За пределом (СИ)
К тому же… может тоже загадать желание?
Хотя чего мне желать? Я вроде уже и получил всего, чего хотел. Вчера обговаривал с сестрой некоторые нюансы, после чего она захватила деньги и поехала в Сильверсайд. Суть отмывания денег была проста, по крайней мере та схема, которую мы собирались использовать. Она меняет деньги на фишки, играет немного, просаживает определённую сумму и меняет их на деньги, уже совершенно чистые. Учитывая, что многие казино — та же самая мафия, то тут никому никаких претензий не будет и все получат то, чего хотят. Казино немного денег, а мы — чистоту наших финансов.
Так что… только деньги зря тратить. Цент доллар бережёт, так что я отвернулся от фонтана.
И сразу наткнулся взглядом на канализационный люк в полу. Забавно встретить подобное в торговом центре, однако здесь под городом во многих местах проходят подземные реки. Оттого существует немало коллекторных труб, что расходятся в разные стороны. По ним можно выйти куда угодно.
— Зря ты не бросил монетку, — сказала Инна, отрывая меня от мыслей. — Может быть твоё желание услышали бы.
— Моё желание уже услышали, так что плевать. У меня есть всё, что нужно.
— Какой неприхотливый, — не могу понять, она хвалит или морщит нос? — О, вон эти обормоты идут!
Она указала пальцем на двух парней, что шли к нам. И если Алекса я узнал, то вот Малу… то есть Матвей, выглядел иначе. Более прилично, если так можно выразиться.
Он словно стал немного выше, волосы, зачёсанные назад, делали его более открытым и менее гоповатым, хотя борзое выражение лица никуда не делось. Теперь он скорее напоминал одного из тех высокомерных парней, которые никого ни во что не ставили, если денег у тех было меньше.
А ещё между ними была девушка в чёрных непрозрачных очках. С конским хвостом на затылке, она выглядела слегка зажатой, словно не в своей тарелке, пусть и улыбалась. Возможно, из-за того, что ничего не видит, а вокруг много людей, она чувствовала свою беспомощность. Её пальцы были белыми от того, как она вцепилась в руки брата и своего парня, что буквально тащили её.
Теперь мне стало понятно, кто познакомил Алекса и Матвея. Да и почему Алекс вдруг стал подтягивать учёбу. Глядя на слепую девушку, я, кажется, понимаю, как сильно может любовь поменять человека.
— Она-опа, а вы чё тут так уединились? — оживился Алекс, когда мы подошли ближе.
— Уединились? — я оглянулся. — Мне кажется, это невозможно назвать уединением.
— Алекс идиот… — фыркнула Инна и коснулась руки девушки. — Здравствуй, Мари, рада тебя видеть.
— Инна! Привет, я так ждала тебя в гости, а ты не пришла, — её голос чудовищно хрипел. Так сильно, как у старого рокера, который успел хорошенько накуриться, заболеть ангиной и потом сорвать связки. — Кто-то рядом с тобой? — она повернула голову чуть правее меня. — Здравствуйте.
— Добрый день. А вы, видимо, Мари. Алекс многое о вас рассказывал.
— Надеюсь, только хорошее, — улыбнулась она и протянула руку, теперь уже ко мне, видимо, более точно определив моё положение по голосу. — Тебя зовут Руд, как понимаю?
— Естественно, он только хорошее о вас и говорит.
Очевидно, что я бы не стал ей рассказывать, что он предлагал Сирени… вернее, Инне вчетвером оргию провести. Она может и не понять юмор.
— Не надо на вы, я тебя младше.
— Боюсь, что нет, детка, — вмешался Алекс. — Он тебя младше. Он тут у нас вообще самый молодой!
— Везёт же некоторым, — пробормотал Матвей.
— Не бузи, — толкнула его в бок сестра. — Ты сам-то не старый.
— Так, ваши сюсюканья очень хороши и интересны, — прервала нас Инна, — но мы-то жрать собираемся или нет?
— Да, я тут как раз знаю, куда сходить, погнали, — махнул он рукой и повёл нас через толпу.
Теперь уже под руку Мари взяла Инна, о чём-то разговаривала с неё в то время, как Мал… то есть Матвей, шёл рядом со мной. Я по привычке называю их так, как называл на протяжении этих трёх месяцев.
Мы шли на кое-каком удалении от них, потому могли спокойно разговаривать и не бояться, что нас услышат. В то же время гомон оживлённой толпы вполне глушил нас и не давал подслушать.
