С чистого листа (СИ)
В Нулоп мы заехали часа в три пополудня. Ярмарка еще не началась, она только завтра будет, но мы успели занять место в рядах таких же телег с мешками из окрестных деревень прямо под стенами города.
Ночевать мы с Яволком решили тут же, в телеге. Медянка, конечно, за койко-место невысокая цена, но в кабаках сегодня беспокойно будет, разгул до самого утра, не отдохнешь и не выспишься. А здесь все потише. Да и нет у меня этой медянки. А занимать я не хочу. Даже у Яволка, и даже на одну ночь. Тем более, лето в разгаре, ночи теплые, прикорну на мешках и нормально. А Яволку все равно придется ночевать здесь. Паслены свои караулить.
Пока он распрягал и обихаживал лошадь, я пошла прогуляться, осмотреться и вышивку продать. А еще хотела заглянуть в лавку господина Димага. Все же лучше получить деньги, пока я одна, без свидетелей.
До ювелира я добралась без приключений. Самого господина Димага не было, но молодой гном, оказавшийся его сыном, узнав мое имя, понимающе кивнул и выдал пять серебрянок в обмен на расписку без малейшей задержки. Я выдохнула с облегчением, теперь денежки будут лежать в мешочке и никто не узнает, что они там есть.
Настроение сразу сделалось прекрасным, я глазела по сторонам и, напевая себе под нос веселую песенку про какого-то Пятачка, с которым мы ходим в гости по утрам, шагала в лавку господина Лероя.
Дорога шла прямо через центральную площадь, и я с удивлением отметила, что Нулоп накануне ярмарки совсем не похож на Нулоп в день ярмарки. Если в прошлый раз город был наполнен шумом, гамом и суетой, то сейчас здесь было даже уютно. Площадь в центре оказалась почти пуста, только пара пустых шатров установили самые нетерпеливые купцы.
В центе мощеной камнем площади оказался небольшой фонтан окруженный клумбой с цветами. Я его в прошлый раз даже не увидела. Фигура в центре фонтана показалась мне смутно знакомой. Я даже подошла поближе и вгляделась в лицо… нет… я его точно не знаю. Просто какой-то мальчик… забавно…
– Нравится? – мои размышления прервал незнакомый молодой человек, – это писающий мальчик Нулопа. Известен во всей Флодолии… вы, вероятно приехали на ярмарку, госпожа?
– Да, – улыбнулась я незнакомцу, было в нем что-то такое, располагающее к себе. Хотя, по одежде было видно, я не его поля ягода. Одежда у него была добротная, мастерски вышитая по вороту, рукавам и подолу золотой нитью. Пуговицы явно из полудрагоценных камней, а за одну запонку, несомненно, можно было купить десяток коров.
– И решили прогуляться в ожидании торгов? – ясно и светло улыбнулся он, – я бы мог составить вам компанию. Я очень хорошо знаю этот город. И могу рассказать много интересного. Вот, например, этот фонтан был построен около ста лет назад, перед самой войной. И сделали его маги-безмирники, – добавил он таинственным шепотом, – говорят, это копия фонтана, известного в их мире…
В моей голове очередной раз щелкнуло… Брюссель… осень.. дождь… я под большим полушарием зонта веселого оранжевого цвета смотрю на писающего мальчика. А рядом со мной, держа меня под руку, стоит…
– Идемте, я вам еще кое-что покажу, – перебил мои воспоминания незнакомец. Он все так же мило улыбался, его глаза светились добродушием, но я видела, что все это ложь. Словно на нем нарисованная маска, как у мима…
Глава 18
Я сделала шаг назад, отступая. Прогулка с этим типом меня не интересовала, хотя часть меня готова была согласиться. Не сама, а как будто бы под принуждением. И это мне категорически не нравилось. Я изобразила приветливую улыбку и открыла рот, чтобы отказаться…
– Лекс, – раздался позади меня спокойный голос Яволка, – тебе лучше уйти…
Незнакомец вскинулся, его маска не перестала улыбаться, но за ней я увидела, он был раздосадован. А у меня мгновенно пропало всякое желание куда-то идти с этим человеком. Это что же, он меня гипнотизировал что ли? Как интересно!
– Яволк, – протянул он руки в жесте показного дружелюбия, – какими путями-дорогами ты в Нулоп-то попал? Неужели вернуться решил? – он демонстративно оглядел Яволка с ног до головы, – нет… не воин передо мной, а трусливый крестьянин – фыркнул изобразив усмешку на маске, – паслены приехал продавать?
