Мне больно от твоей любви 2 (СИ)

- А если отпроситься? 
- Да ну, Юль. Ты моего папу не знаешь. А если он узнает, что я на концерт собралась, так и вовсе накажет. Для него все музыканты - преступники и наркоманы. 
- Жаль. 
- Не говори. Но обещай познакомить меня со своим братом. 
- Обещаю. – Улыбаюсь я. – Слушай, а как насчет того, чтобы устроить ночь ужасов? 
- Это как? 
- Ну, накачаем фильмы и будем щекотать нервы всю ночь. Но если не хочешь ужастики, можем посмотреть фэнтези или комедии. 
- Нет, давай и правда лучше ужасы. Как насчет «Призраки в Коннектикуте»? Мне Захар его советовал, а я одна все не решалась посмотреть его. 
- Давай. Я давно хотела пересмотреть этот фильм. 
- Так ты его уже видела? 
-  Конечно, я видела. Этому фильму уже столько лет. 
- Тогда, может, что-то из новинок? 
- Нет, давай все-таки его. Он один из моих любимых. 
- Тогда, чур, не спойлерить. Потому что я его буду смотреть в первый раз. – Одноклассница усаживается за свой ноутбук, вбивая в поисковике нужный фильм. 
Мой телефон оживает от мелодии входящего вызова. Внутри меня разливается приятное тепло, потому что эта мелодия стоит на моем любимом парне. 
- Да, Глеб. 
- Спускайся, я жду тебя в машине около подъезда рыжей. 
-  Но, Глеб, я же с Наташей. 
- Никаких, но. Подождет немного твоя Наташка. И поторопись, малышка. Я отпросился всего на полчаса. – Он сбрасывает вызов, не позволяя мне возразить. 
С одной стороны, я очень хочу его увидеть и внутри меня приятное волнение в предвкушении встречи. С другой стороны, неловко перед подругой, ведь с тех пор, как у меня появился Глеб, мы стали редко видится с Фроловой вне стен школы. 
Я сижу на краю кровати, задумавшись. Не зная, как мне поступить. 
- Ну и чего ты расселась? – Хитро улыбается подруга. - Поторопись, малышка, у вас всего полчаса. -  Последнюю фразу Наташка произносит на манер Глеба, пытаясь скопировать его голос, а затем начинает задорно, смеяться, и я тоже к ней присоединяюсь. 
- Ты, правда, не обидишься? 
- Беги уже Никитина, я пока фильм скачаю. Но и если через полчаса тебя не будет... – Она не договаривает фразу, позволяя мне самой додумать, что Фролова со мной сделает. Подбегаю и в порывах эмоций чмокаю подружку в щеку. 
- Спасибо тебе, дорогая. Ты у меня самая классная подруга. Через полчаса буду здесь как штык. Обещаю. 
- И Юль, ты бы убавила свой динамик на телефоне, а то он кричит у тебя так, что все твои разговоры слышат окружающие. 
*** 
Уже спустя пять минут выбегаю из подъезда. Глеб стоит, оперевшись спиной на машину, скрестив свои длинные ноги. Сегодня мой парень одет во все классическое. На нем: черное драповое пальто, темно-серые брюки и та самая белая рубашка.  Как же ему идет такой стиль. И почему он предпочитает больше спортивную одежду? Я невольно засматриваюсь на Глеба, пока иду в его сторону. Заметив меня, он улыбается и делает несколько шагов навстречу. И я замечаю, что в руке он держит тёмно-бордовую розу на длинном стебле, которую протягивает мне, стоит нам поравняться. 
- Спасибо. – Улыбаюсь, вдыхая аромат цветка. Глеб наклоняется, чтобы меня поцеловать. К моему разочарованию, поцелуй заканчивается очень быстро. 
- Ты что, пила? – Он удивленно приподнимает бровь. 
- Да, выпили немного вина с Наташкой. 
- Ясно. Пойдем в машину. На улице холодно, а ты без шапки. Заболеешь еще. 
- Говорит мне человек, который даже не удосужился застегнуть свое пальто. 
- У меня хороший иммунитет. – Берет меня за руку и ведет к своему серебристому BMW и, на мое удивление, открывает заднюю дверь. Усаживаюсь на кожаное сиденье, а Глеб обходит машину, открывает соседнюю дверь и опускается рядом со мной. 
- Мог бы попросить меня просто пододвинуться. К чему было обходить машину? 
- Может, я решил побыть джентльменом. – Ухмыляется парень и в его глазах пляшут озорные чертики. 
