Не играй с нами, девочка (СИ)

 — Куда ты? — Марк поймал ее за руку.
 — Я подумала, что дождусь рассвета вон на том диване.
 — А я подумал, что мы можем продолжить знакомство, — и он буквально обвился вокруг нее.
 — Эй, руки!
 — Что руки? — он уже пытался поцеловать ее шею. — Какие руки?
Он опустил их ниже, обнимая ее бедра. Какой шустрый! Когда это она дала повод? Ей удалось рывком развернуться в его объятиях и выставить вперед локти, отталкивая его от себя. Правда, получилось неважно, он все-таки был намного сильнее.
 — Могу шарахнуть по яйцам, а могу по плечу, я прекрасно помню, где именно зашивали. И то, и то чертовски больно.
 — По яйцам точно не надо, — усмехнулся он и убрал руки.
Но не отстранился, продолжая нависать над ней и нагло разглядывать ее тело.
 — Врач только что сказал, что вам нужен покой.
 — Я всегда очень спокойный после хорошего секса.
И он опять потянулся к ней. Кажется, он и вправду решил, что добьется своего. Или просто забавлялся, игрался с ней, чтобы забыть скверно сложившийся вечерок. Пришлось быстро отступить, чтобы сохранить дистанцию.
 — Это ты так выражаешь благодарность?
 — Наконец-то, «ты». Все формальности соблюдены, а сегодняшний дикий вечер можно засчитать сразу за три свидания. Можешь больше не ломаться.
Он смотрел так неистово и жадно. И Анне, честно говоря, нравился его взгляд и напористость, но только как игра, как пинг-понг, в котором она всегда могла перехватить подачу.
 — Марк, успокойся...
 — Анна, перестань заводить меня, — с веселой улыбкой передразнил он.
Его крепкая рука все-таки поймала ее лицо. Он нежно провел по щеке, словно почуял, как легко ее спугнуть, а потом обнял пальцами шею. Анна почувствовала их силу, даже угрозу, и в то же время ласку.
 — Хочешь по-другому? — прямо спросил он, смягчившись. — В знак благодарности я могу трахнуть тебя очень трепетно.
Она очнулась от его чар и залепила ему смачную пощечину. Он же самым противным образом захохотал.
 — Или все-таки садо-мазо? — не унимался Марк.
Анна проскользнула мимо него и направилась к выбранному дивану.
 — Черт, ты от многого отказываешься. Дать тебе еще шанс?
 — Не надо.
 — Надо, надо.
И вот это она спасала?
Когда появился Виктор, она как раз только-только начала дремать. И спросонок залепила ему хлесткий удар в плечо, когда он дотронулся до нее.
 — Нет! — вскрикнула она, просыпаясь.
 — Что случилось?
Проигнорировав тревогу брата, она оглянулась. Марк куда-то подевался, зато у камина спал незнакомый парень в дурацкой кепке.
 — Ничего, — Анна поймала руку брата и поднялась.
 — Он что-то сделал с тобой?
 — Нет, успокойся. Я просто перенервничала.
 — Точно?
Он заглянул ей в глаза. Прям сама забота.
 — Точно. Меня никто не трогал. Черт!
Кажется, она выбрала самую неудобную позу для сна, нога ужасно затекла и покалывала сотней иголок. Брат тут же подхватил ее и потащил к выходу.
 — Я старался приехать, как можно скорее. Я беспокоился за тебя.
 — Нет-нет-нет. Оправдание надо начинать с начала, а не с середины. Во-первых, почему у меня ночью в квартире оказалась толпа из «Их разыскивает полиция»?
 — Ты злопамятная, Анна.
После завтрака брат отвез ее на работу, и на полдня ее забрала привычная жизнь, так что произошедшее ночью стало казаться дурным сном. Мозг отказывался принимать недавние события и спихивал все на разыгравшуюся фантазию. С эталонным мерзавцем-красавцем в главной роли. 
Этого не было, Анна! Точка. И давай забудем. Тут вот смотри, привычные аттракционы есть. Работа, сплетни у кофемашины и новенький программист, который бросает довольно однозначные взгляды.
 — Вот чего он все смотрит? — пожаловалась она подруге Инге. — Я что, телепат?
 — Прощупывает почву, — усмехнулась та.
 — Уже экскаватором роет. Парень, подойди и скажи все словами. День назначь, время, я бы сходила на свидание.
 — Сама подойди.
 — Э, не, я гордая.
Несмотря на браваду, с противоположным полом пока не складывалось. Девушкой она была симпатичной, но бонусом шли предательски умные глаза. Поэтому матерые ловеласы на нее не клевали, за километр чуя трудности и завышенные требования, причем не в материальном плане. А скромные интеллигенты на то и родились скромнягами, чтобы проходить мимо. Золотая же середина все ускользала и упрямо ходила по другим улицам. К тому же Анна работала редактором и созерцала буквы и запятые чаще, чем различных претендентов на свое сердце.
 — Может, позвонишь Олегу?
 — Спасибо, что напоминаешь о нем, — Анна изобразила недовольство, только Инга была еще тем Станиславским.
 — Он славный, — продолжила подруга, которая видела его только на фотках вконтакте.
 — Да, такой славный, что ему даже продавщицы грубят.
Они вместе вышли из офиса, смеясь и подтрунивая друг над другом. И вот тут привычная жизнь вновь закончилась. Анна увидела его на парковке. Марк стоял, облокотившись на иномарку, и разглядывал поток работников, который разделялся на два ручейка: одни шли к остановке, другие к своим машинам. Они с Ингой были безлошадными.
 — Анна! — окрикнул он, заметив ее.
Она про себя подумала, что с него станется закатить сцену, и поэтому быстро попрощалась с подругой, проигнорировав ее требующий-подробностей-прямо-сейчас взгляд.
 — Я надеялась, что передала тебя другому врачу.
 — Я обещал дать тебе второй шанс.
 — Точно, я и забыла...
 — Не ври. Ты ждала меня и думала обо мне.
Что?!
Самоуверенный сукин сын. Наглый, невоспитанный, грубый... И красивый, черт его возьми!
 — И что дальше?
 — Садись в машину.
Он сжал ее локоть и повел к пассажирскому сидению.
 — Опять руки, — недовольно выдохнула Анна. — Когда же это кончится...
Она все-таки выскользнула из-под его опеки и даже первой успела открыть дверь.
 — Вот видишь? Я знаю, как открывать дверь.
 — Поразительно.
Анна заметила большой букет алых роз на сидении.
 — Серьезно? — протянула она, скривившись.
 — Так значит все-таки не трепетно.
Он нагнулся с хитрой ухмылкой, сгреб букет и закинул его на заднее.
 — Садись.
  
