Пробуждение Силы. Том I (СИ)

Annotation
Величайшее благо обернулось ужасной трагедией. Моя сестра - гордость нашей семьи и талантливый адепт боевых искусств - уехала постигать Путь в элитной Академии и пропала. Бремя старшего - защищать младших, даже если они гораздо сильнее тебя. Я отправлюсь в столицу, добьюсь ответов и узнаю правду. Для этого мне понадобится неукротимая мощь, ведь только сильный может менять свою судьбу. Однако в этом мире у всего есть своя цена, и, постигая Путь, сокращаешь свой жизненный срок.
Сила или жизнь. Выбери одно.
Небеса Умоются Кровью 1. Пробуждение Силы, Том I
Глава 1
Глава 2
Глава 3
Глава 4
Глава 5
Глава 6
Глава 7
Глава 8
Глава 9
Глава 10
Глава 11
Глава 12
Глава 13
Глава 14
Глава 15
Глава 16
Глава 17
Глава 18
Глава 19
Глава 20
Глава 21
Глава 22
Глава 23
Глава 24
Глава 25
Глава 26
Глава 27
Глава 28
Глава 29
Глава 30
Глава 31
Глава 32
 Небеса Умоются Кровью 1. Пробуждение Силы, Том I 
 Глава 1 
В мире существует всего несколько нерушимых констант. День сменяется ночью, солнце всходит, чтобы уступить место луне, а все люди смертны. Все, кроме Императора Альдавиана. Он родился задолго до того, как мои предки обосновались в этих краях, и будет править спустя ещё много веков после того, как мои потомки лягут в землю.
Многие воспринимают его как неотъемлемую часть мироздания, и они правы. Альдавиан — это ядро, которое сплачивает Империю в единый кулак. Пока есть Император, будет существовать Империя. Альдавиан не может умереть, ведь он наделён божественной властью. Его мудрость безгранична, его сила абсолютна. Она олицетворяет сами Небеса, и как Небеса, Император будет существовать всегда.
И всё же однажды Небеса умоются кровью.
Меня зовут Рен, и это моя история.
— Повтори, что ты сказал? — поворачивается ко мне Бохай.
— Ты не только тупой, но и глухой? — я сверлю его холодным взглядом. — Тогда позволь мне объяснить на доступном для тебя языке. Ты. Не достоин. Стряхивать. Пыль. С сапог. Моей. Сестры. Так понятнее? — говорю я медленно, будто беседую с ребёнком или душевнобольным.
Стоящего напротив меня парня отличают тонкие черты лица с претензией на аристократизм, а также нос с горбинкой, доставшийся ему от матери. Вся его физиономия сейчас так и выражает презрение к окружающим и в особенности ко мне. Длинные чёрные волосы он зачёсывает назад и связывает в хвост атласной лентой. Естественно, когда не нужно работать в поле или лесу, можно и косу до пола отрастить. Сейчас, как и всегда, он одет в дорогие шёлковые одеяния с широкими рукавами. Их украшает искусная вышивка, подчёркивающая его высокое положение.
Единственный и любимый сын старейшины, как-никак.
Вокруг нас простирается пустырь за стенами единственной в нашем поселении школы боевых искусств. Небольшая площадка, выжженная одной из техник Мастера Вэнга ещё в те времена, когда здания школы не было и в помине. Он тогда только пришёл в деревушку и предложил свои услуги в обучении юных адептов Пути, а старейшина попросил его показать своё мастерство.
Результат этой демонстрации лежит под подошвами моих перелатанных сапог. Незаживающий долгие годы шрам на теле нашего дикого густого леса. Природа, полная безудержной силы, способна залечивать такие раны за считанные годы, но уже минуло несколько десятков лет, а эта выжженная разрушительной энергией истрескавшаяся, как после засухи, земля всё ещё не вернула себе прежний облик.
— Вы слышали это отребье? — ухмыляется Бохай, глядя на своих подпевал. — Видать, упавшая сосна выбила из него последние мозги. Ощутил себя бессмертным, не иначе.
 
Трое парней, его вечные прихвостни, отпускают наигранные смешки. Такие же надменные ублюдки, что оценивают людей по размеру их кошелька. Выглядят, словно охрана, хотя они слабее его. Вечно у него на побегушках, чтобы сам Бохай не пачкал лишний раз руки.
