Ненужная истинная дракона. Хозяйка Солнечного поместья
Адриана Дари
Ненужная истинная дракона. Хозяйка Солнечного поместья
Глава 1
С трудом разлепляю глаза и вижу, пожалуй, самый лучший сон за все те операции, что мне пришлось пережить. Может, у этого анестезиолога просто рука оказалась легкой?
Передо мной стоит голый мужчина с широкими, я бы сказала, богатырскими плечами, потрясающей рельефной спиной, узкими бедрами и упругими ягодицами. Ну чисто Аполлон, как сказала бы моя бабушка.
Я не бабушка, но с удовольствием занесла бы этот образчик мужской красоты в раздел “идеал”.
К моему разочарованию ниже рассмотреть я ничего не успеваю, потому что он натягивает кожаные штаны и возится с завязками. Зато я могу любоваться, как перекатываются мышцы на его спине: медленно, плавно… И это создает ощущение опасности, как будто передо мной не просто человек – хищник.
– А, проснулась, – даже не оборачиваясь, небрежно произносит он.
Ну вот все и испортил. В тоне сквозит такое презрение, что у меня аж скулы сводит. Вычеркиваю из раздела.
– На твое счастье, в тебе оказалось даже больше силы, чем мне обещали, – он наконец, поворачивается ко мне и берет со стула небрежно накинутую на него белую рубашку.
Нет, все же хорош… Густые черные брови, пронзительный, хоть и ледяной взгляд черных как ночь глаз, в котором читается вызов и высокомерие, словно он оценивает и подчиняет все, что попадает в его поле зрения. Высокие скулы, мужественный подбородок с ямочкой. Чувственные, четко очерченные губы изогнуты в усмешке.
Он надевает на себя рубашку, а до меня доносится аромат сандала и можжевельника, который пробуждает в моей голове воспоминания… вовсе не мои! Просто потому, что мои ограничивались бы хирургической чистотой и холодом кушетки, на которой меня везли в операционную.
Сейчас же передо мной проносятся совсем другие события: молодая девушка, вроде как сводная сестрица, трагично заламывающая руки, суетящаяся толстая, с испариной над верхней губой женщина, вроде как моя мачеха, и то, как меня в одной ночной сорочке вталкивают в темную комнату, где меня ждет невероятной красоты и мощи мужчина.
Беспощадный и непобедимый генерал королевской армии, Арион Тарден. Дракон, который платит таким, как я, безродным невинным магически одаренным девушкам за их силу.
Дыхание перехватывает, когда я мысленно возвращаюсь в реальность. Ну ничего себе!
– Только не нужно вот этого удивленного и оскорбленного взгляда, – по-своему истолковывает мои эмоции Арион. – Ты… Как там тебя зовут…Ты же не думала, что такая, как ты, может на что-то рассчитывать?
Он еще и имени не запомнил? Такая, как я? Я даже невольно окидываю взглядом свое тело под грубоватой простыней. А что со мной не так. Здоровая, молодая… Меня устраивает!
– Ты прекрасно знала, на что шла. Вот, плата, как и было обговорено.
Он небрежно швыряет мне в ноги кожаный мешочек, который со звоном падает на постель.
– Кому-то проболтаешься или решишь потащиться за мной, пожалеешь, – бросает дракон и выходит из комнаты.
Я? За ним? Бегу, теряя тапки!
Читая книги о попаданках, я каждый раз молила вселенную, чтобы меня вот так когда-то закинуло невесть куда. Прочь оттуда, где день ото дня мне становилось только больнее, потому что назначаемые препараты уже не помогали.
Где надежды на то, что дальше будет что-то светлое, не оставалось совсем. Где из воспоминаний у меня остались три неудачных ЭКО, последнее из которых спровоцировало онкологию, муж, заделавший ребенка на стороне и покосившийся домик от бабушки в деревне.
Готова ли я принять тот факт, что мои мечты сбылись? Да сто раз да! И чтобы я позволила какому-то там высокомерному мужественному красавчику испортить мне жизнь? Да ни за что!
Как только дверь за драконом захлопывается, я сползаю с кровати. И уже не потому, что у меня просто нет сил двигаться. Потому что… Видимо, все же ночь у меня, то есть еще у Адалии Пэрис, девушки, в тело которой я попала, была очень даже ничего.