Глава 3
 
В общем, дело было плохо. Анна честно себе в этом признавалась. Ей нравилось быть рядом с Марком, перебрасываться шпильками и совершенствовать язвительность. Нравилось разлившееся по телу напряжение, когда не знаешь, что будет дальше, и можешь только предвкушать. Нравился он сам, его наружность так сказать, и еще ей казалось, что за маской хама может скрываться кто-то другой... И ей хотелось узнать его. Хотя он мог оказаться и подонком без всяких бонусов. Вот поэтому дело и было плохо.
 — Тебе уже можно за руль?
 — Некому запретить.
 — Я запрещаю, — бросила она с наигранной строгостью.
 — У тебя даже диплома нет. А милого личика будет явно недостаточно.
Он впился внимательным взглядом в зеркала заднего вида, и Анна смогла придирчиво осмотреть его. На нем были черные брюки и атласная темно-синяя рубашка. Небрежно закатанные до локтя рукава открывали загорелые крепкие руки. На левом запястье поблескивал хромовой вставкой кожаный браслет, и еще невозможно пижонские очки от солнца, в которых в самый раз сниматься в пафосных рекламах или стильных клипах.
 — Почему-то вчера никто диплом не спрашивал.
Марк улыбнулся.
 — Вчера у нас не задалось.
 — Ты непозволительно себя вел.
 — С каких пор мужское внимание непозволительно?
Он коротко взглянул на нее, изобразив искреннее удивление.
 — Это теперь так называется? — спросила Анна.
 — Да. Можешь погуглить.
 — Где? В уголовном кодексе?
 — Ну и слова ты подбираешь, Анна. Еще накликаешь.
 — Простите. Пусть будет административный.
 — Уже легче.
Машину он вел агрессивно и быстро, перестраиваясь в напряженном потоке выезжающих из центрального района.