За пределом (СИ)

— Ладно, погнали, Алекс, иди за грузовиком и чтоб глаза с балкона не спускал. Пропустишь нас, и пизда тебе, с того света достану.
План был в том, что, когда мы выйдем на балкон, мы ему помашем, он тут же подъедет, мы спрыгнем и умчимся.
— Не ссать, сделаю всё по высшему разряду, — подмигнул он и перешёл на другую сторону.
— Значит, теперь мы. Всё делаем строго по плану. Как всё начнётся, старайтесь не лезть. Это тебя касается в первую очередь, Тара. Ты ни разу в подобном не бывал, в отличие от Сирени, так что будь тише и ниже.
— Буду.
— Отлично, Сирень, на тебе большая часть надежд, так что не подведи.
Со слов Малу Сирень была лучшей. Даже лучше его, что уже значило многое.
— И ещё. Это для тебя, Тара, так что слушай сюда внимательно. Ты в первый раз с этим сталкиваешься, так что тебе важно помнить одно — на другом конце ствола не люди. На другом конце ствола манекены. Твоя задача — поразить их как можно быстрее. Они не люди, не обладают чувствами и у них нет родственников. Манекены не живые. Поэтому ты должен действовать как в тире: прицелился и тут же выстрелил, не задумываясь. Ты же не жалеешь манекен в карьере?
— Нет, — покачал я головой.
— Здесь так же. Просто манекен. Вещь, которую можно сломать и выбросить. Если раненый манекен издаёт звуки, любые, не слушай их и помни — это лишь звуки, сигнализирующие, что манекен не поражён. Это просто звуки. Люди — это те, кто вокруг нас. Там манекены. Вещи. Это игра, в которой ты должен перестрелять их и не подставиться, понял?
На другом конце ствола манекены…
— Вижу, что понял. Повторяй про себя это, как мантру, когда всё начнётся, а теперь идём.
Мы двинулись к дому. Спокойно, словно друзья на прогулке, общаясь чёрт знает о чём, даже не вдумываясь в разговор. По дороге Малу закурил.
— Не волнуйся.
— Я не волнуюсь, — ответила Сирень.
— Да я не тебе, бестолочь, — на это она недовольно надула щёки, — я Таре.
— Я не волнуюсь тоже.
— Ага, сейчас прямо здесь обосрёшься. Слишком много думаешь над этим. На, затянись, — он протянул мне сигарету.
— Да я не…
— Блять, затягивайся давай, — угрожающе произнёс он. Я раздумывал всего несколько секунд, после чего взял и вдохнул полной грудью.
И тут же закашлялся. Казалось, что я глотнул полной грудью дыма, и теперь лёгкие то ли чесались, то ли их жгло. Горечь буквально пропитала весь рот, а кашель разрывал горло. Мне потребовалось секунд десять, прежде чем я откашлялся и смог нормально вздохнуть.
— Горло жжёт, — поморщился я.
— Ну ещё бы, ты же полный рот дыма вдохнул. Кто так делает? — усмехнулась Сирень.
— Новички так делают. Как он, — кивнул на меня Малу.
— Никогда не пойму, почему люди курят.
— Это прикольно, — усмехнулся Малу.
— Потом чувствуешь некое спокойствие. Словно у тебя что-то чешется, а тут ты почесал и кайф, спокойно на душе, — кивнула Сирень, усмехнувшись. — Первый раз — он самый-самый. Голова не кружится?
— Нет.
— Значит мало вдохнул.
— Боюсь, это не для меня, — поморщился я. — Горечь до сих пор во рту. Ещё и горло слегка жжёт.
Ну… ладно, я могу оценить то, как он меня отвлёк. Я действительно и думать забыл на мгновение обо всём, когда закашливался. Да и сейчас вроде поспокойнее стало, уже не так сильно трясёт, и сердце не так сильно бьётся. А то казалось, что от волнения оно вот-вот остановится.
Когда мы подходили к дому, даже тогда я не мог сказать, что это наркопритон. Чистое и аккуратное здание, у входа в которое стояли и о чём-то разговаривали совершенно обычные парни. Они лишь мельком посмотрели на нас, когда мы проходили мимо. Не знаю почему, но в голове тут же мелькнула мысль — охрана. Причём я был просто в этом уверен.
Подъезд тоже был обычным, в меру чистым, в меру облупившимся, чтоб ты просто не мог заподозрить этот дом в чём-то, если зашёл сюда случайно. Там тоже крутилось несколько парней, самых что ни на есть обычных и непримечательных. И Алекс был прав — кнопка пятого была выковыряна.
Однако стоило подняться на лифте на четвёртый, картина изменилась. Мы словно попали в другую реальность. Реальность криминала и наркотиков.
 
