Скорость. Назад в СССР (СИ)

Один из земляков попробовал напрыгнуть, но я сделал резкое движение на встречу, ложный замах разведенными в сторону руками с выставленной вперед головой.
Мой оппонент сначала отшатнулся, а потом подался вперед, в надежде попасть в подставленную голову.
Именно это я ждал. Легко увернувшись, я контратаковал. Короткий хук сбил его с ног.
Больше желающих нападать на меня с Серёгой не нашлось.
— В машину, быстро!
Серёга уже отпирал свою водительскую дверь. Ещё через секунду я сидел на пассажирском сидении в заведенной белой Победе.
Воткнув вторую передачу он резко тронулся с места. Резина со страшным скрипом успела пробуксовать, сделать несколько оборотов на месте и выпустить облако дыма.
А потом Победа рванула вперёд и стала резво набирать скорость.
— Ни хрена себе! Это же не заводской движок? — я пислушивался к необычному звуку работы мотора.
— Нет, конечно! — Серёга гордо погладил машину по панели приборов, — постаивил фордовский. Коробку передач тоже. Машина — зверь!
— Где раздобыл? — спросил я оглядывась, чтобы посмотреть нет ли за нами погони. Но судя по всему, нападавшие были полностью декассированы и не собирались нас догонять.
— На чехлы обменял.
Но далеко отъехать мы не успели. На следующем перекрестке милицейская Волга с включенной мигалкой в виде синего колпака села на хвост и приказала принять вправо и остановиться.
— Откуда вы взялись, черти? — выругался Серега.
Когда мы остановились Двадцатьчетвёрка объехала Победу и встала впереди, перегородив нам путь.
* * *
Нас доставили в опорный пункт. Местные менты не горели желанием заниматься нашим делом и заставили писать объяснительные по поводу разбитых фар и драки.
Ещё по дороге в отделение мы успели в общих чертах обговорить стратегию. Серега попросил не указывать, что мы видели, как нам били фары.
По неписаному закону, действующему на авторынке, прибегать к помощи милиции для разрешения конфликтов считалось очень дурным тоном.
— Вали всё на меня, говори, что разнимал.
Вряд ли после такого, кто-нибудь с Серёгой захотел бы иметь дело. Ведь сегодня сдал конкурентов, а завтра менты потребуют сдать своих клиентов.
В общем мы более или менее синхронно соврали. Опрашивали нас с Серёгой по отдельности. Из моих показаний следовало, что я увидел, как неизвестные напали на Серёгу, полез разнимать.
Кто разбил. я фары не видел, добавить к сказанному нечего. На рынок приехал посмотреть на машины из любопытства. Работаю на автобазе Академии Наук, интересуюсь гонками и всем, что связано с автомобилями.
— А ты, это, вам там никому резина на легковушку не нужна? По своей цене отдаю, — с надеждой в голосе спросил милиционер, когда услышал, что я помощник автослесаря на автобазе.
— А что за резина?
— Да, Пирэлли. На Жигуль. Говорят — дождевая. Только на кой ляд она мне? Стоит как вагон золота, а толку-то от нее ноль.
— Надо поспрашивать, а почем?
Он назвал цену. Вот так денёк. Нормальный улов. Резина редкая, но вполне могла быть использованна в гонках. Цена действительно подходящая.
— Телефончик дадите? Думаю, что могу вам помочь.
— Да? Записывай служебный. Только по телефону про резину не надо. Просто скажи, что ты с автобазы Академии наук. Я сразу пойму, что это ты. Если найдёшь, кто берёт, просто скажи по телефону «берём». а там договоримся, как встретиться. Лады?
— Лады.
В самом начале гайцы выписали Серёге штраф за езду с неисправными световыми приборами.
— Я тебя довезу. Говори куда. Можно сказать, что ты меня спас от неминуемого позора и я перед тобой в неоплатном долгу.
— В оплатном, не надо довозить, подкинь до метро, — мне было немного неудобно, — тебя из-за меня ещё раз оштрафуют.
— Никакого метро, только до дому. Говори адрес, — мой новый приятель улыбнулся, достал из бардачка атлас автодорог, — а насчёт штрафа — не оштрафуют. За одно и тоже нарушение дважды не штрафуют. Тут вам не Америка, тут у нас Советский Союз.
— Ну хорошо, тогда вези на Вавилова.
