Тирамису для одинокого детектива (СИ)
Она перевела взгляд на Воропаева, который тоже смотрел на сына восторженными глазами. И когда неожиданно он останавливал пронзительный взгляд на ней, в такие минуты ей казалось, что у неё в животе невольно начинали порхать бабочки. Потому что мысли снова неизбежно возвращались на склад в её кафе, когда она снова ощутила его силу, его желание и его настойчивость. Всё то, что когда-то так покорило её сердце в этом мужчине.
Она невольно погрузилась мыслями в их прошлую совместную жизнь, наполненную не нудными серыми днями, отягощёнными бытовой рутиной, а фейерверком, яркими всполохами, спонтанными поступками со стороны Воропаева, сюрпризами и его настойчивостью. Да, он не был романтиком, не дарил подарков и цветов каждый день, но то, как он умел окружить её заботой и вниманием, лаской, безудержной страстью, сводило её каждый раз с ума и заставляло терять голову.
Она была способна потерять дар речи, едва он касался её, а их жаркие ночи любви, которые иногда начинаясь с вечера, заканчивались только с рассветом и то лишь по причине того, что физические силы окончательно покидали их, невольно сейчас заставляли краснеть, когда она вспоминала всё это.
– Ритуль, ты меня не слышишь? – голос Воропаева, раздавшийся словно издалека, заставил её резко поднять глаза.
– Извини, что ты сказал?
– Я сказал, что мы поели и если ты тоже готова, то собирай Саньку, а мы с Лёшей помоем посуду и будем выдвигаться к Томашевским.
Рита согласно кивнула и, поблагодарив их за еду, направилась в комнату за сыном.
Спустя полчаса, они разместились все в машине Александра и не спеша направились за город.
Июльская погода порадовала своим теплом и солнечным светом, и лишь резкий порывистый ветер слегка подпортил первоначальное утреннее настроение после того, как они оказались на берегу озера. Трава всё ещё была слегка влажной от росы и потому Рита решила повременить с купанием в озере до обеда.
Они направились к дому Томашевских и, преодолев распахнутые настежь кованые ворота, резко остановились на месте от обилия детского смеха, раздающегося в саду и громкого голоса хозяина дома, который пытался их собрать в одном месте и серьёзно поговорить.
Рита улыбнулась и обернувшись, посмотрела на Александра.
– Похоже, Томашевский, осваивает для себя новую профессию воспитателя. Эй, привет, честная компания! – крикнула она громко и направилась к ним навстречу, обнимая рукой за плечи Алексея, который поначалу заметив незнакомые лица детей, слегка оробел.
– Привет! Ну, наконец-то, давайте, помогайте. Я остался совсем один на эту ораву, да ещё и малыши в доме на мне, – обречённо вскинул руки Томашевский.
– А твоя благоверная где? – улыбнулся Александр.
– Уехала в магазин за продуктами с Полонскими. Мы затеяли сделать шашлык, вот она мне и не доверила выбор продуктов. Лёха, привет! Как дела? – обратился Томашевский к сыну друга и, обняв его за плечи, подвёл к остальным детям, бегающим на лужайке. – Эй, разбойники, а ну принимайте к вам в компанию ещё одного члена вашей сборной. Это сын дяди Саши. Алексей. Прошу любить и не жаловать.
Первым подошёл Стас и, протянув руку, крепко пожал ладонь Алексея.
– Привет. Здорово, у тебя крепкая рука. Занимаешься спортом?
– Привет. Снова вернулся к боксу.
– Отличный вид спорта, а я хоккеист.
– Мне дядя Эльдар говорил о тебе.
– Так это ты будешь учиться вместе с нами в новом учебном году в нашей школе?
– Я.
– Отлично. Я думаю, мы подружимся. Ну, пошли, познакомлю тебя с нашими девчонками. Это моя сестра Ева, – он показал рукой на худенькую девочку со строгой причёской на голове, стоявшую у дерева. – Она у нас балерина, а это Надюша, – он погладил по волосам белокурую маленькую принцессу в пышном платье кремового цвета, которая сжимала пальчиками руку Стаса. – Это дочка Маши и Ростислава Полонских. Мы дружим. Так что знакомься.
Лёшка кивнул девчонкам в знак приветствия и, улыбнувшись, перевёл взгляд на маленького Саньку, который сидел на руках у Риты и внимательно смотрел на них.
