Шепот, что уничтожил мир (СИ)

Рок настал.
— В чем твоя проблема, дрянь? — рявкнула вышибала.
— Что происходит, Зури? — опасливо спросил Флекс.
Охотница взглянула на него. Ее глаза Расковались.
— Нет времени объяснять, Флекс.
Охотница вмазала приклад ружья в колено вышибалы, вышибала вздрогнула. Лодку дико качало. Пассажиры волновались, капитан что-то кричал. Никто не понимал, что было с головой у Зури. Она едва понимала сама, оборачивая веревку вокруг мачты судна.
Не было времени думать.
— Зури?! — вздохнул Флекс.
— СТОЙ! — с запозданием, крикнула вышибала.
Охотница сделала грациозный шаг назад, позволив ветрам обнять ее. Избежав хватки вышибалы, Зури падала с лодки. Она расправила руки и свела ступни, будто бы ныряя в озеро с мелкого утеса. Однако, внизу не было озера, лишь белодревесные постройки.
Веревка истекла, обжигая ладонь жгучим жаром. Лодку сотрясло от рывка. Угорь стонал, капитан ругался, народ отчаянно хватался за перила, но Зури была навысоке. Ее разум был чист, опасность не чувствовалась реальной — лишь цель чувствовалась таковой. Догнать этого птерикса казалось поворотным моментом.
Она не оставила Флексу выбора. Она смотрела, как он жег ступни и руки вдоль веревки. Авлары повисли над белодревесными улицами. Качающаяся баржа набирала скорость в сторону болотистых пустошей. Авларам пришлось прыгать.
— Куб! — крикнула Зури.
Флекс мгновенно ответил, сжав свои пальцы в форме когтей птерикса, глаза Раскованы. Видя их свет, Зури отпустила веревку. Вместо ломания всех своих костей, она прокатилась по прозрачной поверхности и спрыгнула на крышу. Флекс прыгнул вслед. Он следовал за Зури в ее безумной прихоти.
— Куб! — она крикнула снова, прыгая с крыши на крышу. Где расстояние было слишком широким, силовые кубы Флекса спасали ее. Кубы были видимы из за множества кругов на них, благодаря моросящему дождю.
Авлары карабкались, они прыгали, они рисковали здоровьем. Поселение было небольшим, но его улицы были паутиной, лабиринтом. Но место назначения было близко — белодревесная башня. Охотница начала карабкаться, риск был на пределе. Во время дождя, каждый выступ башни был лишь в одном соскользании от земель без спешки.
— Да что с тобой, Зури?! — наконец, выпалил Флекс.
— Тсс! Не сейчас!
Эта башня была высотой примерно как прежде виденный причал. Ближе к вершине, около восьмидесяти футов над землей, охотница вжалась в стену. Ее скрытный взгляд поймал птерикса, что вылетел из башни в земли неизвестные. Своими острыми глазами, охотница не отслеживала птерикса — она отследила, откуда он вылетел. Она запомнила это место.
Ее мускулы дрогнули, она сделала последний рывок, вкатываясь в первое, что попалось, открытое окно. Она втянула Флекса в пыльную залу, и лишь затем она сделала паузу. Прижавшись к стене, авлары дышали как рыбы на земле, хватая отчаянно необходимый воздух.
Флекс взглотнул, облизал губы, охотница ему улыбнулась. Чем больше она дышала, тем сложнее было не смеяться. Послевкусие адреналина было странным. Прежде, чем Флекс едва не просмеялся, охотница прижала палец к его губам. Ее внимание было не на нем, а, скорее, на двери, что впереди. Она начала ползти туда на четвереньках. Она тихо махнула, Флекс последовал за ней.
Она открыла дверь медленно, очень медленно, пытаясь не издать ни звука. За ней был белодревесный коридор, что посерел от пыли, с ящиками и мебелью вдоль его стен. Охотница двигалась уверенно, будто бы знала путь. Но знала ли она?
Ее глаза сфокусировались выше, на спиральной лестнице, что пронзила башню как луч, сверху донизу. Эта лестница ветвилась во множестве направлений. Охотница направилась в финальную ветвь, ближе к куполу башни — прямо туда, где, она полагала, было запомненное окно. Она положила в рот последнюю оставшуюся вишню, держа ее за щекой. Тихий шорох ее ружья был как гром для Зуриных ушей, но никто не обращал внимания на ее вторжение. Башня казалась заброшенной.