— Тебя не узнать, — отметил я.
— Зато ты ни капельки не изменился. Хоть бы одел чо-нить нормальное. Я серьёзно.
— Оденусь. Потом.
— Слушай, Руд, есть разговор кое-какой о…
В этот момент в нас врезалось какое-то дитё на полном ходу и едва не улетело на пол от столкновения — мы одновременно за обе руки умудрились её поймать: я за левую, он за правую, и поставить на ноги обратно.
— Аккуратно, мелочь, череп расшибёшь, — недовольно буркнул Матвей, отпуская её. Ребёнок умчался, не сказав ни слова. — Вот же мелочь охеревшая, даже спасибо не скажут.
— Время такое, — хотя из моих уст великого взрослого человека шестнадцати лет такое звучит слишком… странно. — Так о чём ты хотел поговорить?
— Ты же как бы ещё не завязал же?
— Завязал, — тут же ответил я без каких-либо сомнений.
— Прошёл всего сраный день!
— И я уже в завязке, — я был непоколебим.
— Ладно. Тогда просто слушай… — в этот момент мы протолкнулись через толпу каких-то студентов, которые свои галдежом буквально оглушили меня. Как же я отвык от толпы… — Стрела кое-что ищет. Вернее, нашёл уже, но сейчас разрабатывает. Нужен… нужно три человека. У меня есть только два, а ещё одного хуя с горы брать я не хочу.
— Мы с тобой знакомы три месяца, — напомнил я ему. — Слишком много доверия ко мне.
— Так чо, если я вижу нормального пацана, почему не могу ему доверять? Некоторые и через десять лет кидают.
— Ладно, что насчёт этого дела. Что конкретно?
— Банк.
Я невольно присвистнул.
— И ради этого ты разрешил Алексу устроить это? Поговорить со мной?
— Не хуей, Руд. Я реально просто решил немножко оторваться, так что не надо тут себя поднимать, как прыщ на жопе, — тут же начал он заводиться.
— Так я прыщ на жопе? Спасибо, Матвей, — кивнул я.
— Блять, Руд, заебал, я тя по-нормальному же прошу выслушать. Чо за хуйня? Ну нет, так нет.
— Ладно, хорошо, давай.
— Банк в центре. Нужно шесть человек. Двух я смогу найти, они реально верные и ради такого дела дёрнутся сюда, но нужен ещё один проверенный. Стреле… я не сильно доверяю, его человека брать не буду, да и он не даст сам.
— Почему?
— Все его люди на карандаше.
— И?
— Если вычислят, то сразу вопрос будет к клану. А тут такая тема… банк, короче, дома.
Приехали. Надо было с этого начинать. Клан не хочет связываться с домом, так как у домов есть такая плохая привычка просить помощь, если дело серьёзное, и главы домов страны пришлют кое-кого покруче, чем обычных парней с битами. А ещё законная власть не позволит этого.
Здесь же клан не хочет светить, что это его проделки. Поэтому да: у нас уже был опыт такого, мы вроде как немного закалены в таком деле и никак не относимся к клану.
Только…
— Пахнет гнильцой, — поморщился я.
— Чего вдруг?
— Чего, — я внимательно посмотрел в глаза Матвею. В эти холодные и слегка безумные глаза, но не почувствовал страха. Теперь уже нет, словно три месяца что-то во мне изменили. — Ты не думал, что от нас могут избавиться?
— Хуйня, не будет такого.
— С чего вдруг?
— Потому что не будет! — сказал он громче, чем следовало, от чего девушки впереди удивлённо обернулись. Я лишь махнул рукой. типа всё в порядке.
— Ладно. Но я всё равно пас.
— Сумма, о которой идёт речь, около пятнадцати-двадцати лямов. Просто вслушайся в эти цифры. Это на нос каждому, если брать по максимуму, два триста ляма с копейками!
— Нет.
— Тебе не нужны деньги?
— Совсем не нужны, — покачал я головой. — У меня есть всё, что нужно.
— Блять, Руд, нужен шестой. Двадцать лимонов весит двести кило. Если шесть, то на каждого по тридцать три с копейками. Плюс фойе большое, как мне сказали, нужно хотя бы трое, чтоб чекать всё, пока остальные вычистят хранилище. Двое ломают: один камеры, другой со своей сваркой, его дядя Гена зовут, сварщик шестого разряда. Сирень на тачке.