Пробуждение Силы. Том I (СИ)

Кулаки, напитанные Ки, гремят о каменные плиты.
— Да не может быть! — бросает Флем.
— Носильщик, это какой-то трюк? — злится Мако.
Рен хранит молчание. Лишь невозмутимо устанавливает новую плиту. Несколько человек выбывает.
— Бей! — командует Айко.
Каменный треск синхронно прокатывается по площадке.
— Глазам своим не верю, — выдыхает одна из девушек.
— Это какой-то розыгрыш⁈ — вертится на месте Мако, как шелудивый пёс в погоне за хвостом.
— Ты сжульничал! Он сжульничал! — надрывается Флем.
Рен вновь оставляет их без ответа. Всё так же равнодушно скидывает обломки и ставит новую плиту в снаряд. Ещё несколько участников сходят с дистанции.
— Бей! — звонко кричит Айко, чувствуя, как уголки губ растягивает улыбка.
Очередная серия ударов.
— Эй, Рен, в чём твой секрет? — не выдержав, спрашивает Мако.
— Рисовая лапша, господин, — отзывается тот. — Она очень полезна для тела.
— Какая, к демонам, лапша?!! — взрывается Флем. — Как ты это делаешь⁈ Признавайся! Приказываю!
— Эй, недоросли! — рявкает Каин, не отрываясь от еды. — На площадке сохранять тишину. Иначе я встану, а вы ляжете. Будем отрабатывать планку с плитой на спине. Всем понятно⁈
— Всё ясно, наставник! — за всех отвечает Айко и делает страшные глаза в сторону своих товарищей.
Напротив плит стоят всего шесть учеников.
— Бей!
Девушка с насмешкой поглядывает на Флема, а того аж корёжит от ярости. Губы подрагивают, на лбу испарина, а ненавидящий взгляд устремлён в широкую спину носильщика.
А всё потому, что в его плите зияет почти сквозная дыра. У снарядов остаётся всего трое. Мако тяжело дышит, покрытый потом. Флем дёргается, как припадочный. Рену… тяжело, но это заставляет её уважать парня ещё сильнее.
— Какой бы трюк ты не использовал, чернь, — цедит Флем, — дальше ты не пройдёшь.
— Шестой раунд, — в последний раз она взмахивает рукой, стараясь скрыть голосок внутри, который вопит: «Давай же, Рен, давай!»
В пронзительной тишине звучат громогласные удары.
Мако и Флему удаётся оставить лишь глубокие трещины — эти плиты ещё толще и гораздо прочнее.
Девушка спешит увидеть результат Рена. От центра плиты растянулась паутина трещин, словно рисуя карту речных каналов, но она неумолимо осыпается крупным обломками на землю.
А носильщик хватается за пояс и начинает кланяться, подходящему наставнику.
* * *
Моё тело дрожит и крутит от боли.
При каждой ударе я использовал Крепче камня и хоть внешне стараюсь оставаться спокойным, не могу утаить капельки пота на лбу и судороги. Наверняка, они заметны каждому. Мышцы спины и рук словно ножом режут. Вдобавок, время на моих песочных часах иссякло, а по тренировочной площадке к нам шагает наставник Каин.
Ни разу я ещё не нарушал устава Академии, и вот благосклонность столь достопочтенного практика обернётся для меня позорным наказанием — поркой. Неужели со мной обойдутся, словно с провинившимся дитём? Ну, что же, я готов понести наказание. Никто силком не заставлял меня выходить на эту площадку. Отец учил отвечать достойно за свои поступки.
— Рен, подойди-ка на минуту, — сухой рукой манит меня к себе наставник Каин. — У меня к тебе пара вопросов.
Флем злорадно скалится. Явно затаив дыхание, ждёт моей порки. Лично и с огромным удовольствием взял бы в руки плеть.
Наставник с неподдельным интересом расспрашивает меня, пока я ловлю несколько недобрых прищуров из толпы учеников. Мако даже не смотрит в мою сторону, его грустный взгляд устремлён на девушку, которая выступала судьёй. Зато Флем, посрамлённый в последнем раунде, пялится так, что умей он, сжёг бы меня на месте, и углей не осталось бы.
— Парень, — начинает разговор Каин, — ты явно не ноль в боевых искусствах. Вижу силу и зачатки умений, но то, что ты использовал, — он морщится, — это даже не техника, а лишь грубое её подобие.
