Шепот, что уничтожил мир (СИ)

— Все твои подарки отвратные, и вот опять, так держать!
— Я делаю их со всем сердцем, знаешь ли. Я даже посвятил тебе свою смерть.
— Ага, и даже не умер, все как обычно!
— Что, черт возьми, происходит на моей станции?! — вступил довольно широкий зеленоглазый зерей. Толпа расступилась, пропуская его. Казалось, будто бы все население станции было снаружи, каждая душа. Стоя снаружи сада, что на площади, они смотрели на последствия битвы.
— Агент Шипосада был ожидаем, говорит Ксави… — раздался женский голос. — Отродье внутри, потусторонние слова… видит она руку джаширров во всем этом, чего Ксави не ожидала. Ксави счастлива, что не было потерь.
Этот голос был молодым и успокаивающим, ее слова текли словно мелодия. Контраст был силен с тем, что охотница увидела — каргу в тряпках, с зереем-подростком на ее плече. Обе их пары глаз горели лазурью, их зигзагообразные змеи копировали друг друга.
Фигура медленно шла к извивающейся твари.
— Слизняки из Шипосада, я знал, что когда-нибудь они доберутся и до нас, — сказал спикер толпы, плюнув на землю. — Варус, из всех нас! Что старый пес был… был этим. Я бы никогда не заподозрил!
— Был бы он хорошим агентом, если бы шериф подозревал, думает Ксави?
Разбитое стекло, всплеск пламени, мерзкий визг. Зури отпрыгнула, смотря, как тварь извивалась и горела. Окутанная фигура даже не дрогнула, бросив еще одну склянку в пламя. Подросток на плече Ксави выглядел напуганным от увиденного, но успокоился, лишь алая рука Ксави почесала его подбородок. Парень мурчал, и затем лопнул в облако лазурной дымки. Когда лазурь рассеялась, Зури поняла. Там не было зерея-подростка, лишь громкий птерикс.
— Как ты поймала его, если он так хорош? — спросил шериф после долгой паузы.
— Ксави не знает, — ответило окутанное существо. — Это не она была, что Варуса поймала.
Флекс подтолкнул охотницу, и лишь тогда она поняла, что все глаза смотрели на нее. Она закашляла и посмотрела вниз, чувствуя себя неуютно в центре внимания. После ужасного утра, местные жаждали ответов. Они смотрели на Зури, будто бы она могла их дать.
Но могла ли она? Зури была потеряна не меньше.
— Что я вообще должна им сказать, Флекс? — она быстро прошептала, прячась за его плечом.
— Правду, — сказал Флекс без колебаний.
Охотница вздохнула, набираясь смелости под весом ожиданий. Они смотрели на нее, будто бы ожидая откровений, важных слов.
— Я последовала за алым птериксом, — сказала, вместо этого, охотница. — Я знала, что алый птерикс приносит несчастье… Я последовала за ним, пытаясь узнать почему. И… вот это случилось.
— Я не верю ей, — сказал кто-то из толпы. Сердце Зури сжалось. — Я видел, как она взорвала это чудище. Никогда раньше не видел такой силы…
— Она не могла тут оказаться случайно, — добавил другой сомневающийся голос.
— Кто ты? — с новонайденным уважением, спросил шериф.
— Я… я Зури…
— Одна из Девятнадцати Шрамов?
— Из ч-чего?
— Мы не уверены, чем являются эти «шрамы», — неловко вставил Флекс, бинтуя свою свежеукушенную руку. — Но я могу поклясться, что все, что говорит Зури, правда.
— Мы будем держать ваше членство в секрете, ставлю печень на это, — сказал шериф.
Охотнице казалось, что ее больше не слушали. Девятнадцать Шрамов… Имя было как заклинание. На нее не смотрели как на могучего нарушителя спокойствия. На нее смотрели теперь как на героя. Зури пыталась вставить слово, разубедить толпу, но они верили в то, что желали. Они видели спасительницу, что так хотели узреть.
— Станция Небесной Искры благодарит вас за ваши усердия, — сказал шериф.
Это и вправду была сказка. Все эти неизвестные лица, все местные, все почтенные персоны, с кем Зури не осмелилась бы заговорить; они склоняли головы, почетный момент молчания, посвященный потерявшимся авларам.
— Пфф, не стоит, не стоит… — тщеславно говорил Джаки, расхаживая по площади как по сцене, купаясь в украденных лучах славы. — Мы просто делали свою работу, не потея особо.