– А это мой брат. Сын папы и Риты, – он показал рукой в сторону мальчика.
– Мы знаем. Он уже при нас появился на свет, так что он для нас уже свой. Бери его и пойдём на игровую площадку в саду, а то дядя уже устал от нас. Дадим ему немного отдыха, – сказал Стас и, улыбнувшись, посмотрел на взволнованное лицо Эльдара.
Лёша медленно направился к Рите и, изложив ей свою просьбу, забрал Сашу и вместе с остальными детьми направился вглубь сада.
– Господи, наконец-то долгожданный покой, – Эльдар тяжело опустился в шезлонг у бассейна и облегчённо выдохнул. – Господи! Совсем забыл. Пойду, на малышей посмотрю, – он снова подорвался с места, но Рита усадила его обратно.
– Я сама, сиди. Они в спальне?
– Да, спали, когда выходил на улицу, чтобы разобраться с этой беспрестанно галдевшей детворой. Спасибо тебе, дорогая! – Эльдар взял её руку в свою ладонь и нежно коснулся губами её пальцев.
Рита улыбнулась и направилась к дому.
Когда она скрылась за дверью, ведущей в особняк, Томашевский перевёл вопросительный взгляд на Воропаева.
– Ну что, как успехи? Как у вас всё продвигается?
– Пока всё медленно. Сам понимаешь, разрушить легче, чем склеить.
– Мне ли не знать. Мы со Стешей прошли с лихвой эту стадию. Зато теперь знаешь, я просыпаюсь в своей постели каждое утро счастливым, когда вижу, как она спит рядом со мной на подушке, как улыбается, едва открывает глаза и жизнь моя наполнилась глубинным смыслом и осознанием, что я живу на этом свете не зря.
– Ты прав. У меня пока не так всё просто, как у вас, но когда мы все вчетвером вместе, я тоже ощущаю себя безгранично счастливым.
– А Ленка где? – Эльдар нахмурился.
– Сказала, что у неё работа сегодня.
– Знаю я эту её работу. Встретил её вчера в деловом центре. Бегала по этажам, как загнанная. Вызывающий макияж на лице, волосы распущены, юбка красная, короткая. Бабе за тридцать, а она всё никак не уймётся.
– Пусть живёт, как хочет. Мне до неё нет никакого дела, – Воропаев махнул рукой.
– Жаль мальчишку, он же всё уже понимает, а она ведёт себя, как… Саш, я просто предупредить хочу. Человек, к которому она устроилась на работу личным помощником, я бы так сказал легкомысленный тип. Любитель острых ощущений и крышесносного секса. У него этих секретарей сменилось за последний год несметное количество. По всей видимости, проверяет он их профпригодность, не иначе как на своём столе в горизонтальном положении.
– Кто он? – Воропаев внимательно посмотрел на друга.
– Один из мажоров. Представитель так называемой золотой молодёжи.
– Так он молод?
– Двадцать четыре, собственный бизнес, купленный, правда, на папины деньги. Крутые тачки, рестораны, девочки и не буду грех брать на душу, но поговаривают, что и мальчики тоже.
– Что? – Воропаев сморщился. – Мерзость какая!
– Вот поэтому я тебя и предупреждаю. Может, всё же поговоришь с Ленкой? Я не думаю, что её сегодняшний субботний выход на работу обусловлен наличием в офисе огромного количества дел, которые нельзя сделать в будние дни.
– Сучка! Как она меня достала! Слушай, ведь она не была такой, когда мы с ней познакомились. Откуда в ней взялась вся эта распущенность?
– Саш, она всегда была такой. Я не хотел тебе говорить, но теперь уже всё равно, ведь вы не живёте вместе. Но за неделю до вашей свадьбы, она явилась ко мне на квартиру, которую я снимал и…
– Что ты сказал? – Воропаев резко подскочил на ноги и с вызовом посмотрел на друга. – Договаривай!
– И ничего. Я выставил её в том виде, каком она предстала передо мной, едва я переступил порог своей спальни. Выгнал голяком и шмотки вышвырнул следом за дверь.
– Так ты, поэтому не стал оставаться на нашей свадьбе и покинул её, как только окончилась официальная церемония?
– Да.
– Шлюха! Знал бы раньше, не женился на ней никогда.