Эвакуатор 2 (СИ)

Ладно, черт с ним. Пока она парализована и без энергии — нужно успеть найти клинок и хлыст. А после придумать, как отправить ее в штаб. Энергии не осталось, и пытаться еще раз укусить пленницу я не возьмусь. Надо подкопить запасы, так, чтобы открыть портал. С момента начала схватки с охотницами прошло не больше часа, до условного утра еще семь.
Обломки артефактов я нашел быстро — словно что-то притягивало их ко мне. Не подсвечивало, конечно, но, стоило осмотреть местность, как я заметил искомое. Хлыст сразу отправился в подпространство, а вот кинжалу еще предстояло поработать. Оставлять противницу в броне я не собирался. Но и раздевать женщину посреди урагана мне не хотелось.
Благо укрытие оказалось в зоне видимости — покореженный броневик все еще валялся кверху пузом. Я с некоторым опасением раскрыл десантный люк и с облегчением выдохнул. Внутри все оказалось куда лучше, чем снаружи. Дальше поломанных бронеэлементов, взорванного наружного оборудования и выгоревших шин дело не пошло.
Затащив охотницу в салон, я еще раз огрел ее током, для порядка. Связал ремнями руки и ноги, притянув их друг к другу. Взял двумя пальцами лезвие кинжала и, оттянув ворот брони паучихи, начал медленно и аккуратно срезать гибкий доспех. Одежда поддалась нехотя, с большим усилием, хотя клинок не пострадал — отломана была только рукоять.
При свете фонаря я видел, как показывается из-под доспеха бледная кожа, покрытая сеточкой лопнувших капилляров. Это скорее не физиология, а моя вина, я бил от души, с запасом, совершенно не заботясь о физическом состоянии врага. И уж тем более не думал о том, станет ли она от этого уродливей.
Почти полчаса мне понадобилось, чтобы снять броню паучихи по пояс. Оставив тощую женщину абсолютно голой. Никакой одежды под доспехом предусмотрено не было. Да и сама броня, если смотреть внимательно, больше походила на крайне прочный водолазный костюм, покрытый отдельными пластинами-наростами.
И чем дальше я ее раздевал, тем очевиднее в глаза бросались несоответствия. Слишком бледная, не видевшая света кожа. Несмотря на развитую мускулатуру — торчащие ребра, свидетельствующие о регулярном недоедании. Множество старых шрамов, обнаружившихся как на спине, так и на груди. Похоже, ее били плетью, когда она еще была ребенком или подростком.
Вот только увиденное не укладывалось у меня в голове. Она же повелевала ордой одержимых и призраков. Владела мощными артефактами и отточенной способностью. Даже двумя, если только уход в подпространство не реакция доспеха на повреждение. Но ее состояние совершенно не соответствовало правящему классу. Скорее уж тянуло на едва живого слугу. Которому перепала от щедрот толика власти.
Чтобы стянуть броню с рук пленницы, мне пришлось убрать путы, и в то же мгновение она попробовала атаковать. Кинула появляющуюся прямо во время взмаха руки нить, грозя снова обвить ею мое горло. Я ответил мгновенно — ушел в сторону и ударил молнией. Охотница вскрикнула, выгнувшись дугой, и я добавил еще раз, пока тело не обмякло.
Только высвободив рукава и вновь связав руки локоть к локтю, я приступил к снятию шлема. На голое тело старался не смотреть, но ничего сексуального в нем не было. Скорее оно вызывало острую жалость. А охотнице сочувствовать мне совершенно не хотелось. Она натворила достаточно, чтобы разговаривать с ней только после полного расчленения или закатывания в бетон. Но куда важнее — она все еще оставалась опасна.
Шлем удалось снять чуть проще — достаточно было срезать обтягивающую подбородок и шею часть — а дальше пошло само, хоть и с усилием. Какие-то трубочки, провода — я резал все без жалости. У магистра есть ученые, вот пусть их большие головы потом болят. У меня задача куда проще. Наконец я снял с пленницы шлем, оголив ее налысо бритую голову. Хотя нет, не бритую, я же сам в прошлый раз спалил ее шикарную шевелюру.
И, судя по стиснутым губам и холодному взгляду желтых прищуренных глаз, она этот момент тоже помнила. Спрятав шлем в подпространство, я притянул охотницу к висящему над головой креслу, а сам с облегчением сел, откинувшись к прохладной стене. Все. Хорошо зафиксированная девушка в предварительных ласках не нуждается.
 
— Ну что, охотница. Поговорим о твоем мире?
  
