Опер. Начало (СИ)

Интересно, что армянин Карапетян расскажет про свой бизнес. Хочется услышать на чем и как другие бригады делают бабки. По идее, все должно быть стандартно, как у всех, но должны быть свои заморочки.
– Вова, пока парни готовят стол, да знакомятся, пошли мы с тобой побалакаем, есть у меня к тебе много вопросов.
– Пойдем, поговорим – ответил армянин – А круто тут у тебя, лес такой красивый. Поделись информацией, как получилось такую территорию оккупировать?
– Ты еще реку с нашего берега не видел. Все покажу и расскажу, Армян. Надеюсь нам сейчас делить нечего? Не хочу, чтобы между нами непонятки были.
– Леший, все ровно. Что ты хотел узнать? – Карапетян напрягся, но старался делать вид, что полностью расслаблен.
Не верит мне Вова, или сам на уме что-то выносит. За бабки свои скорее волнуется, не знает как с общаком поступить, в котором куча денег лежит. Мне бы эти миллионы конечно не помешали, но я прибирать их себе не буду. А вот Вова Карапетян понимает, что если я братве маякну, про то, что он под себя общие деньги увел, его как крысу порвут. А армянам тяжело с деньгами расставаться, особенно с чужими.
– Мне надо полностью информацию, кто, что и чем занимается. Расскажи и про себя тоже. По тебе видно, что ты нифига не боец и спортсменом никогда не был – телосложение подкачало. Следовательно, ты головой думаешь, как заработать бабки. У вашей нации под это мозг заточен, как у евреев. Я предлагаю тебе выйти на совсем другой уровень и перейти полностью в легальный бизнес. Магазины, заправки, гостиницы – весь город можно будет подмять под себя.
Армянин задумался, было видно, что мое предложение его заинтересовало. Я помнил из будущего, что подельником Вовы Карапетяна, был некий Маслов, который сейчас находился в местах лишения свободы. Выйти он должен был в этом году и со своей ОПГ установить десятину отката с тачек на заводе. Эту нишу я занял со своей бригадой. Любопытно, расскажет ли Армян про еще одного лидера Волговских или скроет информацию.
– Леший, может ты не в курсе, но я не один старшим в бригаде был. Саня Маслов сейчас срок отбывает, но буквально через пару недель выйдет на свободу. Есть еще приближенный к нам Дима Рузляев. Здоровый парень, выше двух метров ростом, может заметил среди братвы? Он сразу выделяется из толпы, мы ему за это погоняла дали – Большой. Дима занимается силовыми акциями – выбиванием долгов, наездами, разборками и крышеванием. А я больше занимаюсь преумножением бабок и вкидываю их в легальный бизнес. После отсидки на зоне, меня совсем не канает снова у кума оказаться.
– Хочешь, прямо сейчас пару тем накидаю, как заработать денег почти легально? Я не видел на своем районе рекламных вывесок видеосалонов. А бизнес интересен своей простотой и окупаемостью. К примеру, в кинотеатре отжимаем комнату, ставим там 10–15 кресел, телевизор с видеомагнитофоном и крутим каждые 2 часа новый фильм. Оплату установить рубль с человека и в день можно поднимать от 50 рублей с одной точки. Так же в городе можно открыть новые точки в разных местах. Сделать минимальный ремонт в подвалах, квартирах на первых этажах и зарабатывать на воздухе деньги. В больничках в актовых залах крутить фильмы – там аудитория из праздно шатающихся больных насобирается. Если есть вариант выйти на железную дорогу, можно в вагоне-ресторане точно так же крутить видео.
Есть и нелегальная сторона этого бизнеса – стоит попробовать устраивать закрытые видеопоказы эротики. Кассеты с порнухой можно из Москвы привезти, естественно цена на билет будет дороже. К примеру 2 рубля за просмотр. Дальше – наладить видеопрокат кассет с фильмами. В скором времени у каждого человека будет видик, а вот только смотреть нечего. А тут мы со своими точками подсуетимся. Кассеты можем сами копировать. Можно и видеомагнитофоны сдавать в аренду. Даже при скромных подсчетах выхлоп с этого предприятия будет солидный. Найти людей и организовать думаю с нашими возможностями не составит труда. Конкурентов будем убирать из бизнеса экономическим путем. Делаем цену на просмотр ниже, можно акции сделать – каждый 5 просмотр бесплатный, туже рекламу в газетах пустить.
 