До момента, когда я вошёл в это дело, оружие мне приходилось видеть только на телевизоре. Для меня, как и для многих, одна мысль о том, что его можно достать, была нереальной. Оружие, просто прийти и купить в нашем городе? Такое возможно? Казалось, что его вообще нигде нет, не считая охотничьего инвентаря. Про то, что можно достать наркотики, я думал точно так же и даже не представлял, как другие их достают.
Мне всё это всегда казалось невозможным в реальном мире, я думал, что всё это происходит в другой реальности.
И вот я здесь, в этой реальности, и, едва выйдя из лифта, вижу, как какая-то молодая потасканная девчонка в коридоре вводит себе что-то в вену. А рядом покуривают двое парней со слегка странным видом, словно они только что вышли из душа и чересчур расслаблены.
Сам холл серый, едва ли не чёрный от грязи, и те длинные лампы дневного света, что здесь есть, радуют миганием и тусклыми лучами, с трудом разгоняя полумрак. Слышу плач детей, слышу недовольные крики каких-то женщин, ругань, споры мужиков, звон посуды, которые складываются в общую симфонию жизни дома.
— Ставлю целую сотню, если дашь ей доллар, она тебе отсосёт, — толкнула меня локтём в бок Сирень, оскалившись. — А за двадцатку так вообще сможешь сделать с ней всё, что угодно.
— Если хочешь, то вперёд, но я как-то не горю желанием обкалывать себя потом ещё неделю пенициллином.
Мы практически сразу свернули на лестницу и поднялись на этаж выше. Здесь нас уже поджидала дверь, о которой говорил Алекс. Обычная ничем не примечательная дверь, если не учитывать того факта, что она закрыта. В углу сбоку от двери висела массивная камера местных охранников, которые, по идее, сейчас нас видели.
— Понеслась… — пробормотал Малу и постучал.
Как только он это сделал, дверь тут же приветливо открылась, и за ней показался такой здоровенный бугай в майке и семейниках, обколотый татуировками. Он лишь взглянул на нас, после чего отошёл в сторону, пропуская. Едва мы вошли, дверь за нашими спинами закрылась. Теперь путь был один, вперёд, потому что просто так нас вряд ли выпустят, и тут не скажешь, что мы ошиблись дверью.
— Чо в сумке, парень? — спросил другой мужчина, худой настолько, что виднелись кости, сидевший на табуретке сбоку. На его коленях недвусмысленно лежал старый добрый АК. Помимо него, напротив двери стоял ещё один человек, парень примерно возраста Малу с дробовиком в руках. Бугай тоже вытянулся за нашими спинами — я невольно обернулся и увидел в его руки пистолет. Какое гостеприимство…
Малу лишь раскрыл сумку, показывая содержимое.
— Мы за товаром, — ответил он спокойно.
— Понятно… Мы посмотрим, чо у тебя в карманах, парень, не против? — поднялся охранник со стула, облокотив автомат на стену.
— Как я могу вам отказать? — лишь усмехнулся он, расставив руки в стороны и позволяя себя ощупать. То же самое сделали и мы. В любом случае ни стволов, ни ножей у нас нет, так что и беспокоиться не о чем.
Очень быстро и по-деловому нас проверили, хотя Сирени явно досталось больше.
— По-вашему я могла запихнуть ствол себе в сиськи? — поморщилась она, когда молодой парень её ощупывал.
— Это лишь проверка, — прогудел тот, однако не думаю, что Сирень стала бы врать. У меня появилась уверенность, что при первой же возможности она снесёт ему голову.
Меньше минуты, и мы втроём были отпущены с миром.
— Приятных покупок, детки, — кивнул нам охранник и вернулся к себе на табуретку.
Никто из нас ему не ответил.
  
Глава 17
 
Я знаю, почему сюда никто не нагрянет.
Первое — никто не знает, второе — это никому не нужно, третье — связи. Не только кланы и дома платят за безопасность. Учитывая такой трафик товара, можно предположить, что они достаточно отстёгивают, чтоб на них не бросались полицейские. Конечно, мог бы сдать и клан, но подозреваю, что или это замнут, или их предупредят, и банда быстро съедет отсюда ещё до того, как кто-то придёт их брать.