Нахожу глазами зеркало в старой деревянной раме и подхожу, чтобы оценить все то богатство, которым наградила меня вселенная. Да, худовата, да, лицо бледное, а волосики жиденькие. Но это все исправимо.
Зато у меня есть глубокие голубые глаза, длиннющие ресницы, высокая девичья грудь, тонкие запястья и стройные ноги.
Второй шанс на жизнь. Это больше, чем я когда-то могла мечтать.
Нахожу непрозрачную, к счастью, ночную рубашку, в которой сюда втолкнули Адалию, и натягиваю ее, попутно соображая, что мне теперь делать.
За дверью слышатся голоса и торопливые шаги.
– Дракон уже ушел, – слышу дрожащий, уже сам по себе вызывающий неприязнь голос мачехи. – Вроде довольный. Скажи спасибо, что он на эту чахлую согласился, иначе б тебе под ним быть.
– Матушка! Да что ты такое говоришь! Меня бы тогда замуж бы не взяли, а ей-то что? И так не возьмут!
Судя по воспоминаниям девушки, Адалия – дочь старого почившего трактирщика. После его смерти вторая жена прибрала к своим рукам все дела, Адалию использовала как бесплатную рабочую силу, а свою дочь, Эренцию, всячески обхаживала. В общем, все как в старых добрых сказках.
Только вот вместо того, чтобы встретить благородного принца, Адалия оказалась в постели дракона, который срочно потребовал невинную деву с магией. Отказать ему не имели права, ну а выбор по идее и не стоял.
После этого вряд ли бы ее будущее было светлым и со счастливым концом. Но… я не она.
– Он обещал хорошую плату, – алчно произносит мачеха, я, кажется, даже представляю, как она потирает руки. – Это закроет наши долги и даже останется на твое приданое. Там как, барон Воффель тебя все еще обхаживает? А от Адалии мы просто тихо избавимся.
Так. Стоп. Что они собрались сделать?
Глава 2
А не обалдели ли они часом? Вот это, я понимаю, наглость.
Значит, тело мое, магия моя, а деньги им? Вот это они, конечно, придумали!
Хватаю увесистый мешочек с монетами, засовываю его под матрас и аккуратно расправляю простыню, чтобы не было ничего заметно. Если что, все равно мне потом убираться.
Шаги останавливаются у двери, которая почти сразу после этого открывается, являя мне мачеху и сестрицу.
– Жива? – как-то подозрительно недовольно фыркает Августа, мачеха Адалии.
Она проходит в комнату и брезгливо окидывает взглядом кровать. Ее полная фигура обтянута корсетом, подчеркивающим пышные формы. Висящие щеки и двойной подбородок, свидетельствующие о добром аппетите и любви к хорошей еде, подрагивают при каждом движении головы. Из-под тяжелых век меня оценивают маленькие поросячьи глазки, окруженные сетью морщин.
– Вижу, что жива, – толстые пальцы сжимают веер, который она тянет ко мне.
Она так всегда делает: поддевает этим веером подбородок, заставляя смотреть ей в глаза, а потом им же может и ударить, если ей что-то не понравится.
Ну уж нет, я с собой так не позволю. Делаю шаг назад и спокойно, открыто смотрю на нее, хотя память Адалии подсказывает мне, что та никогда не поднимала взгляда.
Моя реакция озадачивает, мачеха прищуривается и бьет веером по своей ладони:
– Что-то не так, Адалия? – спрашивает Августа с угрозой в голосе.
– Вы отдали меня на поругание мужчине, разве в этой ситуации вообще что-то может быть “так”?
– Ой, не драматизируй, – отмахивается она, – от этого еще никто не умирал. Ты должна радоваться, что хоть так узнала, что такое мужчина. На тебя б иначе вообще никто не посмотрел. А тут даже не простой, а дракон!
Так и хочется сказать, что раз это честь, тогда положила бы под него дочку свою, все были бы счастливы.
Но мачеха вроде бы и говорит словно невзначай, а вроде изучает мою реакцию, провоцирует. Именно эта мысль не дает мне ответить дерзко. Что-то тут не так… Надо подумать.
– Как скажете, – сжимаю зубы я, но взгляда не отвожу.