Солнечная пыль (СИ)

Пройдя по внутреннему переходу, он взглянул в сторону, куда стрелок уводил Чимина. Нервно сжав кулаки, Тэхён еле заставил себя остаться на месте, хотя все внутри требовало рвануть вперед, остановить их немедленно. Там, где-то в стороне, в воздухе парила реакторная камера, которая даже не горела сейчас и с расстояния казалась мертвой, будто отжила свое много лет назад.
Услышав шаги за спиной, Тэхён заставил себя собраться и сделать шаг вперед.
— Что за ржавое корыто, — поморщившись, высказался он довольно громко. — Фу, у вас тут даже системы кондиционирования не работают! Вы в туалете, что ли, не смыли? Признавайтесь, кто такой вонючка? — поднимаясь наверх, не унимался он.
В ответ ему никто ничего не сказал, но это нисколько не расстраивало. Он проехался по каждой детали, что видел на своем пути, придрался даже к тусклому свету ламп и неработающей иллюзорной картинке над потолком.
— Тут двигатели вообще фурычат или вы их вручную заводите? — хрюкнул Тэхён, представив себе картину, где его новая команда запускает махину, как допотопную паровую машину.
— Заткнись, — раздался откуда-то сверху голос.
— О, не ты ли это, Джульетта? — продолжил Тэхён издеваться, поднимаясь по ступенькам, ведущим в кабину пилотов. — Что за блеск я вижу на балконе? Там брезжит свет. Джульетта, ты как день! Встань у окна, убей луну соседством!
Шаттл и правда был в плохом состоянии даже для категории В. Тэхён и без диагностики, невооруженным взглядом, видел, что половина систем нерабочая и место этой рухляди на свалке.
Добравшись до места, Тэхён вошел в кабину пилотов, которая у «бэшек» была чудовищно маленькой. Электроники тут было раза в два меньше, чем на элитных кораблях, зато имелись подстаканники в креслах. Это убирало половину минусов одним махом.
Чонгук уже сидел на своем месте. Он лишь на секунду оторвался от настроек, взглянул недовольно и снова вернулся к панели. Из-за отсутствия связиста прокладывать путь приходилось пилотам. Тэхён уже встречался с подобным — неудобства жуткие. И что уж греха таить, некоторые пилоты были просто-таки хреновыми связистами.
— Привет, — поздоровался Тэхён дружелюбно и занял второе кресло. Перед глазами увидел фотографию — на ней мужчина и женщина с улыбающимся мальчишкой, который держит диплом окончания школы. — Миленько. Ты мало изменился.
Чонгук придвинул фотографию ближе к себе, словно опасаясь за свою драгоценность.
— Давай кое-что определим сразу, — повернулся он к Тэхёну с самым серьезным видом.
Тэхён, сдерживая смешок, крутанулся в кресле, проверяя его на прочность, и остановился. Взглянул на пилота, даже принял сосредоточенный вид, хотя с точностью до слова знал, о чем сейчас пойдет речь.
— Я весь внимание.
— Первый пилот на этом шаттле — я, — произнес Чонгук. Тэхён приложил все силы, чтобы не рассмеяться. И почему эту фразу спешит произнести каждый пилот в каждой чертовой команде? Какого хрена вообще? — И в небе ты выполняешь мои приказы.
— Твои? Я думал, что служу Республике, — в притворном ужасе ответил Тэхён, прикрыв ладонью рот. — Как так?
— База дала добро на взлет, — раздался по общей линии голос Намджуна.
— Капитан, мне тут первый пилот приказал выполнять его приказы, я в растерянности. Кого мне слушать? — Выпрямляясь в кресле, Тэхён подвинулся ближе к штурвалу. — Главнокомандующего Гвардии, вас или первого пилота?
— Каждого, пилот Ким, — ответил Намджун спокойно, а Тэхёна передернуло от этого «пилот Ким». — Хоуп, как там Чимин?
Тэхён едва не потянулся нажать кнопку запуска камер со всего корабля, но вовремя одернул себя. Лучше не видеть.
— Эм… сидит в своем кресле, — неуверенно ответил стрелок. — Ничего точнее не могу сказать.
— Заметишь странности, сообщи, — приказал ему Намджун. — Так. Пробный вылет. Десять градусов левее, сектор двадцать три свободен. Отправимся туда. Разведка прислала данные — там тихо. Чонгук?
— Данные принял, — бросил Чонгук в микрофон и выставил нужные значения в маршрутной сетке.
Тэхён расслабленно откинулся на спинку и снова покрутился. Отличное кресло.
