За пределом (СИ)

Такое вождение, как у неё, называют шахматным. Она буквально металась по полосам, иногда не брезгуя выезжать, распугивая автомобилистов, на встречную полосу.
Несколько раз буквально врезалась в машины, сталкивая их с дороги, или просто притиралась. Но патрульная позади не отставала. Более того, присоединилось ещё три.
— Впереди перекрыли! — крикнул я, увидев, что поперёк дороги стояли полицейские машины.
— Вижу!
Она резко затормозила и, сигналя, выскочила на тротуар, где вновь свернула в переулки. Здесь их было достаточно много из-за обилия офисных зданий, что наводняли центр города. Но вечно прятаться в них мы не сможем. Вновь гонка по узким проездам, где мы едва-едва не цепляемся о стены зеркалами и вновь выезжаем на дорогу, при этом врезавшись в заднее крыло машины. Ту слегка развернуло, и она врезалась в фонарный столб.
— Ты едешь к машине или нет?! — начал заводиться Малу.
— А смысл?! За нами хвост, даже смени тачку, мы от них не избавимся! — в этот момент она резко свернула на перекрёстке, зацепив задним колесом бордюр. Весь зад вместе с пассажирами подлетел. Послышалась нецензурная брань тех, кто ударился головой. — А поедем туда, остановимся, дадим возможность зажать! Блять, не тупи, Малу!
— А куда ты гонишь?!
— Подальше отсюда! Тебе машин мало?! Возьмём любую!
В этот момент она резко вывернула навстречу грузовику, объезжая попутную машину.
— СИРЕНЬ БЛЯТЬ! — это уже я вскрикнул, вжавшись в спинку кресла, от чего та заскрипела.
Она каким-то чудом успела нырнуть обратно на свою полосу, при этом зацепив машину справа, ободрав наш борт об неё. А грузовик просто снёс левое зеркало. Ещё немного, и он бы припечатал нас. Но даже вздохнуть мы не успели спокойно, как перед нами вылетели ещё патрульные машины.
Сирень грубо и очень громко выругалась, после чего крутанула рули и нырнула в проулок сбоку. Нас подбросило, от чего мы так хорошо обшарпали стену.
— Сирень, ты чо творишь!?
— А тебе, Малу, машину жалко?! — ответила она грубо.
Прямо перед нами, преграждая путь, выскочила патрульная машина.
— Твою мать… — прошипела себе под нос Сирень и дала по тормозам, заставив нас всех полететь вперёд. Дала заднюю, чтоб выехать обратно из ловушки, обернувшись назад. — А ну всем в стороны, чтоб я видела, куда еду!
И теперь мы угоняли от полиции задом наперёд, надеясь, что успеем вырваться из западни.
И мы успели. Каким-то чудом, но успели, задом врезавшись в передний бампер патрульной машины, которая пыталась нам преградить путь. Оторвали ей его полностью и ободрали уже правый бок нашего минивэна, но смогли проскочить. Вылетели задом на проезжую часть… и в нашу левую заднюю часть врезалась машина, разворачивая наш микроавтобус вдоль дороги.
Сирень даже не смутилась, вдарила по газам, ныряя в переулок уже на другой стороне. Да вот только это был пешеходный переулок.
— Держитесь крепче, парни! — сказал она, вдавив клаксон и распугивая людей.
Притормозила перед ступеньками, потом, чиркнув громко днищем, спустилась по ним. Нас трясло, как на стиральной доске. Стукнулась бампером о землю, по звуку, сломав его, и вновь газанула. Забавно то, что по этому переулку мы выехали к двум высоткам. Выскочили прямо на площадь, что была между ними, большую, с фонтаном. Здесь я бывал раньше, и здесь точно было нечего делать машинам.
Мечась между людей и сигналя без перерыва, Сирень смогла доехать до другого края площади, где, съехав с ещё одних ступеней и окончательно потеряв передний бампер, выехала на дорогу через центр. Дала сразу по газам, пытаясь скрыться в потоке, пока рядом не было машин.
— Мы скрылись? Мы скрылись, да? — начал оборачиваться Лом.
— Я не вижу тачек, — ответил Алекс. — Вроде оторвались, но вряд ли надолго.
— Да, они точно где-то рядом, но можно перевести дух. Сейчас они будут отцеплять центр, если уже этого не сделали. Поэтому… Сирень, сворачивай с центральной куда-нибудь, поедем дворами, если что, пойдём.
