Кукушка (СИ)

Парень отложил пистолет и ловко замотал ей запястья, намертво стянув их узлом:
— Вот так… Посиди здесь.
— Ты же понимаешь, что Ян меня убьет, — тихо проговорила Лиза. — Так же, как и мою подругу…
— Замолчи! — Дима будто отмахивался от очевидного, не желая это обсуждать.
— Так же, как и сотни детей… — продолжала нагнетать Лиза. — Убьет…
— Каких еще детей⁈ — встрепенувшись, нахмурился Дима.
— Будто ты не знаешь… — хмыкнула Лиза. — Хватит притворяться!
Он хмуро на нее смотрел и молчал, и Лиза впечатала низким от гнева и возмущения голосом:
— Ваша цель — школа.
— Нет, — парень отчаянно замотал головой. — Ты что несешь⁈
— Да… Гоша все рассказал. Перед тем, как сдохнуть…
— Нет, не верю! Ян собирался запустить дрон на какой-то военный корабль. Да, точно! Он стоит в бухте… Военные — на то и военные, так?
Он явно чувствовал, что говорит не то, и голос его звучал вовсе не уверенно, а почти жалко.
— Ха… — зло ухмыльнулась Лиза. — Бедный Дима… Тебя даже не посвятили в детали операции. Ты — простой техник, и твоя задача собрать смертоносный дрон, который унесет сотни мирных жизней. Детских жизней…
Она говорила и говорила — как тяжело и одновременно как легко было сказать вслух всё то, что изорвало ей душу, пока она шла по бесконечным камням. Что она пытается сейчас сделать? Лиза не знала толком, но чувствовала, что должна, обязана говорить.
— Ты врешь! — щеки парня покраснели, а на лбу выступила испарина.
— Не веришь? Сам спроси у Яна.
Она внимательно наблюдала за ним. Дима потер виски и сглотнул. Стоял и соображал. Лиза читала на его лице, что ему ужасно не хотелось ей верить, но в глубине души он понимал, что врать ей незачем. Такое вообще трудно придумать.
— Ваша цель — пятьдесят пятая школа, — продолжала девушка, изменив тон, уже не так жестко и обвиняюще. — Там же дети, Дима! Что ты творишь?.. У тебя есть дети? Вряд ли… а сестра или брат младшие?
— Не может быть… — пробормотал парень и опустился на землю, отрешенно обхватив голову руками и чуть покачиваясь. — Ян уверял, что наша цель — корабль. Военный!
— Ты не такой, как они, вот тебе и не говорили, — нащупав слабину, Лиза продолжала давить. — Прошу, все еще можно исправить… Отпусти меня, и мы вместе предотвратим этот чудовищный теракт. Этого не должно произойти. — Она замолчала на несколько секунд, потом безжалостно добавила: — Как ты сможешь жить после этого? Скажи?
Он снова замотал головой. Она не отрывала от него взгляда.
— Яна невозможно остановить… Запуск запланирован на завтра… Утром, — еле слышно бормотал себе под нос Дима, будто разговаривал сам с собой.
— Но что-то же можно сделать?.. — тихо спросила Лиза, точно зная, что он ее услышит.
Как и голос своей совести.
— Если только… — парень осекся. — Если только выкрасть пульт.
Лиза кивнула.
— Сломай его.
— Это не так-то просто сделать… Он ударопрочный и влагонепроницаемый.
— Отпусти меня, мы выкрадем его вместе…
— Тогда мне конец…
— Мы что-нибудь придумаем.
— Нет! — Дима вдруг тряхнул головой и решительно встал. — Ты врешь! — голос его сорвался на фальцет. — Ты пудришь мне мозги! Ты манипулируешь мной! Наша цель не школа!
Лизу охватила досада. Это бы упрямство — да на другое дело!
— Послушай, я говорю правду…
— Неужели⁈ — в глазах Димы сверкнули безумные огоньки. — Все вы так говорите! Нет у вас правды! Ты лживая сука! Ты…
— Да пошел ты! — крикнула Лиза. — Ты настолько труслив, что не хочешь видеть очевидное. У тебя даже не хватило смелости прикончить меня! Урод!
Лиза специально нарывалась, пытаясь вывести Диму из себя. На секунду ей вдруг захотелось, чтобы все закончилось здесь и сейчас. Пусть лучше он ее пристрелит… Сидеть вот так привязанной к дереву и осознавать, что ничего нельзя сделать — для нее хуже смерти…
— Надеюсь, ты сама сдохнешь… — прошипел Дима и зашагал в направлении горы.
Лиза глубоко дышала и думала, думала. Не сработало? Неужели все-таки не поверил? Лиза терялась в догадках. Хотя сомнения в его голове она смогла посеять…
  
