Шлейф сандала (СИ)
- А ну-ка, пойдем, - я потащила Минодору на скамейку, стоящую у душа. Там нас никто не услышит. – Рассказывай.
- Борис приехал… - всхлипнула девушка. – Они с отцом в кабинете сидели, пили анисовку, а я мимо проходила… и… и… услышала-а-а…
- Что ты услышала? – я напряженно смотрела на нее. – Ну?
- Батюшка приказал Арсения убить! – выдохнула Минодора, закрывая лицо руками. – Так и сказал: «Придушили его, чтобы под ногами не валандался. Угрожать мне надумал, гад. Еще и на купеческую дочь позарился, голь перекатная! Минодору ему подавай… Разбежался!».
- О Боже… - мне стало дурно. – О нет… Как же теперь с Артемием быть? Твой отец ведь думает, что именно его убили!
- Да! Артемий никогда не простит мне!
- Да ты тут причем?! – я оторвала ее руки от лица. – Посмотри на меня!
Минодора подняла на меня заплаканные глаза.
- Ты ни в чем не виновата. Артемий не тот человек, чтобы не понимать разницу между тобой и твоим отцом! – мне было тяжело говорить это, я еще сама не пришла в себя от шока. – Страшное кроется в другом! Если Василий Гаврилович узнает, что Артемий жив, он может…
- Нет! – девушка затрясла головой. – Я не позволю ему отнять у меня Артемия! Господи, Елена, как мне отцу в глаза теперь смотреть? Он убийца…
Что я могла ответить ей?
- Давай успокоимся и все обдумаем, - сказав это, я скептически закатила глаза. В последнее время слишком часто мне требовалось что-то обдумать.
- Да что ж тут придумать-то можно? – Минодора горько вздохнула. – Скажу Артемию, пущай уезжает отсюда. Видать, судьба у меня такая, бобылихой жизнь прожить!
- Успокойся! – я схватила ее за плечи и сильно встряхнула. – Хватит! Значит так, думаю, что кроме как бежать, выхода нет. Бери шкатулку с драгоценностями, Артемия и уезжайте подальше отсюда. Если уж отец твой на убийство пошел…
- Да, да… ты права… Бежать нужно… - девушка моментально взяла себя в руки. Характер победил страх. – Нельзя страхом жить. Не квашня я! Не квашня!
- Конечно, не квашня! – поддержала я ее. – Поэтому иди к Артемию, расскажи ему все. Уезжайте пока не поздно.
Минодора ушла, а я опустила голову на руки и глубоко вздохнула. Жлобов ничем не гнушался. Страшный человек… А еще из-за него я теряла подругу, к которой успела привязаться всей душой. Но что в моем случае можно было сделать? Только помочь влюбленным бежать…
Артемий принял новость со стойкостью настоящего мужчины. Он выслушал Минодору и согласился на побег, прекрасно понимая, что противостоять Жлобину он сейчас не в состоянии.
- Я Дорочку увезу в Смоленск к двоюродной тетке, Агриппине Трифоновне, а сам сюда вернусь, - он посмотрел на девушку немигающим взглядом. – Прости, душа моя, да вот только я этого так не оставлю.
- Что ж я там сама делать буду? – всхлипнула подруга, хватая его за руку.
- Супругой венчанною ждать, - сыщик поцеловал ее в лоб. – Самая желанная моя…
Глава 75
Весь следующий день Минодора провела как на иголках. Девушка ужасно волновалась, ведь этой ночью должно было случиться самое важное событие в ее жизни. Она уйдет с любимым человеком! Уйдет навсегда!
Девушка не жалела о том, что потеряет все, включая семью. Жить рядом с убийцей она все равно не смогла бы. А матушка, возможно, поймет ее…
Дора старалась вести себя как обычно. Она спустилась на ужин, с улыбкой послушала Бориса, который с упоением рассказывал какие-то городские сплетни, и даже пообещала матушке, что составит ей компанию на прогулке.
- Как же хорошо, когда в доме все ладно да складно! – Василий Гаврилович сложил руки на животе. – Так и должно быть! Жлобины крепкая семья, всем завистникам назло!
- Правду говоришь, - поддержала мужа Степанида Пантелеймоновна. – Даст Бог, так впредь и будет.
- А ты что, голубка моя? Поди, скучно тебе? – купец внимательно посмотрел на дочь. – С нами-то?
- Нет, не скучно, батюшка, - ответила Минодора. – Мне хорошо дома.
