Тайный "цветок" моего отца (СИ)
Поппи наклонилась и быстро поцеловала в щеку, а потом соскочила с шезлонга и поспешила к детям, которые, видимо, собрались подраться из-за игрушечной лопатки. Не знаю, как удалось сдержаться — не заплакать или не вскочить с воплями ликования. Случилось именно то, о чем так долго мечтал, к чему стремился и чего боялся не достичь. Значит ли это, что Пенелопа тоже полюбила? Или ей просто хорошо и спокойно рядом со мной, и она радуется, что получила ту жизнь, о которой всегда мечтала? Тихую гавань после всех переживаний юности.
С матерью она так и не возобновила общение. С Вроцлавом они поздравляют по телефону друг друга с праздниками и на этом все. Он приезжает примерно раз в год, да и то прикрывает визит делами. Ведь совместный бизнес у нас все-таки появился. Вскоре после свадьбы. Ничего незаконного или сомнительного и с хорошей прибыльностью. Насколько понял, для него это был способ позаботиться о Поппи. О ее финансовом благополучии и беззаботной жизни. Не скажу, что мне нужна была помощь в этом, но отказывать тестю не стал. Хотя бы потому, что с Яблоницким по-прежнему не стоит конфликтовать, несмотря на родство.
Наших детей Вроцлав обожает, а они его в ответ. Часто просят включить дедушку по скайпу, и Пенелопа разрешает, но сама не говорит с ним. Ссылается на постоянную занятость. Заканчивает учиться дистанционно, и очень гордится собой. Поддерживаю, хотя никогда и не думал, что это будет столь важно для нее. Кажется, Попс всерьез собирается устроиться на работу. Стараюсь не забегать вперед, не хочу мешать, хотя и не в восторге от подобной перспективы. А все из-за неутихающей ревности…
Да, меня так и не отпустило. И вряд ли когда-то отпустит. Четко осознал это, когда через три недели после годовщины нашел в комоде в гардеробной пачку писем от моего отца. Все они были адресованы Пенелопе. Он писал из многих городов, где побывал за это время. Присылал открытки с красивыми видами. Признавался в любви, впрочем, не требуя ответа. Тогда это стало серьезным ударом по нервам. Несколько дней ходил сам не свой, а потом рассказал Поппи. Она тяжело выдохнула, отрицать не стала.
— Да, Тадео мне пишет. Давно. Первая открытка пришла через неделю после свадьбы. Никогда не отвечала ему и не буду. Он и не просит.
Мы помолчали. Ни со мной, ни с мамой он ни разу не связался. И до этих писем я понятия не имел, где он и что с ним. Поппи рассказала — отец постоянно путешествует, пробует разные профессии, ведет блог о кухнях разных стран и вполне преуспел в этом. Кроме того, охотится за редкими книгами и продолжает собирать свою выдающуюся коллекцию.
— Ты не сообщила ему о внуках?
— Он знает. Понятия не имею, откуда. Оба раза поздравил меня. И поздравляет каждый год.
Еще через два года мы всерьез обсуждаем, не пора ли подумать о третьем ребенке, и ждем в гости папу. Поппи работает в крупном благотворительном фонде. И безумно довольна, что нашла применение не только своему образованию, но и своему умению нравиться людям. Она как-то рассказала о биологическом отце. Я осторожно навел справки. Он по-прежнему меняет женщин с удивительной скоростью. Официально никогда не был женат и по документам бездетен. Лет десять назад получил крупное наследство и благополучно его проматывает, хотя и находится уже в почтенном возрасте. Почему-то думаю, что и Пенелопа разузнавала о нем, но поделиться этим со мной не пожелала. Что ж, это ее секреты. Главное, что она наконец-то нашла опору внутри себя и больше не страдает от яркой внешности и сумасшедшей харизмы. На работе ее очень ценят, ведь она может договориться о пожертвовании с самым закоренелым скрягой. Конечно, если это мужчина. Причем его возраст, семейный статус и состояние здоровья не важны. Меценаты охотно подписывают чеки для Поппи, потом присылают цветы и подарки в надежде хотя бы на одно свидание… Но я знаю, она верна и дорожит нашими отношениями.
Скорый приезд отца все равно сводит с ума, но я твердо решил, что не повторю прежних ошибок. Мои прошлые поступки фактически уничтожили отношения с папой. Не хочу, чтобы дети остались без деда из-за моей ревности. Даже если мысли о том, что мог наскучить Поппи за пять лет, упорно не хотят идти из головы… Теперь часто сожалею, что повел себя так с родителями. Отец был прав, их брак с мамой давно трещал по швам, и я всего лишь замедлил неизбежное. Мама, кстати, ни дня не горевала. А сейчас и вовсе уже пару лет в стабильных, крепких отношениях, но замуж больше не собирается. А вот отец по-прежнему одинок, хоть и живет богатой социальной жизнью. Остается надеяться, что смогу и у него получить прощение, ведь Пенелопа простила. Но к своей жене не подпущу ни за что!
Конец