И он не пошел за Тарасом, поверил, что его нет в живых. Это хорошо… Если бы он освободил из западни здоровяка, то тот непременно бы ее убил. Не колеблясь ни секунды. А может, так было бы лучше?
— Нет! — замотала головой девушка, будто приказывала сама себе. — Должен быть какой-то выход…
Она попыталась растянуть петли на запястьях, потянула руки на себя, крутила ими, выворачивала до боли, но тщетно. Ремешок лишь врезался в кожу, оставляя красные кровоподтеки.
Дьявол! Что же делать⁈
Лиза попыталась подняться на ноги, и через несколько попыток ей это удалось. Руки связаны впереди, между ними ствол молодого деревца.
Девушка задрала голову и осмотрелась. Вот если бы забраться наверх и отогнуть макушку… Но как это сделать со связанными руками? Толстые ветки не дадут ей этого сделать. Но ветки сосны гибкие, можно попытаться.
Она подождала, когда Дима скроется из виду, и принялась за дело…
  
Глава 11
 
Первым делом ударами ботинка Лиза сшибла все сухие веточки там, куда могла дотянуться ногой. Изгибалась, как кошка, расчищала себе дорогу наверх. Затем принялась обламывать ветки потолще, ухватившись за них связанными руками, дергала, что есть силы вниз.
Толстые сучья поддавались плохо, гнулись и пружинили, но девушка не сдавалась, цеплялась за них и висла всем телом.
Хрусь! — очередная ветка полетела вниз, но, цепляя колючками, пыталась напоследок исцарапать лицо.
— Прости, сосёнка, — бормотала Лиза. — Но мне очень нужно освободиться…
Все шло хорошо, пока она не добралась до самых толстых веток. Как Лиза ни старалась, сломать их никак не получалось. Они отгибались почти до самой земли и так просто сдаваться не хотели.
— Твою ж мать! Чертово дерево! — вырвалось у Лизы, когда в очередной раз ее попытка не увенчалась успехом, и она беспомощно повисла на толстом суку, ободрав руки.
Теперь уже деревце не казалось ей невинным и беззащитным. За шиворот сыпалась шелуха и иголки. Они прилипали к взмокшей спине, кололи и вызывали нестерпимый зуд, будто сотни муравьев забрались под рубаху.
Лиза не сдавалась. Стиснув зубы, снова карабкалась на дерево. Вот очередная ненавистная ветка снова встала на ее пути. Она самая массивная, дальше уже не такие толстые пойдут.
Девушка уперлась ногами в обломки сучьев, завела руки максимально вперед, чтобы упереться ими в ветку как можно ближе к ее концу, где она идет на истончение. Подятнула ноги, снова уперлась, вгрызаясь грунтозацепами подошв ботинок в ствол. Распрямилась, вложив всю силу ног и спины, и потянула руки вверх.
Ветка нехотя согнулась в дугу. Коротко отдышавшись, Лиза перебрала ногами, продвинулась еще на несколько сантиметров выше и, не отпуская отвоеванной позиции, еще раз надавила.
Руки тряслись от неимоверного напряжения. Сучья норовили расцарапать кожу, порвать одежду и добраться до тела.
— Ха-а! — с криком выдохнула Лиза и рванула вверх руки, смогла уцепиться за другую ветку, выше, при этом старая, все еще гнулась между ее рук.
Перебирая руками по новой ветке, она использовала ее как опору. Немного передохнула и снова продолжила.
Злополучная ветка поддалась, стала гнуться, пропуская между рук девушки свои колючие отростки и норовя напоследок вонзить свои сучки.
Последнее усилие…
Ш-шух! — ветка прошла между рук и с шумом распрямилась, а Лиза без сил повисла на стволе выше нее. Но всего-то от земли поднялась на полтора метра, а такое ощущение, будто марафон пробежала.
Но дальше уже проще. Дальше ствол становился тоньше, и ветки хилее, но все же…
Битый час ушел у Лизы на то, чтобы добраться до макушки. Дерево невысокое, но отняло много сил и времени. Мелкие царапины от сучьев разъедал пот, на шее, лице и руках кожу немилосердно щипало. К пулевым повреждениям рубахи добавились еще несколько рваных дыр. Штаны Лиза тоже пропорола об острые сучья в двух местах. На голове присохла корочка запекшейся крови. Хоть сечка на лбу уже не кровила, но из-за красных сгустков выглядела как серьезная рана. Смотрелась она, как человек, переживший апокалипсис, не иначе.