Скажи мне, кто год назад, что Грачевский может быть таким милашкой. Ни за что бы не поверила. 
- Иди ко мне, моя девочка, я очень по тебе соскучился. – Глеб забирает цветок из моих рук, перекладывая его на переднее пассажирское сиденье. И нежно целует в губы, постепенно усиливая свой напор. Заставляя пробудиться бабочек в моем животе. Не разрывая поцелуя, притягивает меня к себе так, что через мгновение оказываюсь сидя на его коленях. 
 
Я не знаю, сколько проходит времени, прежде чем мы отстраняемся, чтобы глотнуть воздуха и, хотя бы немного усмирить бушующее в нас возбуждение. Тяжело дыша, Глеб зарывается носом в моих волосах и с шумом втягивает воздух. 
- Мля, детка, как ты охрененно пахнешь. Я нереально кайфую от твоего запаха. – Непонятно от чего испытываю душевный дискомфорт и не сразу, понимаю в чем дело. Вроде бы как, мой любимый парень сделал комплимент. Но почему-то вдруг насторожилась. В памяти неожиданно всплывает эпизод с дня рождения Мартынова. То, как Грачевский целовал другую девушку (кажется, ее звали Тасей) и называл ее деткой. А до нее так называл еще множество девушек. И от этих мыслей все внутри сжимается от ревности.
- Глеб, не называй, пожалуйста меня так больше. 
- Как? – Шепчет он мне в ухо, обжигая его горячим дыханием. 
- Деткой. - Неуверено произношу я. 
- Почему? 
- Потому что когда ты так говоришь, то чувствую себя очередной твоей временной девчоночкой. 
- Юлька, ты же знаешь, что это не так. Но если тебе не нравится, то не буду. – Все так же шепотом произносит он, прикусывая мочку моего уха. 
Вздрагиваю от острых ощущений, что волной прокатываются по моему телу, и резко сжимаю свои бедра. И кажется, мой парень это замечает. Я не вижу его лица, но все равно чувствую, как он беззвучно ухмыляется. 
- Тише, ведьмочка. – Произносит он своим пониженным сексуальным голосом. – Не нужно так вздрагивать. Это всего лишь я.  И я тоже очень тебя хочу. – От этих слов мои щеки пылают жаром. Не знаю почему, но стесняюсь того, что Глеб догадался о моем желании. – Расслабься, Юль. Перекинь через меня одну ногу. Я хочу смотреть в твои красивые глаза. 
Выполняю его просьбу, оказываясь верхом на его крепких бедрах, прижимаюсь своим лбом к его и зажмуриваю глаза. Чувствую еще большее смущение, когда ощущаю между своих ног его возбуждение. 
Целую любимые губы, отвлекаясь от откровенных фантазий, что без разрешения лезут в мою голову.  Прижимаясь к парню и невольно ерзаю, пытаясь поудобнее разместиться на его коленях. Глеб, морщась, ловит меня за бедра, и я замираю. 
«Блин! Кажется, я ему кое-что прижала» 
- Прости, если сделала больно. Я не специально. 
Грачевский смотрит на меня игриво, закусывая нижнюю губу. В том месте, где у него когда-то был пирсинг. 
- Ну что ты, Юлька. Мне не больно. Но если ты и дальше продолжишь так ерзать на нем – кивает в сторону ширинки – то я, кончу. 
- Извини. - Опускаю голову, прячась за своими волосами. А он приподнимает мой подбородок, держа его между большим и указательным пальцами. Смотрит в глаза, словно пытаясь в них что-то прочитать. 
- Моя девочка… – Нежно произносит эту фразу. – Мне так нравится, когда ты смущаешься. Если бы ты знала, как тебе идет этот румянец. 
Вновь ловит мои губы своими, а затем оставляет влажную дорожку поцелуев от виска до подбородка. Запрокидываю голову, открывая доступ к шее. Чувствую, как расстёгивает замок моей куртки и инстинктивно прикрываюсь, скрестив руки на груди, когда вспоминаю, что под ней на мне одет только пеньюар. Я так торопилась, выбегая из квартиры подруги, что натянула на себя только куртку и спортивные штаны поверх пеньюара. Да на мне даже лифчика нет! Я же не собиралась не где раздеваться. И уж точно не предвидела такую ситуацию. 
Глеб убирает мои руки в стороны, крепко сжимая их за запястья, блокируя очередную попытку прикрыться. И грязно выругивается, откидываясь на спинку кресла, когда видит, во что я одета. Нахально и без стеснения разглядывает, блуждая по тонкому кружеву своим голодным затуманенным взглядом.