У них, конечно, есть имена, но я стёр их из памяти за ненадобностью уже в тот день, когда впервые услышал. Про себя называю их Рябым, Потным и Костлявым. Как несложно догадаться, первого покрывают оспины, второй неуёмно потеет и вечно трёт влажные руки, а третий отлично подошёл бы любой хозяйке в бульон вместо супового набора. Все они достигли второй ступени, в то время как сам Бохай достиг пика третьей ступени.
— Да брось, — отвечает ему Рябой, — грешно задевать убогих. Он же так и не прорвался. Всё сидит на первой ступени. Не Карп, а так, мелкий пескарик!
Бохай скалится, оценив шутку, и продолжает:
— Во-первых, прежде чем на людях показываться, — кривится он, — сначала бы в порядок себя привёл. Глаза мозолишь своим рваньём.
А вот это неправда. Одежда у меня поношенная, но ухоженная, все дырки лично зашиваю.
— А, во-вторых, как мне рот не затыкай, мои слова от этого правдой быть не перестанут. Матери стоило бы потребовать у повитухи деньги назад, когда твоя сестрица появилась на свет. Уверен, в детстве ваши родители бросили эту лесную суку волкам, но те вернули её обратно.
— Как говорит Мастер Вэнг, зависть — это искреннее признание чужого превосходства, — холодно отвечаю я, ставя на землю корзину с обедом, который нёс для сестры. — Ничего страшного, ты тоже когда-нибудь возьмёшь четвёртую ступень. Как отец накупит новых пилюль, так и возьмёшь.
От моих слов лицо Бохая идёт алыми пятнами, а его глаз начинает дёргаться.
Вся его культивация строится на дорогостоящих добавках и редких духовных травах, которые старейшина закупает для него в столице. Само собой, используя монеты, которые мы платим в качестве налога. «Секрет», о котором знает вся деревня, но избегает этой темы в присутствии членов семьи Асума.
— Преподайте пару уроков вежливости этому голодранцу, — Бохай машет рукой своим спутникам. — Постарайтесь ему ничего не сломать. Ничего жизненно важного, — с косой ухмылкой добавляет он.
— Понятно, — разминаю плечи, выдерживая дистанцию. — Сам ты сражаться не хочешь, а то испачкаешь свой наряд? Какой-то красавчик пригласил на свидание, да? Согласен, нельзя приходить в грязном, а то так и останешься в девках до смерти.
Хочу вывести его на эмоции, и мне это ожидаемо удаётся.
— Что встали? Забыли, как бить⁈ — орёт Бохай.
Троица двигается на меня одновременно. Центральный, Рябой — самый здоровый из них, поигрывает мускулами. Двое заходят с флангов. Сразу видно, что не в первый раз действуют против одной жертвы. Ничего удивительного. О них много слухов ходит в деревне.
Рябой ускоряется, а я отступаю в сторону, подальше от корзины с обедом и ближе к деревьям. С самого детства работая в лесу, я чувствую его силу. И благодаря моему бережному отношению к природе, она отвечает мне взаимностью. Именно по причине такого подхода, несмотря на все предрассудки отца, я смог начать делать первые шаги на Пути.
Центральный здоровяк рвётся вперёд, подобно тарану, послушно следуя за мной. Остальная парочка от него не отстаёт и поворачивает следом. Приближаются они почти одновременно.
Глубоко вдыхаю, наполняя лёгкие свежим воздухом с запахом дубовой листвы. Тело распирает от энергии.
Поехали.
Рябой бьёт первым. Размашистый неаккуратный взмах. Я вижу каждый его манёвр и понимаю, как двигается мускулистое тело. Он использует минимум Ки, а его удар выходит слишком медленным. Кулак проносится мимо. Я чуть приседаю, пропуская его над правым плечом.
И это практик на второй ступени?
Мой оппонент совсем близко, двое заходят с боков, готовясь зажать меня в тиски. Отвечаю сильным ударом по краю грудной клетки, пытаясь пробить в печень. Противника начинает мутить, его глаза тускнеют.