За пределом (СИ)

Правда в том, что даже самый хороший Робин-Гуд, самый справедливый вершитель правосудия или защитник слабых, совершающий преступление — просто самый обычный преступник, который имеет свою цену. Вот и всё. Любой из этих псевдоблагородных героев настолько же продажен, насколько и обычные бандиты.
Просто надо верно назвать им цену.
Для одних — убивать злодеев, для других — кормить голодных, для третьих — спасать семью. И если за это они готовы переступить закон — они преступники. Потому что разницы между ними, какие бы цели они ни преследовали, и обычными уголовниками нет. И тем, и тем платят, просто одним деньгами, а другими — достижением цели. Настоящий законопослушный человек — тот, кто не переступит закон ни при каких обстоятельствах.
Я тоже делаю это потому, что мне платят. Моя цена — это жизнь моей сестры. Её жизнь важнее, чем жизни их всех. И скажи мне, что её спасут, если убью человека, я сделаю это.
В тот момент я осознал это очень отчётливо, словно увидел перед собой мираж всего этого.
Я пришёл в квартиру, где три месяца назад познакомился с Малу и всей его командой. Открыл мне, естественно, Малу. Как оказалось, кроме него, в квартире больше никого не было.
— Ты здесь живёшь, что ли? — спросил я, пожав ему руку и войдя внутрь. За моей спиной со скрипом закрылась старая дверь.
— Иногда. Об этом месте, в отличие от квартиры, где находится мой дом, никто не знает. Так что… Да, это самое безопасное место в данный момент.
Внутри с прошлого раза ничего не изменилось, если не считать пары сумок, которые, видимо, притащили для дела, автоматов, патронов к ним, раций, одежды и так далее. Я молча оглядел все вещи перед собой, прикидывая, хватит ли нам этого или нет. На одной из табуреток лежала кипа бумаг, как я полагаю, с планом дела, которые предоставил Стрела.
— Так много патронов, — заметил я. — Мы туда не убивать идём.
— Немного, взяли по три магазина на нос. В каждом по пятьдесят патронов. Если что случится… мало ли…
— Нам ещё и сумки тащить, — напомнил я. — Двадцать миллионов — это двести килограмм. На каждого выйдет около тридцати трёх килограммов с копейками.
— Поедем же на машине, так что не парься, — отмахнулся Малу. — Лучше париться о том, что банк в центре находится. Нам ещё оттуда выбираться.
— Ну, если всё так плохо, Стрела бы не дал нам на него наводку, верно?
— Верно. По крайней мере у нас уже есть пути отхода, по которым мы сможем быстро уехать. Вон, погляди, — Малу протянул папку, что лежала на табуретке.
В основном там была информация по банку и всем, что с ним связано. Время прибытия полиции на тревожную кнопку, где проходит сигнализация, где камеры, из чего решётки, сколько охраны, когда пересменка, когда приезжают инкассаторы, когда больше всего пробок и так далее.
— Грабим в пересменку полиции? — сразу спросил я. — В три дня?
— Стрела предложил то же самое, — усмехнулся Малу. — Да, думаю, пока они там будут чесать яйца и дрочить друг дружке, мы как раз всё сделаем. Но ещё один нюанс — есть девчонки за стойками, у каждой тревожная кнопка. А есть чувак в бронированной кабинке охраника. И если до тех мы можем успеть добежать, то вот пока до него доберёмся, он уже врубит сирену. Но у них всех есть обед, и они чередуются, чтоб всегда кто-то был на кнопках. В три он сваливает из кабинки, чтоб отлучиться. Туда сядет другой. В этот момент мы и ворвёмся.
— А про решётки и камеры?
— С нами пойдут мои кореша, они надёжные парни. Один подключится к связи и уничтожит записи с камер.
— К связи? — не понял я.
— Ну или как там называется эта хрень? Ну, прослушивать, если вдруг поступит сигнал на ограбление, чтоб не засидеться, — попытался он объяснить. — Он ещё немного раньше подойдёт туда, чтоб сразу нафигачить электронику.
— Я понял. Короче, спец по электронике.
— Ага. Ну и второй техник. Там будут замки, решётки, но он спец по этому делу, знает, что с собой надо прихватить и как быстро сделать, так что можно не париться.
— Стреле нужна конкретная камера?
