Не играй с нами, девочка (СИ)

— Марк, ты делаешь мне больно.
Он явно не контролировал себя. Смотрел на нее как на чужую, словно впервые увидел перед собой. Его взгляд был весь пропитан злобой, как и прикосновения. Анна вдруг вспомнила о дилере, которого Марк избивал... Долго ли ей брести до того стула? Сколько неправильных слов потребуется? Тем более сейчас, когда вокруг Марка все рушится, а его люди один за другим погибают или же предают.
— Ты не ответила на вопрос.
— Я не понимаю тебя.
Он оскалился. Черт, все становилось только хуже. Она не знала, как себя вести с ним.
— Ты спала с ним.
Кажется, он даже не спрашивал. Хотя явно ждал ее кивка.
— Нет, Марк. Прекрати…
Его пальцы сжали еще сильней.
— Признайся, черт возьми!
Измена. Удар в спину. Только в такой плоскости он сейчас мог думать. И ведь он был прав... Анна подставила его. Да, ее заставили, и она поклялась себе сознаться ему во всем, как только Север будет в безопасности, но факт оставался фактом.
Он отпихнул ее и отшатнулся в сторону, сжав кулаки.
— Боишься ударить? — спросила она прямо. — Только за что?
Она сама потянулась к нему. Проигнорировала грубый жест-отмашку и, зацепившись за его локоть, проскользнула вперед, чтобы вновь оказаться перед ним.
— Я не спала с ним, — она осмелела и поймала ладонью его лицо, заставив смотреть на себя. — Север мой друг. Он дорог мне, ты и сам знаешь, он помог мне пережить смерть брата.
Марк молча сверлил ее тяжелым взглядом.
— Поэтому я так отреагировала. И мне страшно. Черт, Марк, мне очень страшно! И за тебя тоже.
Она прижалась к нему. Но он так и не оттаял.
— Это все?
Да, Анна, это все? Для него сейчас все поставлено на кон, либо он выберется из этой мясорубки, либо погибнет. Поэтому он так напряжен и скован, ждет удара и готовится защищаться. Ему тоже нужна помощь.
— Нет, не все, — она крепко обняла его, понимая, что после слов, на которые она решилась, он оттолкнет ее. — Север у Хотова. Тогда на стоянке его люди напали на нас.
Марк освободился и заглянул ей в лицо. И лучше бы она не смотрела на него. Было бы не так больно... Она ранила его, и он всеми силами пытался не показать, насколько сильно.
— За жизнь Севера Хотов потребовал информацию. И я уже переслала ее.
— Что?
— Имена дилеров и логистов. 
Он не поверил своим ушам. Наверное, с изменой он смирился бы легче.
— Откуда ты узнала имена?
— От Виктора. Своего рода наследство.
Анна почувствовала облегчение. Камень размером с небоскреб упал с души. Но главное Марк теперь мог подготовиться ко второму удару.
— Ты понимаешь, что сделала?
— Да.
— Стас, — позвал он, — допроси ее.
Мужчина, который налетел на нее в коридоре, оказался Стасом. Молодой мужчина с бородкой указал рукой дорогу и вытянулся в ожидающей стойке.
— Север до сих пор у него, — сказала Анна, провожая взглядом Марка.
Стас явно не числился костоломом. Он усадил ее на стул... на обычный хлипкий стульчик, к такому особо не попривязываешь, и начал расспрашивать. Его интересовали все детали: кто напал, куда отвезли, кто с ней разговаривал, что делали с Севером, какую информацию требовали, как и когда она ее отправила.
Потом он откланялся и ушел докладывать, оставив ее одну. Где-то минут через сорок Анна поняла, что о ней забыли. Она подошла к двери и дернула ручку, но та оказалась запертой. Теперь компактная комнатка показалась еще теснее. Анна не решилась стучать или кого-то звать, а вернулась на стул. Так прошел еще час, по истечению которого вошел очередной незнакомец. 
Она постоянно видела новые лица. Человек пять знала по имени, еще с дюжину ей примелькались, а остальные тасовались и менялись. Бесконечный круговорот мужчин в отдельно взятой природе.
— Анна, там привезли раненного.
Она тут же встала и пошла за ним. В убежище нашлась оборудованная операционная, может быть, не по областным меркам, но на городскую больницу тянуло. А вот врача они явно где-то потеряли. Потому что в помещении толпилось человек пять и все в черных кожанках.