— Спасибо, господин. Я пытался воспроизвести Крепче камня, но знаю далеко не все тонкости этой техники. Вернее сказать, совсем их не знаю.
 
Не говорить же ему, что в библиотеке тайком читал о ней.
— Именно об этом я и толкую! По внешним признакам, по одним лишь движениям рук зачастую невозможно понять все нюансы даже самой примитивной усиливающей техники. В ней полно того, что сокрыто от неопытного глаза.
Он смотрит на болтающих между собой учеников и продолжает с гримасой:
— Если бы ты смог попасть в Академию, а не в обслугу, уверен,рттттттттт у тебя было бы радужное будущее, но знаешь… — Каин поднимает сухой палец вверх. — Пусть это и противоречит общепринятым устоям, но не правилам. Так что, дам я тебе небольшую подсказку, и вскоре, возможно, мы повторим этот эксперимент.
Он кивает мне, а я кланяюсь в ответ. Приблизившись, Каин скупо объясняет про потоки Ки, которые надо направлять через акупунктурные точки — те самые средоточия силы, но делать это надо особым образом, по определённому маршруту, который и обозначает мне наставник.
— Свободен, — он хлопает меня по плечу. — На радостях не забудь свой рюкзак.
Про наказание по-прежнему ни слова, так что, поклонившись, я стремительно покидаю пределы тренировочной площадки. Каин же повышает голос и начинает наводить порядок среди увлёкшихся учеников.
Я уже бегу за следующим поручением. Снабжённые специальной техникой часы дрожат, сигналя, что меня ждёт новый заказ. На кухне меня лично встречает Ямато, чтобы передать новое блюдо. Попутно удивляется моей задержке, что случается весьма редко.
— Ты же был в павильоне Мастера Сонга? — щурится повар. — Что-то случилось?
Его цепкий взгляд падает на мои сбитые костяшки кулаков.
— Всё в порядке, мне представилась возможность ступить на тренировочную площадку.
— Я бы не назвал это «в порядке», — качает головой старик. — Тебе ли не знать, что гордость аристократов порой хрупкая, как хрусталь. Надеюсь, ты был осторожен.
Лишь киваю, прекрасно понимая его беспокойство.
Этой же ночью мне предоставляется возможность опробовать советы Каина. На тренировочной площадке пусто, а меня охватывает предвкушение. Крепче Камня даётся куда легче. Если раньше я направлял Ки по телу бессистемно, почти наугад, то теперь точно знаю, куда и как надо послать энергию, чтобы получить оптимальный результат. Мои движения с каждым ударом по невидимому противнику становятся чётче и увереннее. Тело всё ещё страдает от непривычной нагрузки, но уже гораздо меньше.
Во время очередного взмаха вспоминаю странный взгляд представительницы клана «Звёздный Ветер». Айко так смотрела на меня, словно увидела что-то диковинное. Впрочем, в её глазах не было снисходительности, как при столкновении с чудной зверушкой. Это уже успех.
Для повышения эффективности тренировок я придумал себе особое снаряжение, а над его реализацией потрудился каменщик Акито — моя награда за победу в соревновании. Утяжелители из разных горных пород с металлическими ручками — подобие кастетов. Над оружием я размышляю уже долго и лучшего варианта для себя просто не нахожу.
По размеру мои утяжелители почти одинаковые, не сильно громоздкие, но разные по весу. Выглядят грубовато со стороны, зато хорошо ложатся в руку. Вкупе же с полноценной техникой — Крепче Камня — тело так и радуется возросшей нагрузке.
Во время редких прогулок в город я снова посещаю таверну, где остановился мой знакомец Хейран, потерявший сына. Хочу поделиться с ним полученной информацией и узнать, что же он там нарыл. Хозяин заведения, обрюзгший мужчина лет пятидесяти, скучающе зевает, когда я начинаю говорить. Делает вид, что меня не помнит.
— Здесь останавливался мужчина. Такой шумный, всё сына искал своего. И потом, вроде, что-то нашёл.
Вкратце описываю внешность торговца, чтобы оживить память хозяина.
— Знаешь, сколько тут бывает проезжих, — ворчит хозяин, уводя взгляд в сторону, и смотрит в глубь полупустого зала. — Всех и не упомнишь. Вроде не было такого. Давно это было?