  
— О, отлично. Мне как раз в ту сторону. Нашёл, что искал? Встретился с Бакланом?
— И да, и нет.
— Это как? — удивился Серёга, выбрав маршрут и спрятав справочник обратно в ящик для перчаток.
— Как раз хотел об этом с тобой поговорить. Мне нужна твоя помощь.
Он помолчал, потом спокойно спросил у меня:
— Сколько?
— Не-не, ты не так понял, деньги мне, конечно, нужны, но не в долг. Готов учиться у тебя шить чехлы. Мне нужно заработать сто рублей.
— Сто рублей? Чего так мало? — он засмеялся, — на сто рублей машину не купишь. Я видел, как блестели твои глаза. Особенно когда ты смотрел на Мерс.
— Мне амортизаторы нужны для гонки, для команды.
— Амортизаторы?
Я подробно рассказал, про ситуацию, переговоры с Бакланом и Володей из Совтрансавто.
— Это ты его классно заболтал, ценю — Серёга посмотрел на меня с нескрываемым уважением, — а что у ваших в гараже нет денег?
Я объяснил, что действую на свой страх и риск, потому что человек, принимающий такие решения, Трубецкой, в отъезде. Может, и не выплатят полную сумму, но мне нужно утереть нос нашему гонщику, Николаю Соменко.
— Мы вот как поступим. Не нужно ждать неделю. Сейчас поедем, заберем твои деньги, я тебе дам ещё сотню сверху. Вернёмся к Баклану, расплатишься и заберёшь у него свои амортизаторы.
Я хотел было возразить, но он остановил меня.
— Ты слушай, слушай. Не торопись. После Баклана поедем ко мне, я тебя начну учить шить. Если очень постараемся, то недели за две научишься. По-другому не выйдет. Но ты не переживай, я тебе дам заказы. У меня сейчас всё на месяц вперёд расписано. Нам с тобою на наш век хватит. Договорились?
Мы хлопнули по рукам.
— Поедем к Баклану? А грузины? Может, лучше я сам? — спросил я, думая о том, что произошло.
— Грузины там сегодня больше не появятся. Они уже пошли в ресторан «Арагви» бабки тратить. Пить вино и закусывать шашлыком.
— Кстати, что они от тебя хотели?
— Ну как тебе объяснить. Они как Данглар и Фернан граф де Морсер против Эдмона Дантеса в Графе Монте Кристо. Если у мужчины есть что-то стоящее, то всегда найдётся другой мужчина, который захочет это отобрать. Но тут с вариантами.
— И какие варианты?
— Или отдать, или поделиться, или сражаться за своё.
— Ты, я так понимаю, выбрал последнее?
— Стопудово! Они мне ещё ответят! Они не знают, с кем связались! С Юрким!
Я вопросительно посмотрел на Серёгу.
— Меня в армии звали «Юрком». Это из-за моей фамилии Юрченко, можешь меня так называть.
— Хорошо.
— Как ты сказал, тебя представили Баклану? Академик? Можно я тоже тебя так буду время от времени называть?
— Валяй.
— «Юрок и Академик»!
Он мечтательно улыбнулся, провел ладонью перед собой выше уровня глаз, будто представил вывеску предприятия.
— Слушай! Идея! У меня гениальная идея! Ты сказал, что живёшь в вагончике?
— Пока, да.
— Так это же отлично. Как думаешь, мы сможем к тебе в вагончик поставить швейную машину?
— Серёг, не забудь, что мне только подработать нужно, — я посмеялся в ответ, — ты это, губы не раскатывай. Я не собираюсь открывать подпольный цех по пошиву чехлов.
Он непонимающе уставился на меня на мгновение, потом снова стал смотреть дорогу.
— Чувак, а кто сказал, что я имею в виду цех? Может быть — «Юрок и Академик» это название нашей гоночной команды? Как тебе название?
— Ну если это название команды, то сойдёт. — Мне нравился Серёга, несмотря на его хитрецу.
— А может и цех, и команда, мы же ещё окончательно не решили, чем будет заниматься наша многопрофильная фирма? Кстати, встречный вопрос, где ты так научился драться?
— Хочешь научу? Могу учить тебя мочить негодяев в порядке обмена профессиональным опытом. Ты мне технологию кройки и шитья, а я тебе технику бокса.