— Пропустите! — гаркнул ее сопровождающий.
Бойцы расступились, и она увидела раненного, которого уже положили на кушетку. И даже в порыве заботы врубили все верхнее освещение, которое нещадно било ему в глаза.
— Мне нужен один помощник, остальные только мешают.
Она быстро вымыла руки и вернулась к кушетке. Ранения оказались ножевыми, а не огнестрельными. 
— Прижми вот тут, — она взяла ладонь оставшегося на подхвате парня и прижала к повязке. — Плотно.
Рану пришлось зашивать.
— Он будет спать несколько часов, — сказала Анна. — Я хотела бы остаться здесь. Нужно проверить, что есть и в каком количестве.
Что-то ей подсказывало, что практика будет продолжаться и продолжаться, надо было быть готовой.
Готовность проверили уже вечером. Она задремала на стуле у шкафа фармацевтического счастья, с которого едва не свалилась, когда грубо распахнутая дверь ударилась об стену. Анна вскочила на ноги и испытала дежавю. Даже носильщики, кажется, были те же. Только в этот раз их не пришлось выгонять, они сами поторопились на выход.
Остался только Марк. Она вдруг заметила его, когда комната опустела. Он прошелся к столу и дотронулся до плеча принесенного мужчины. Анна едва устояла на ногах, когда разглядела его лицо.
— Ты будешь помогать? — холодно бросил Марк.
Север начал приходить в себя. Он пару раз качнул головой и, наконец, открыл глаза. Его чем-то накачали, мутный взгляд блуждал по комнате и их лицам, а левой рукой он все искал опоры, цепляясь за холодные поручни.
— Север, — позвала она.
Его лицо тут же переменилось, он напрягся и попытался удержать взгляд на ней.
— Что происходит? - прохрипел Север. - Где мы?
Место ранения кровоточило, но рана была чистой. Его сильно избили, больше всего досталось торсу и правой руке, наверное, когда пытался закрыться.
— Все в порядке.
Она чувствовала внимательный взгляд Марка на себе. Он молча наблюдал. И Анне казалось, что она выдает себя. Интонациями, глазами.... Но Север был жив, он был рядом, она могла дотронуться до него. Больше ничего не имело значения.
— Ты на Беговой, — очнулся Марк.
Он обошел стол и встал за спиной Анны.
— Нас отпустили?
Речь Севера стала увереннее, медикаментозный сон отпускал его, и теперь Анна угадывала нотки тревоги.
— Да, Север, — кивнул Марк. — Анна постаралась.
Он обнял ее за талию и грубо притянул к себе.
— О чем ты?
Север задержался взглядом на руках босса, которые до боли впились в ее тело. Черт, он слишком слаб, чтобы играть в такие игры.
— Анна щедро отплатила Хотову, — Марк поднял руку к ее лицу. — Конечно же, ей пришлось.
Он мстил. Настал его черед отыгрываться. Север же удержал проклятья, но красноречиво посмотрел на нее.
— Поставь его на ноги, — шепнул Марк ей на ухо.
— Он ранен и избит…
— Не время для больничных.
— Я встану, — подал голос Север.
— И побыстрее. Ты нужен мне. Иначе мы все ляжем.
Марк ушел. Анна подумала, что теперь совершенно не знает, что у него на уме. Что он решил? Что будет с ней? Поверил ли насчет Севера?
— Здесь есть камера, но она не пишет звук, — предупредил Север.
Он напряг все тело, прислушиваясь к ощущениям. Явно было больно, но он слишком упрям, чтобы сознаться.
— Подожди, — она накрыла рукой его грудь, удерживая на месте. — Я хотя бы сделаю укол.
Он послушался. И не проронил ни слова. Даже нотациями пренебрег.
— От тебя все равно будет мало толку. Ты слишком слаб.
— Сейчас нужна моя голова, а не руки.
— Соображаешь ты пока тоже туго.
— Спасибо.
— Из-за лекарств и боли. Старайся меньше быть на ногах. Если будет становиться плохо, говори, а не терпи до последнего.
— Понял, доктор.
Больше она ничего от него не добилась. Он явно не собирался говорить о произошедшем, он собирался все исправлять. Как и пообещал ей в той клетке. Он даже не упрям, а уперт как баран.