям. Михаил тяжело вздохнул, а затем медленно нажал на левую створку. СО скрипом дверь отворилась, и мы замерли в ожидании атаки.
— Там что-то светится, — через несколько секунд сказал Михаил. Я заглянул через его плечо и увидел гигантский зал, больше похожий на амфитеатр. Странно, мне казалось, СВР пресс-релизов не выпускает и крупных конференций не проводит. Видимо, этот зал использовался для выступления первых лиц перед бойцами невидимого фронта. А сейчас…
— Погоди, кажется, это люди? — не слишком уверенно сказала Ольга.
— Быть того не может, — возразил Борис, но мне пришлось согласиться с воительницей. В зале стояли палатки, были расстелены спальники на креслах. На сцене варили пищу на примусах. Никаких признаков кровавых, сваленных в груды тел. Зато есть кучкующиеся возле еды люди, одетые в осенние куртки, шапки и шарфы.
— Что-то тут нечисто, — пробормотал я, осматривая помещение. — Как они выжили?
— Есть только один способ узнать — спросить, — сказал Михаил и шагнул вперед. Никто не обратил на него внимания. Может, люди просто устали до беспамятства? Крайнее истощение заставляет экономить тепло, сокращая зону интересов. Если они здесь неделю в окружении монстров, без припасов, неудивительно, что они в таком состоянии.
Но осторожность прежде всего, мы никуда не торопились, сохраняя прежний боевой порядок. Хотелось подойти к ближайшей группе, расспросить, как они, узнать, что случилось. Как назло, все выжившие были одинаково далеко от входа. Да и пробираться между рядами кресел, заваленных мусором, не хотелось — так что мы шли прямо к сцене.
— Стой, — сказала Ольга, когда мы прошли больше половины. — Тут что-то не так.
— Только что-то? — поинтересовался я.
— Я про людей. Даже если они крайне истощены… они почти не оглядываются. А когда светишь — отворачиваются, — объяснила воительница.
— Это как раз неудивительно, в зале почти темно, а луч фонаря яркий, ты бы тоже отвернулась, — возразил Борис. — Мы должны выяснить, как они выжили.
— Выжили ли, вот в чем вопрос, — покачала головой Ольга. — Расслабленно сидит только вон тот, с книгой у огня.
Она мотнула стволом, и я разглядел сидящего в раскладном кресле на сцене мужчину. Пусть с такого расстояния рассмотреть черты лица было нереально, он не скрывал голову под шарфом, так что я легко увидел светлую, даже бледную кожу и густую белую бороду. У одержимых бород не бывает, волосы выпадают на всем теле, так что к монстрам мужчина точно не относился. По крайней мере, не к простым.
— Это может быть одаренный охотник. Или кто-то из старших, — сказал я, внимательно осмотрев читающего. В этот момент мужчина наконец оторвался от книги и помахал нам рукой, приглашая к огню. Это бы выглядело совсем не подозрительно, если бы не общая ситуация. Бородач поднялся, положив книгу на стул, и еще раз поднял руку, подзывая нас.
— Идем? — спросил Михаил, двумя руками вцепившись в щит.
— Если это засада, нас могли бы уже трижды прикончить, — ответила Ольга. — Угрозы не видно, к тому же я могу снять его одним выстрелом — он у меня на мушке.
 
Дальше договорить нам не дали. Не дождавшись нашего решения, мужчина покачал головой, а затем сжал поднятую ладонь и махнул вниз. Перемена оказалась настолько внезапной, что никто не успел среагировать. Я услышал только хлопок, после которого меня подбросило в воздух, а в следующую секунду я рухнул вместе с десятком свалившихся с потолка черных тварей. Я среагировал сразу — телепортировался в случайном направлении и сумел оценить обстановку.
— Отступаем! — крикнул Борис, каким-то чудом оставшийся на ногах. По свету фонаря я успел увидеть место падения Ольги и Михаила. Их раскидало в разные стороны, почти в углы зала, и сейчас к ним мчались покрытые роговыми наростами одержимые. Но если боксер со своим щитом выдержит пару атак, то воительнице не продержаться и минуты.
Прыгнув к Ольге, я чуть не попал под ее веерный огонь, девушка, не жалея боеприпасов, заливала противников свинцовым дождем, отбрасывая пустые магазины. Переместившись ей за спину, я схватил ее за плечо, и чуть приклад ее автомата тут же врезался в мой живот, прикрытый бронежилетом.
— Свои, — выдохнул я, мгновенно телепортировав девушку к выходу. Сам же я прыгнул на противоположную сторону, едва разминувшись с толпой монстров.
— Сдохни! — орал Михаил, маша топором, светящимся едва заметным голубым сиянием. Как ни странно, это подействовало. С каждым взмахом он отрубал куски наседающих одержимых, но тех было просто слишком много. Одна из тварей ценой раскроенной головы сумела отодвинуть в сторону щит, вторая вцепилась в руку…
Я успел в последний момент. На лету врезался обеими ногами в одержимого, завалил его на бок и взмахом кинжала отрубил голову второму. Не собираясь драться честно, я схватил Михаила и телепортировался вместе с ним в центр зала, где Борис с трудом отбивался от наседающих монстров, преграждая путь к отчаянно стреляющей Ольге.
— Оля, кукловод! — крикнул я, когда мы сдвоенным ударом опрокинули наседающих, на секунду ослабив вражеский натиск. Повторять не пришлось, она тут же перевела огонь на стоящего спокойно на сцене бородача. Засвистели пули, но враг лишь усмехнулся, и перед ним возникла гигантская покрытая костяной броней фигура, живым щитом закрывшая его от всех выстрелов.
Одержимые, скача по креслам, наседали со всех сторон, и их совершенно не смущали падающие под атаками топоров и кинжала сородичи. Их было просто слишком много, я крутился волчком, стараясь бить всех, но уже через несколько секунд один из моих ударов блокировал монстр, лишившийся за это руки.
Вывернув кисть, я отрубил ему лапу по локоть, но этого мгновения врагам хватило, чтобы навалиться с боков. По шлему прошел ощутимый удар, после которого в ушах зазвенело. Когти заскрежетали по бронежилету, а их призрачные окончания зашли куда глубже. Я на секунду задохнулся, когда ребра онемели. Хорошо, не добрались до сердца.
— Слава! — Миша выдернул меня из-под насевших тварей, мощным ударом щита отбросив их назад. — Отходим! Быстрее! Нам с ними не справиться.
— Уходим, — согласился, телепортируя нашу троицу через ряд кресел.
— Не прострелить, — мрачно сказала Ольга. — Я почти пуста.
— Нужно перегруппироваться, — проговорил Борис, принимая удар подоспевшего одержимого на металлический экзоскелет.
— Постой, есть один вариант, — вспомнив о чем-то в последнюю секунду, задержалась Ольга, она засунула руку в сухарку и, выкинув пустые магазины, вынула выстрел для гранатомета. — Последняя, авось этого гада осколками заденет.
— Дай мне, — сказал я, протянув руку. — Вы сможете выбраться, а у меня неуязвимость и три жизни.
— Уверен? — быстро спросила Ольга, а затем, скинув с себя автомат, протянула мне. — Все взведено — прицелься и стреляй.
— Бегите, я вас догоню, — кивнул я и, прыгнув через плечо Михаила, прикрывающего вход, телепортировался обратно в помещение. На меня бросились со всех сторон, но больше напарники не могли меня замедлить, и я ветром пронесся по залу, даже не касаясь спинок кресел ногами. Пара мгновений — и я уже у сцены. Телохранитель бородача бросился на меня, в попытке перехватить, но я уже сменил вектор движения.