— Я этого не заслуживаю, Флекс… — стыдливо прошептала Зури, прижимаясь ближе.
 
— Ты всех спасла этой луной, не так ли? — Флекс улыбнулся в ответ.
— Я до сих пор не понимаю, что произошло! Это была такая случайность…
— Некоторые случайности не случайны, думает Ксави.
Охотница вздрогнула, смотря направо. Покрытая лохмотьями фигура стояла рядом. Ее птерикс помчался на руки Флексу. Парень немного растерялся, почесывая пузо птерикса, как тот и требовал. Зури хихикала над умилительной картиной, но голос Ксави вернул ее к реальности.
— Что Зури и Флекс будут делать теперь, интересно Ксави?
— Я не знаю… Мы просто хотим домой, — сказала охотница.
— Ксави советует им не возвращаться, — ответила загадочная персона.
— Но почему?
— Из-за гнева, что Зури и Флекс несут. Гнева Сети. Ничто не вне досягаемости Сети, говорит Ксави.
— И… и что нам теперь делать? — опасливо спросила Зури.
— Зури хороша, когда следует пути птерикса. Ксави молит ее, чтобы она последовала вновь.
Маленький птерикс выпорхнул из рук Флекса. Беззаботно чирикая, он приземлился на укутанное плечо.
— Куда ведет этот путь, в самом конце? — спросил Флекс.
— К концу Азмы, Ксави говорит.
Зури лишь хотела, чтобы ее ущипнули. Эти слова, сказанные полной незнакомкой, отдались глубоким эхом в ее сердце. Она не могла им поверить, не могла поверить, что было возможно осуществить эту безнадежную детскую мечту. Но, как и толпе вокруг, ей хотелось верить.
Ей нужно было верить.
Тихим был Флекс. Он смотрел на Зури, ожидая ее слова. Ее глаза были как стекло, смотря сквозь тысячи дальних мыслей. В конце концов, собрав сухость в голосе, она сказала,
— Мы последуем пути птерикса.
— Зури узнает, когда начать ей путь… Пусть она будет мудра в том, кого взять с собой. До скорого пути, пока, говорит Ксави.
Слова Ксави были загадкой для охотницы. В раздумье, она смотрела, как проходимец крал все возможное внимание. Куря трубку мерцезема, он, казалось бы, забыл о своих давних знакомых, превратив утреннее сборище в вечеринку.
— Я хотела спросить… — произнесла Зури.
Она оглянулась, но Ксави была далеко, всего лишь пятном где-то вдали. Куча плоти до сих пор оскверняла площадь, никем нетронутая. Легкий дождь обивал ландшафт. Птериксы вернулись на утренние небеса, угревые лодки плыли над головами; привычная жизнь станции медленно возвращалась.
Что-то блеснуло вдалеке. Лазурное пятно сидело на окне, охотница узнала его весельные уши. Это был синий кроль, видение, что она видела и до. Существо спокойно смотрело в глаза Зури. Она склонила голову — существо склонило свою.
И пока охотница была очарована странным появлением, толпа была ближе к земле. Их мораль была высока.
— Отправьте птерикса моему мальчику Карсу, — шериф счастливо рявкнул на подопечного. — Пусть всем на совете расскажет, что мы освободились от Шипосадной мерзости!
— Она настоящий герой, — сказал кто-то из толпы.
— Не забудьте ее упомянуть, шериф, мы ей серьезно должны! — еще один голос добавил.
— Это моя девочка Зури, — нахально сказал Джаки.
— Ба, вон она! — охотно позвал шериф. — Не будь скромницей, девчуля, иди сюда!
Бедная авларка действительно жалела, что не украла желание Флекса стать одиноким дождем. Толпа с их вниманием двинулась к ней. Все они восхваляли ее как героя, и это пугало ее до печенок. Она пыталась отступить, но натолкнулась на знакомый торс. Она повернулась к Флексу, ее глаза молили его о помощи. Он выглядел уставшим, он едва стоял, однако он странно улыбался.
— Флекс…
— Развлекайся, — сказал он. — Эта луна твоя.
Было слишком поздно спорить — ликующая толпа ее окружила. Охотница взвизгнула и туго обняла ружье, лишь оказалась в воздухе. Руки подбрасывали Зури вновь и вновь, скандирование ее имени не прекращалось. В какой-то момент, она сдалась похвале. Она улыбалась, катание на руках было как колыбель. Ее глаза закрывались, катание было как приятный сон.