Проклятье, с*ка! 4 (СИ)
Помылся, привел себя в порядок и вернулся в свою комнату, порылся в шкафу, с удовлетворением отметив, что с одеждой у меня полный порядок, и напялил на себя дежурный комплект — майку, рубашку, синие джинсы и старенькие, но вполне годные кеды. Глянул на часы — без двадцати восемь, пора на работу. Подошел к столу, сгрёб всё своё нехитрое добро, рассовав по карманам джинс, засунул за пояс тетрадку (почитаю на досуге или запишу что-то новенькое туда) и направился на выход. Закрыл дверь на ключ, дернул ручку для верности, огляделся по сторонам в поисках ступеней, и пошёл налево…
Большие зелёные деревья, потрескавшийся асфальт, старые пятиэтажные дома, похожие на бараки, тихие, бесшумные улицы и ни одного проезжающего мимо автомобиля. Только редкие самокаты и велосипеды, чаще всего ржавые и собранные из разных частей — механические, самопальные франкенштейны.
Сначала я не понял, что было не так, а через несколько секунд меня осенило — нет шума автомобилей, нет привычных звуков автострады, городского гула, суеты и спешки, словно время здесь замерло, остановило свой ход навсегда. Символично — временн а я тюрьма. Наверное, поэтому я назвал так это место в своём послании самому себе. А может так называли его местные обитатели. Кстати о них…
Люди. Их было много. Они брели так же, как и я, крутили головами по сторонам, удивлялись и хмурились. Некоторые останавливалась, сбивались в небольшие кучки, знакомились и делились новостями. Хотя, какие тут, к чёрту, новости⁈ Скорее, впечатлениями. Не я один тут такой — без капли памяти… На спектакль для одного зрителя это похоже не было, все потеряшки выглядели вполне естественно. Хотя, свои подозрения далеко откладывать я не буду — слишком всё выглядело необычно и непонятно. Хотел добавить — никогда о таком не слышал, но опомнился и только хмыкнул про себя.
И где мне искать завод? В кроткой записке говорилось, он рядом с домом… Я повертел головой, увидел за макушками деревьев дымящие трубы градообразующего предприятия, и уверенно двинул в их сторону. Было не сложно…
Пять минут ходьбы, я свернул на очередном повороте за длинной вереницей таких же «счастливчиков», и вышел на широкий и длинный проспект, упирающийся в большие ворота и пропускной пункт рядом с ними. Интересно, сколько я уже здесь работаю? Может начать ставить палочки, зарубки в своей тетрадке? А может они там уже есть, нужно будет полистать её до конца, вдруг, найду ещё что-то интересное…
Огромное старое бетонное здание с побитыми стёклами нависало над округой, будто исполин. Очередь через КПП двигалась быстро, словно каждый делал это миллион раз и помнил о каждом этом разе, мышечная память она такая — приложил пропуск к электронному табло, пикнул, кивнул охраннику, нашёл табличку со стрелками и двинул в нужном направлении. Выглядело не шибко сложно и заумно.
Я вздохнул, приложил свою карточку, дождался звукового сигнала и двинулся через турникет, точно так же, как сделала это сотня рабочих до меня. Нашёл свой цех, заглянул в огромные, распахнутые настежь ворота ангара, и зашёл внутрь. Разглядел очередные таблички и двинулся в раздевалку. Нашел шкафчик со своим именем на дверце, переоделся в рабочую робу и побрёл дальше. Остановился напротив большой чёрной доски и принялся изучать распорядок дня, расписание и должностные обязанности. Ни одного тюремщика, ни одного надзирателя, всё на честном слове и на совести. Тюрьма будущего! Всё гениальное — просто.
Десяток имён, напротив каждого краткие обязанности и задания, написанные мелом. Всё коротко, ясно и доходчиво. Тут даже ребёнок не запутается. На мне контроль загрузки металла в доменную печь, наблюдение за стрелочками на табло и датчиками, чтобы не входили в красную зону. Что делать в противном случае, рекомендовалось изучить краткую инструкцию непосредственно на рабочем месте. Справлюсь. Выглядит всё несложно.
Почему-то мне казалось, процесс в сталелитейном цеху будет посложнее. Передача смены, проверка оборудования, контроль на каждом этапе… Наверное, специально упростили всё для таких как мы. С другой стороны — мне на это плевать!