Глава 35
 
— Значит, по-хорошему не получится? — устало спросил я через минуту, когда сомкнутый рот так и не раскрылся. Я не любитель бить женщин, но существо передо мной мало чем напоминало человека, скорее Голума с сиськами. Да еще и изуродованного моей молнией. Но каждый раз, когда мне становилось его жаль, я вспоминал расчлененную дочь антиквара, и молнии сами начинали плясать между пальцев.
— А-а! — вскрикнула пленница, когда я вновь прошелся по ней шоком.
— Ага, голос не пропал, это хорошо. Еще раз спрошу — кто ты? Как тебя зовут и из какого ты рода? — снова проговорил я, готовясь в любую секунду снова активировать способность.
— Ты сдохнешь, тварь! — выпалила охотница, а после вновь выгнулась дугой.
— Все умрут. Но у тебя есть шанс сделать этот мир чуть лучше и при этом погибнуть не сегодня, — заявил я, поигрывая молнией меж пальцев. — Как тебя зовут?
— Олсо! — выкрикнула паучиха, когда я вновь прошел током.
— Привет, Олсо. Не могу сказать, что сильно приятно познакомиться, но по глазам вижу, что это взаимно. Ты просто Олсо? У тебя нет отчества, фамилии, префикса? Названия клана или рода? — спросил я, устало пуская молнию рядом с ней.
— У меня нет клана и рода, — с вызовом, но достаточно жалко ответила женщина.
— Охотница? — совсем растерявшись, спросил я, пленница вскинула глаза и спустя несколько секунд уронила голову, не то кивнув, не то просто потеряв остаток сил. Я на всякий случай проверил веревки и ремни, вдруг она просто тянет время и накапливает энергию для рывка. Сам только что был в такой же ситуации и повторять ее ошибки не собираюсь.
— Кто тебя послал? Ты слуга клана Вестников? — спросил я, пытаясь определить происхождение пленницы.
— Ты ничего не знаешь, примитив, — фыркнула пренебрежительно охотница.
— Как и вы понятия не имеете, куда приперлись, — хмыкнул я в ответ. — Вы со своими призраками и тварями только и можете, что убивать безоружных. А стоит вам встретиться с настоящими профи — тут же бежите без оглядки или мрете пачками.
Я ожидал чего угодно, истерики, плача, оскорблений. Но вместо этого пленница хрипло рассмеялась. Она ржала как конь, сквозь слезы, боль и сопли. Вскинув голову, она даже не смотрела на меня и успокоилась только через минуту.
— Смешно? Может, объяснишься, и посмеемся вместе? — спросил я, напрягшись от несоответствия ее положения и поведения.
— Ты, ничего, не знаешь, — сплюнув кровь, сказала охотница. — Те, кого ты назвал призраками, — лишь тени. Паразиты, как и все, с кем вы сражаетесь. Даже мы, нищая гильдия на побегушках у Вестников, сильнее самого умелого из ваших избранных. Стоит им объявить сезон Возвышения, и вы умоетесь собственной кровью.
— Значит, ты бывшая рабыня Старших? — уточнил я.
— Бывшая слуга, — дернув щекой, ответила Олсо. — Наша раса сумела вырвать свободу во время возвышения, но за это мы заплатили сотнями тысяч жизней и множеством циклов пробуждения. Вы столько не продержитесь.
— Это мы еще посмотрим, — пожал я плечами. — Значит, твоя раса слуги старших?
— Да, и это звучит гордо. Потому что вы даже не рабы — вы корм для зверей! — снова вызывающе хмыкнула охотница.
— Ну, титана рептайдов мы втроем почти убили, а сколько их особей умерло в процессе — даже сосчитать сложно. Так что еще вопрос, кто на кого начнет охоту, — вернул я женщине кровожадную ухмылку. Она отреагировала спокойно, пока не заметила призрачные клыки, после чего вздрогнула всем телом.
— Расскажи о сезоне Возвышения, — потребовал я, для мотивации пройдя рядом с ней разрядом молнии.
— Ты хочешь знать, как умрешь? — охотница старалась держаться, но теперь ее улыбка выглядела жалко. — Вначале на пастбище придут звери. Они пожрут всю пищу и стопчут форты. Заберут себе ваши дары и заставят ваших женщин рождать чудовищ себе на потеху. После придут пастухи, дома старших, они выдоят стадо и заберут все по-настоящему ценное. А затем, когда от вас не останется и следа, Вестники объявят сезон возвышения, и тогда за осколки вашей жалкой примитивной цивилизации будут сражаться Старшие дома и претенденты на роль нового дома.