 
Под полом послышалось рычание — включились двигатели. Пока только два. Тэхён свободно держал руки на штурвале, никак не принимая участия в подъеме, да его вмешательство и не требовалось.
Шаттл выехал из ангара и без проблем добрался до взлетной площадки, где толкался обслуживающий персонал. Медлительность действовала на нервы. Вся эта бюрократия с разрешениями, процедурами взлета и уставным протоколом выводила из себя всегда.
Тэхён взглянул в открытый блок иллюминатора на мельтешащих, таких маленьких людишек, а затем посмотрел на небо. Чистое и голубое, с редкими белыми облаками. Но туда больше не хотелось.
— Запускаю вторую пару двигателей. Взлет через шесть секунд, — объявил Чонгук. За штурвалом он выглядел весьма гармонично. Видно, пилотирование ему нравилось.
— Сколько ты служишь? — поинтересовался Тэхён. Он видел и матерых волков, и зеленых юнцов за штурвалом. Энтузиазм каждого был пропорционален сроку службы.
— Два года, — пошел на контакт Чонгук.
— Зачем?
— Что «зачем»? — не понял Чонгук, контролируя все показатели приборов для взлета.
— Зачем служишь? Тут, на границе. Скука же смертная! Кроме цейлонов, никого и не видите.
Лицо первого пилота стало жестче. Задел больную мозоль? Тэхён с любопытством исследователя наблюдал за реакцией парня.
— Думаешь, служить здесь — ниже твоего достоинства? Сколько команд ты уже сменил? — резко спросил Чонгук, напоминая о том, что падать ниже просто некуда. Хотел задеть. Наивный.
— Около тридцати, кажется. В моем личном деле более точное число.
Взлет прошел гладко и легко. Чонгук без напряга справлялся со всеми датчиками сразу. Он был сосредоточен и собран, словно они вылетали на боевое задание.
— И ты прав. Меня оскорбляет тот факт, что Штаб запихнул меня в такую жопу, — добавил Тэхён и улыбнулся.
— Не собираешься принимать участие в полете? — скорректировав балансировку, Чонгук бросил на него недовольный взгляд. По идее, можно было уже включиться, но Тэхён не горел желанием.
— Вы вроде бы и без меня хорошо справляетесь, первый пилот Чон. А где можно взять кофе? Я как-то служил на корабле в Атлантике. Там была просто охрененная столовая. Столько вкусностей, обалдеть просто. Кофе, чай, выпивка — все можно найти. А вот подстаканников не было, прикинь? Пиздец, да? Шикарная кухня со всякими встроенными красивыми штучками, а догадаться подстаканники присобачить — нет. Это же неудобно жутко. Пилоту вроде в кабине сидеть положено, а тут даже стакан поставить некуда! Что за ерунда?
— Ты говоришь сейчас ерунду. Нам нужно синхронизоваться, — напомнил Чонгук.
— Оу. Детка, мы с тобой еще в не настолько близких отношениях, — игриво произнес Тэхён, скользнув пальцем по его руке.
Чонгук, кажется, закипал.
— Может, ты попросишься сразу в другое место? — сухо произнес он.
— Нет. Тут есть подстаканники! — обломал его Тэхён. — И кресло мне нравится, — он крутанулся еще раз, но Чонгук резко дернул штурвал так, что Тэхён чуть не свалился.
— Эй! Полегче, ковбой, — едва удержавшись в кресле, возмутился Тэхён. — Не мешки с рисом везешь. И не нервничай так. Это вредно для здоровья.
— Ты меня бесишь, — прямо заявил Чонгук.
— А я думаю, мы подружимся, бейби, — с издевательской очаровательной улыбкой произнес Тэхён. — Разбуди меня, когда мы приземлимся, окей?
Тэхён снова устроился удобнее, полностью уже переключая управление штурвалом на автоматический режим. Прикрыв глаза, он с минуту послушал возмущенное пыхтение соседа по кабине, звук приборов, далекий отсюда шум двигателя, а затем нырнул сознанием к кораблю. Железо в ответ заурчало недовольно, встречая незнакомого члена экипажа настороженно. Тэхён хмыкнул под нос.
Корабль прям как сама команда. Странный. Гордый.
Тэхён мысленно обошел каждый отсек шаттла, показывая себя, знакомясь. Железяка, похожая на дикого зверя, принюхивалась к нему, но, как и остальные, признавала его. Тэхён отдавал себе отчет в том, что все это происходит лишь в его воображении, но синхронизация с кораблем для него всегда проходила именно так.