Интересно, а были такие, кто решил никуда не ходить, а остаться дома? На следующий день они проснутся с той же мыслью и снова никуда не пойдут? Так и сдохнут в своей конуре, не понимая, что день ото дня принимают одно и тоже решение, или чувство голода выгонит их на улицу? Естественный отбор во всей красе.
Я немного постоял, ожидая своих коллег, решивших сегодня прийти попозже, если они вообще придут, и двинулся изучать территорию. Кроме двух огромных печей, нашлась гора старого металла, поддоны, защитные костюмы, стенд с топорами и крюками, огромный ковш, подвешенный к двадцатиметровому потолку длинной цепью, простенький электропогрузчик и комнатка, хотя скорее, уголок отдыха. В дальнем углу цеха стояла пара старых диванов, три кресла и здоровая металлическая бочка — наша курилка или место для отдыха. Я выбрал кресло с менее продавленной сидушкой, плюхнулся в него, достал из-за пояса свою тетрадь и принялся переворачивать страницы в поисках чего-то интересного, пока выдалась свободная минутка перед началом работы. В восемь должен прогудеть заводской гудок, отсчитывающий начало рабочего дня, а пока можно неспеша ознакомиться со своими записями.
Ага… А вот и палочки, зачёркнутые по семь штук в ряду… Четыре строчки — это месяц… Ну это понятно. Не густо. Кажется, моего запала не хватило даже на месяц. Последняя неделя была не закончена, но уже перечёркнута несколько раз крест-накрест, словно я пытался вычеркнуть её из жизни или просто отчаялся. Кажется, кто-то психанул… Херово! Из-за вчерашнего меня, из-за него, у меня теперь нет точки отсчёта. Спасибо, Су Кин. Хотя, на меня это не похоже. Ну не стал бы я этого делать — это просто не разумно! Да уж…
Идём дальше. Вырванные страницы. Тоже не есть хорошо. Какого чёрта, парень⁈ Вот что на них было? А вдруг, что-то важное? Вот же дебил! Нельзя так. Мне это нравилось всё меньше и меньше…
Полистал ещё немного и раздражённо покачал головой из стороны в сторону. Ничего интересного — одна бытовуха… Поругался с Ли, подрался с Ци, поговорил с Мо… Что за хрень? Зачем засирать тетрадь ненужной информацией? Доверия к этим записям становилось всё меньше, и это печалило. Перелистнул в самый конец, сразу к самому свежему, и снова ненадолго погрузился в чтение.
«Вчера выдали премию за перевыполнение плана. Посидели с ребятами в баре, немного выпили. Повеселились. Мо — жмот и ворюга! Не доверять, не занимать, не верить ему.»
Интересно. И где же эта премия? В моём кошельке только несколько монет. И кто такой этот Мо?
«Сделать в первую очередь! Зайти к Главному Инженеру. Потребовать новые огнетушители в цех. Не попросить — потребовать!! И да, что-то первая печь барахлит, нужно вызвать ремонтников, пусть глянут.»
Цех, печи, ремонтники… Накатило какое-то дежавю, я устало вздохнул и потёр виски, пытаясь хоть что-то вспомнить. Такое чувство, что вот она — мысль, воспоминание, сейчас только ухватить за кончик нитки и раскрутить весь клубок…
— О! Дружище Кин! Ты уже на работе? В такую рань! Неужто на премию надеешься?
Тройка парней ввалилась в курилку, заняли свободные места, закинули по-хозяйски ноги на ящики перед собой, и затянулись сигаретами.
— Здарова, Кин. — кивнул мне бугай.
— Привет, старик. — махнул рукой низкий, но плечистый крепыш с широким носом и шрамом на левой щеке.
— И вам не хворать. — хмыкнул я и замер, просчитывая ситуацию.
— Вы посмотрите на него, парни! У него такое же выражение лица, как и у вас пять минут назад. — довольно выкрикнул не замолкающий болтун. — Расслабься, друг. Просто кто-то из нас приготовился чуть лучше.
Парень придвинулся ко мне вместе с креслом, сунул мне разворот своей тетради, ткнул пальцем и довольно хмыкнул:
— Видел?
Со страниц тетрадки на меня смотрело моё лицо, нарисованное простым карандашом в немного карикатурном стиле, но с явно узнаваемыми чертами.