 
— Да. Там деньги дома. Незарегистрированные. Ну или незаконные, я не до конца понял. Потому обратиться в полицию они тоже не смогут. А раз ничего не воровали… — Малу развёл руками.
Понятно… значит, вон чего ему надо, деньги, за которые не хватятся. Но хватится дом, и это он должен прекрасно понимать. Значит, есть ещё что-то.
— И всё? Только деньги?
— Там ещё ячейка будет. Надо её содержимое захватить.
А вот и главная цель. Понятно… хотя мне и не очень интересно, что там есть, если честно. Пока я думал над всем этим, Малу неожиданно меня спросил.
— А ты чего передумал вдруг?
— А это важно?
— Вопрос на вопрос? — его ухмылка была недоброй. Малу был тем редким человеком, который мог завестись даже с такой обычной фразы, приняв её как личное оскорбление.
— Сестру машина сбила. Мне нужны деньги для операции, — решил я ответить честно. Всякие недомолвки и обиды ни к чему перед подобным заданием.
— Ясно.
— Тогда у меня есть встречный вопрос. Почему ты упёрся с этим заданием? Почему именно я?
— Почему? Хм… ты знаешь, бывает, смотришь на кого-то и влюбляешься. Чувствуешь, что это твой человек?
— Без обид, но ты помягче с такими аллегориями, Малу. Они настораживают.
— Да пошёл ты… — отмахнулся он недовольно. — Суть в том, что я вижу тебя и понимаю, что ты надёжный хрен. По крайней мере, я чувствую, что могу доверять тебе. А мои чувства для меня в таких случаях играют решающую роль. Я не могу работать с тем, кто конченый хуесос или кто меня раздражает.
— И ты не искал другого надёжного танка?
— Искал. И почти нашёл одного парня. Он сидел за взломы. Если бы ты не позвонил, мы бы через полмесяца шли бы на дело уже с ним. Но суть в том, что я его не знаю, а ты мне знаком, так что… ты вот позвонил мне, и всё само собой решилось. В пизду его, в команду тебя.
— А тебя Сирень не раздражает? — слабо улыбнулся я.
— Блять, ты спрашиваешь, не раздражает ли она меня, но сам ржёшь, — оскалился он. — Сам же понимаешь, что она лапочка, хоть и тупая, как пробка. Пусть и не всегда. И, сука, упёртая…
— Это точно…
Что-что, а она была дико упёртой. И тупой иногда, как телефонный столб.
Мы сели за более подробную проработку плана. Основной, естественно, предоставил Стрела, но всё же что я, что Малу предпочитали всё проверить и сделать под себя.
Был у нас и сэйфхаус, куда мы должны были выбраться и где будем в безопасности. Это было в заброшенном здании в многострадальном индустриальном районе. Какой-то подвал, который имел довольную крепкую дверь и просторное помещение, где даже работала лампочка под потолком.
— А ты был там? — спросил я.
— Был. Несколько раз. Когда надо было отсидеться.
— Там есть ещё какой-нибудь выход, кроме единственного спуска вниз?
— Да хуй его знает. Там вроде люк есть вниз.
— И что там? — поинтересовался я.
— Там же, под ними, целая сеть коммуникабельных туннелей проходит. Наверное, один из них. А чо интересуешься?
— Просто, — пожал я плечами. — Надо же знать, куда мы приедем и точки отхода оттуда.
— А отсюда ты тоже их искал? — усмехнулся Малу.
— Естественно. Я могу выпрыгнуть из того окна, — кивнул я на окно в зале, — и приземлиться на ветви дерева. Как раз не разобьюсь и смогу убежать.
Ещё у нас была запасная точка сбора, если что вдруг пойдёт не так: если мы по какой-то причине разделимся, не сможем добраться до сэйфхауса и так далее, все должны были ехать за город на Ковылина семь. Грубо говоря, запасной сэйфхаус.
Мы долго рассматривали маршрут, но предложенный Стрелой оказался наиболее безопасным и быстрым. По нему нам надо было проехать едва ли не быстрее, чем за пять минут, так как после этого весь центр будет просто оцеплен.
Но с другой стороны, если будет преследование с самого начала, то там мы сможем всегда уйти по той или иной улочке, которые буквально испещряли участок этого города. Полностью перекрыть там всё они сразу просто физически не смогут. Там есть где проехать в случае чего до запасной машины, если она нам потребуется.