- Хорошо… - задумчиво повторил за ней Василий Гаврилович. – Я тут подумал и вот что решил. Ежели ты не хочешь замуж идти за тех, кого мы тебе предлагаем, так выбирай сама.
Степанида Пантелеймоновна удивленно взглянула на мужа, а Борис хохотнул:
- Батюшка, да вы что? Одного уже выбрала, а теперь от того ухажера ни слуху, ни духу! Зачем ей такие права, чтобы опять глупость, какую отчебучила?
- Тише, тише, Борис… Я ведь не о том толкую, - купец погрозил дочери пальцем. – Кто ж ей даст самовольничать в таком серьезном деле? Присмотрел я в мужья Дорке нашей, четверых кавалеров. Один лучше другого! Все из хороших семей, с достатком. Вот пущай и выбирает из них. Любого приму.
- Напугал как, Василий Гаврилович! – облегченно воскликнула Степанида Пантелеймоновна. – Я уж черт-те что подумала!
- Как смотришь на это? – Жлобин прищурился, не переставая буравить Минодору пристальным взглядом. Отец словно давал девушке понять, что если она перечить станет, то никто с ней миндальничать не будет. – Ну, дочка, говори.
- Как скажете, батюшка, так и сделаю, - заверила его Минодора. – И слова поперек не скажу.
- Вот это-то и странно… - купец снова погрозил ей пальцем. – Что ж, тогда к Спасу гостей ждите. Степанида Пантелеймоновна, ты уж расстарайся, чтобы наш стол от харчей ломился.
- Не переживай, Василий Гаврилович. Праздник на славу устроим! – у женщины моментально поднялось настроение. Она радостно посмотрела на дочь: - Голубка моя, тебе тоже нужно подготовиться! Все лучшее наденешь!
- Драгоценности не забудь, - добавил купец. – Не жалей… надевай цацки, что я тебе подарил. А ну-ка, неси их сюда, я посмотрю, в чем тебе лучше появиться.
Минодора побледнела.
- Батюшка, тогда уж давайте я завтра с нарядом и примерю, чтобы вы решили как оно лучше смотрится, - девушка улыбнулась отцу. – Есть у меня платье одно. Негуляное. Его хочу надеть.
- Давай так, я спорить не буду, - согласился Жлобин, и Минодора облегченно расслабилась. Вот бы сейчас могла неприятность приключиться!
Поднявшись к себе, девушка дождалась служанку, которая помогла ей раздеться и расчесала волосы. Все это время Дора громко зевала, всем своим видом показывая, что ужасно хочет спать. И даже тихонечко захрапела, пока служанка развешивала платье да раскладывала на столике гребни.
Но как только Минодора осталась одна в комнате, то сразу бросилась собирать вещи. Пару сорочек, белье и несколько платьев. Этого достаточно. Со всем скарбом не набегаешься.
- Все, что потребуется, там и куплю! – возбужденно прошептала она. – Драгоценности продам, деньги будут!
Потом девушка приготовила дорожное платье и стала ждать полуночи. После двенадцати дом засыпал, а мужики, дежурящие во дворе, в это время уже пьяно посапывали в сарае. Минодора даже тут подстраховалась. Она отнесла в сарай штоф водки и оставила на видном месте.
Артемий должен был ждать ее в кустах соседнего дома, предупредив, что ровно в двенадцать он уже будет там.
Время медленно, но приближалось к самому колдовскому часу. Минодора не боялась сделать последний шаг к свободе и подрагивала от радостного волнения, представляя, как вскоре воссоединится с любимым.
Она открыла дверь, прислушалась, а потом вышла из комнаты в темный коридор. Девушке не нужны были свечи, потому что она знала здесь каждый сантиметр, каждый гвоздик и каждую скрипучую ступеньку. Дом спал… Такой родной, уютный, он провожал ее настороженным молчанием.
Минодора на секунду задержалась в передней. Она стала спиной к двери, перекрестилась и лишь потом аккуратно повернула ключ в замке. В лицо пахнуло влажной теплотой ночи, пропитанной ароматами душистого табака и зорьки.
Девушка быстро пробежала расстояние от дома до ворот, отодвинула засов на калитке, после чего выскользнула на улицу. Ну вот! Все получилось!
Она сделала шаг в сторону соседнего дома и не сдержала тихий вскрик, когда перед ней возникла высокая фигура. Минодора сразу поняла, что это не Артемий. А знакомый аромат дорогого табака заставил ее испуганно отступить.