Охотница задержала дыхание. Последняя деревянная дверь была перед ней. Дверь была закрыта, никак ее не открыть, и у Зури не было времени над этим думать. Ее глаза Расковались, качая теплую эссенцию сквозь вены.
 
— Ты уверенна, что мы поступаем правильно? — спросил Флекс.
И она сказала, — Нет…
Зури прижала кончики пальцев друг к другу — два указательных и два средних — напротив замочной скважины. Ее эссенция текла, собираясь в ладонях. Ей нужен был всего лишь тихий выстрел. Вихрь все рос и рос на ее кончиках пальцев… С запозданием, охотница осознала, что вихрь был нестабильным. Он…
Он взорвался. Всплеск силы вырвался с Зуриных пальцев. Авлары отпрыгнули назад от разрушения. Окутанную дымом и опилками, дверь разорвало на части. Хватая свое ружье, Зури вкатилась в комнату. Она жевала вишню с беличьим рвением, ее синие глаза осматривали зал.
Это был белодревесный офис в форме двух спаянных сфер. С полками, с коврами, с множеством бумаг и принадлежностей, он не сильно отличался от офиса Атро, за исключением массивного балкона, что открывал великолепный вид. Зури приметила паутины веревок, растянувшиеся вдоль офисных стен, но не они были во внимании ее мерцающих глаз.
Во внимании была единственная персона в комнате.
Перед балконом, за засоренным столом, она увидела возрастного зерея в рабочих штанах и льняной рубашке. Его лицо было неприметным, с очками, усами и лысиной на макушке. Охотница бы никогда его не различила среди толпы зевак. Мужчина смотрел на посторонних.
Авлары обменялись беспокойными взглядами. Нацелив ее ружье, охотница не была уверена, что делать дальше. Вроде как безобидный мужчина кашлянул, поправляя очки.
— Как я должен понимать это вторжение? — спросил мужчина, быстро пряча бумаги под прочими бумагами.
— Не только лишь хвост крысы ведет в дивные места, — сказала Зури. Она набралась смелости и добавила, — Хвост птерикса тоже.
Зерей взглотнул, его пальцы предательски потянули за его белый воротник. Его зеленые глаза нырнули в стопку бумаг, ища что-то, что он закопал буквально мгновение назад. Охотница была не менее на нервах, но она держала строгую стойку. Верно нацелив ружье, она протолкнула вишневую косточку внутрь. Затвор ружья лязгнул.
Мужчина посмотрел на ее экзотический посох, затем на бумаги, что он выкопал. На бумаги, обратно на посох, снова на бумаги… Чем больше он смотрел на Зури и ее оружие, тем больше он белел в лице, тем больше он дрожал. Дрожащими пальцами, мужчина снял очки, аккуратно сложив их с щелчком. У Флекса сияли пальцы, он был на страже во время напряженной обстановки. Никто не спешил начать разговор, сделать ход. Лишь моросящий дождь ревел за занавесками балкона.
— Зури и Флекс, — наконец, заговорил зерей. — Охотники из Поселка, что зашли слишком далеко от дома.
— Я не охотник, — сказал Флекс. — Только она.
— Простите мое невежество, — тихо рявкнул незнакомец, собирая яд в голосе. — Я Варус, комендант Станции Небесной Искры. Поселения, в котором вы находитесь, для справки. Но я отвлекся. Я вижу, Зури не терпится задать вопрос…
— Почему вы хотите нам навредить? — выпалила охотница. Ее глаза едва не слезились. — Что мы вам сделали?
Нервная, но снисходительная улыбка была его ответом. Зерей медленно поднялся, потянувшись к веревке рядом с занавесками.
— У меня нет выбора, кроме как объясниться… Пожалуйста, присаживайтесь.
Еще один опасливый обмен взглядами. Авлары кивнули друг другу. Шаг за полушагом, они медленно приближались к столу. Охотница села первой, разглаживая колени, что держала вместе. Ее синие глаза метнулись к поясу незнакомца, к призрачным занавескам, треплющимся на ветру… Веревка должна была сдвинуть занавески, но они не двигались. Флекс сел рядом, она коснулась его пятки своей. Он коснулся в ответ.
— Вы хотите знать правду? — спросил комендант.
— Мы хотим, — тихо ответила Зури.
— Любопытные авлары из Поселка, о вашей наивности ходят анекдоты. — Варус сделал паузу, фыркая с горькой усмешкой. — Вы взяли меня врасплох, но если бы я мог повернуть время вспять? Я бы сыграл дурака и сказал бы, что вы вынесли не ту дверь. Вы бы извинились и оставили меня в покое.