Она куда спокойнее свернула с центральной улицы на другую дорогу, после чего начала петлять дворами, надеясь скрыться от возможных преследователей.
 
— Нужно к машине, — сказал Малу. — Поменяем. Она за чертой центра города, так что мы сможем спокойно уехать.
— Но город отцеплен, — напомнил Хрыч.
— Подъедем поближе и там уже пешком, — пожал он плечами. — Прорвёмся.
— Прорваться-то прорвёмся, но хотелось бы просто уйти. Стар я для пострелушек.
— Пострелушек не будет. Надеюсь. Меньше всего хочется устраивать стрельбу с полицией.
— Аналогично, — отозвалась Сирень. — А пока, парни, дайте мне направление, а то я заблудилась.
— Заблудилась? Гонишь?
— Я тут жопу рву, уезжаю, а ты недоволен! Лучше помоги, а не отчитывай!
— Это улица Маньчжурская, — сказал я. — Нам надо до упора и потом направо, там по Вечерней до храма Святого Света. Знаешь такой?
— Да, знаю, всё, теперь понятно.
Она поддала газу, обгоняя машины, буквально пролетела до конца улицы, после чего с визгом покрышек вошла в поворот, едва не врезавшись в машину. В последний момент каким-то чудом успела вырулить, заскочив колёсами на тротуар, от чего нас подбросило, и распугав людей.
Вновь втопила педаль газа, от чего двигатель взревел. Проскочила на красный, выскочив прямо на оживлённый перекрёсток, едва не столкнувшись с другими машинами. Но каким-то чудом и божьим промыслом она смогла увернуться как от машин, так и от людей. Некоторые автомобили пронеслись так близко, что ещё бы немного, и мы бы со всей дури в них врезались. У меня даже сердце замерло, когда она, не снижая скорости, пересекла пешеходный переход в сотых метра около людей.
— Господи… — пробормотал я, когда мы продолжили свой путь по улице. Подлетали на неровностях, мчались по улице дальше. Всё проносилось мимо на огромной скорости.
— Вот он, храм, — кивнул я на большое строение.
— Вижу, малыш, вижу, — пробормотала она, и слегка притормозив, вошла в поворот.
Не слишком удачно — машину понесло боком, и мы врезались в припаркованную легковушку. Но Сирень, не моргнув и глазом, с пробуксовкой дёрнулась дальше. Теперь мы неслись по старой части центра города, где преимущественно были низенькие старые кирпичные дома со всевозможными кафешками на первых этажах.
— Ты помнишь, где машина? — спросил Малу.
— Да, помню! Можно сейчас…
В этот момент прямо пред нами выскочила полицейская машина, буквально подкравшись из переулка справа. Это было столь неожиданно, что я даже не успел среагировать, в отличие от Сирени. Она резко крутанула руль, старясь избежать столкновения, машину слегка понесло в занос, и мы практически смогли увернуться и доехать до Т-образного перекрёстка впереди…
Практически.
Полицейская машина ударила в правое заднее колесо. Просто небольшой удар, но для машины в заносе этого было достаточно. Микроавтобус занесло, и нас в кабине бросило влево. Автомобиль сделал практически идеальный поворот на триста шестьдесят градусов, под конец несильно стукнувшись боком покрышек о бордюр и остановившись.
И тут же со всех сторон начали стекаться полицейские машины, словно только и ждали этого момента. Много машин. Штуки три остановились с той стороны, откуда мы приехали, полностью закрыв проезд. Ещё штук пять выехал на Т-образный перекрёсток, буквально закрыв нам путь к отходу и заперев нас здесь. По бокам были дома, но через них мы далеко не уйдём.
На улицу из автомобилей вывалилось множество полицейских. Попрятались за патрульными машинами, целясь в нас. Со стороны Т-образного перекрёстка я насчитал около семи-десяти человек. Около пяти с другой. И они явно не играть сюда в переговоры пришли.
Где-то над головой кружили полицейский вертолёт и, кажется, тот, что делает репортажи. По крайней мере, через люк в крыше я видел только два. Жаль, что не обратил на воздух внимание ещё в начале ухода от полиции. Вполне возможно… Нет, сто процентов, что они выследили нас именно с воздуха и позволили сделать эту засаду.