Он расхохотался. Мерзко, презрительно. А Яволк, с застывшим лицом, шагнул вперед, взял меня за руку, задвинул за спину и повторил гораздо жестче, чем в первый раз, не сводя глаз с Лекса.
– Тебе лучше уйти…
Рука Яволка дернулась, к поясу и застыла на пол пути…
– Это твоя девочка? – вот сейчас и маска и лицо выражали одно чувство. Какую-то злорадную радость. И он снова расхохотался. Только в этот раз в его смехе звучало превосходство, триумф победы и издевка над поверженным врагом, – я ухожу, Яволк, – поднял он раскрытые ладони на уровне груди, – я ухожу. – И со смешком добавил, – а ты знаешь, что она…
– Уходи, – пророкотал Яволк, и я даже поежилась от угрозы в его голосе…
Лекс, довольно похохатывая, уходил от нас спиной вперед. Он если не боялся, то опасался Яволка. Даже несмотря на то, что думал о своей победе… Но и Яволк не расслаблялся до тех пор, пока Лекс не покинул площадь.
А потом развернулся и обнял меня. Выдохнул с облегчением:
– Лола, – и отпустил.
– Яволк, кто это? – Мне даже не нужно было делать вид, что я испугалась. Мне на самом деле было страшно от того, что могло бы случится прямо здесь. Я ведь чувствовала, они оба готовы были к драке. Нет, не к драке, а к битве, насмерть.
– Очень нехороший и очень опасный… человек, – ответил он. Но я четко уловила эту заминку перед словом «человек».
– Человек? – переспросила я…
– Почти, его дед был безмирником. Одним из Последних. В их потомках иногда просыпается сопричастность к своим предкам. Лекс считает себя больше безмирником, чем человеком с частью нелюдской крови.
Я вопросительно посмотрела на Яволка. И он пояснил.
– Лекс очень сильный маг… И мне не понятно, что ему было нужно от тебя?..
Разговор сразу же перестал мне нравится. Я поняла, о чем говорил этот полубезмирник. Мог ли он почувствовать, что я чужая в этом мире? Думаю, так и было. И именно поэтому он подошел ко мне. Но сейчас лучше отвлечь Яволка от опасных размышлений. Я пожала плечами, отвечая на его вопрос, и схватила узелок.
–Я пойду… я хотела в лавку к господину Лерою успеть, продать ему вышивку…
– Идем, – кивнул Яволк, – я тебя провожу…
– А как же твои паслены? Кто их будет охранять? – напомнила я про привезенный товар, невольно наступив Яволку на больную мозоль. Он аж в лице переменился, заскрипел зубами и процедил:
– Ничего с ними не сделается…
Странно. И чего он так реагирует. Подумаешь, паслены привез продавать. Он же сам вернулся в деревню в тишину и покой, к крестьянскому труду. И продажа сельхозпродукции тоже часть этой жизни. А если ему не нравится крестьянская жизнь, то зачем вернулся? Чую пятой точкой, есть какая-то тайна во всей этой ситуации.
До лавки мы дошли молча. Яволк думал о чем-то своем, я старалась успокоить волну тревожных мыслей, поднятую встречей с магом.
Швейная лавка все еще работала. Я поздоровалась с господином Лероем, напомнила ему о нашей договоренности и выложила мотки с тесьмой, вышитой крестиком. Получилось на двадцать медянок. А потом я вытащила тесьму, вышитую гладью…
Господин Лерой внимательно и долго смотрел на мою работу, пропуская тесьму между пальцев, поднося ближе к светящемуся камню, приближая к глазам и даже нюхая…
– Господин Лерой, – не выдержала я, – что-то не так?
– Ты, – он покосился на Яволка, стоявшего позади меня молчаливым телохранителем, – откуда вышивку такую взяла?
Черт! Сердце ухнуло в пятки. Неужели я опять прокололась?! Что опять не так с этой вышивкой? Ее здесь не существует? Не верю. Слишком просто ее придумать. Вон, крестики же одинаковые.
– Сама вышила, – врать было бесполезно. Господин Лерой не дурак, он-то видел, что и ткань та самая, что я у него покупала месяц назад, и нитки, – я, господин Лерой, недавно домой вернулась. Меня в детстве таланги-охотники похитили и в гарем продали. Там и научилась… а что с ней не так, господин Лерой?