– Странные у тебя идеи, а не проще ли просто взять и забрать у бакланов товар? Мы так в торгашей превратимся, а не в братву.
– Вова, я не говорю, что пацаны на точках стоять и торговать будут, надо найти людей, которые торговать будут. Организовать кооператив какой, и получать всю прибыль, а не сорок-пятьдесят процентов, которые можно отжать у предпринимателя. Зачем резать курицу, несущую золотые яйца? Для всех предпринимателей установить один налог в 10 процентов. Поверь, найдется пару мудаков, которые будут против, но думаю у нас найдутся аргументы объяснить, что в этом городе, все кто занимается бизнесом будут платить за охрану. Я сейчас открываю охранную фирму, что бы у парней была возможность легально носить и применять оружие.
– Так ты тогда серьезно говорил, что хочешь подмять под себя весь город? Леший, менты с конторскими не дадут. Эти выкормыши, найдут за что закрыть.
– Вот поэтому и надо переходить на легальное положение. А с ментами тоже вопросы можно решать – компромат никто не отменял. Или представь такую ситуацию – ты предприниматель-меценат. Помогаешь пенсионерам, детям, да какая разница кому. У тебя положительный образ, созданный газетными писаками. И считаешь, что менты смогут тебя закрыть? Да их на запчасти порвут жители. Ты покумекай, о чем я тебя сказал. Может и у самого идеи есть. А сейчас пошли к братве, продолжим праздник, который я чуть не сорвал.
Стол был шикарный. Ни на каждой свадьбе увидишь такое разнообразие. Запах жареного мяса разлетался над Волгой. Странная штука жизнь – буквально пару часов назад, пацаны были готовы мочить друг друга, а сейчас разговаривают, вместе выпивают, как старые приятели. Хорошо, что осталось в них человеческое. И так же по всей стране, этим пацанам не хватает учителя, который показал, что можно жить по-другому. Заработать на бездетную жизнь проще простого в это время и для этого не обязательно убивать, отжимать и делать противозаконное. В этой мутной воде надо грабить награбленное и не у простых людей, а у государства, которое буквально через 4 месяца похоронят.
– Братва, я хочу сказать слово. – после моих слов наступила тишина. Несмотря на большое количество народа, было слышно, как потрескивают дрова в костре. – Я не хочу войны. Не хочу приходить на кладбище и смотреть в глаза на фотографии, моих погибших братьев. Не хочу смотреть в глаза ваших родителей, сообщая скорбные вести. Я до сих пор не знаю, как приехать к родителям Максима и Виктории и выразить свое соболезнование. Что похороны будут царскими, базара нет. Но тяжело терять близких людей. Вот смотрю на вас, братва и не хочу представлять, что кого-то завтра не будет. Я хочу, что бы вы все были живы, здоровы и при бабках. Город наш и мы в нем хозяева. Такого беспредела на улицах, когда расстреливают машины и пытаются изнасиловать в кабаках быть не должно. Понимаю, что за этим должны смотреть мусора и за них работу впадлу делать правильному пацану, но чисто не там, где убирают. А где не сорят. С себя надо, братва, прекращать беспредел. Давайте помянем безвременно ушедших, Макса и Вику.
Я выпил водку не чокаясь. Братва выпила молча. Никто не сказал ни слова. Чувствовалось напряжение, висевшее в воздухе. Пацаны задумались и я надеялся, что мои слова достучались до их не зачерствевших душ.
– Гуляем братва, жизнь продолжается – сказал я и вышел из-за стола. Мне захотелось просто побыть одному. Такой круговорот реально вымотал меня душевно и физически. Отойдя от гулянки метров на пятьдесят, я присел на траву облокотившись на стройную березу. Какой сегодня длинный день и неизвестно, когда он для меня закончится.
 
Как мне не хочется заканчивать отложенные дела, но дальше смысла тянуть нет. Для начала есть желание переговорить с Комисаровым, а потом всю эту шушеру придется вывозить в лес, ближе к гидростанции. Никого из ребят не хотелось бы привлекать к ликвидации, но я понимаю, что один не справлюсь. Такого выбора, который стоит сейчас передо мной, и врагу не пожелаешь. Если парни, которых я привлеку к операции, по жизни были нормальными, то после убийства человека могут сломаться. Психиатры в милиции, при применении оружия сотрудниками органов, проводят проверку и выносят решение о возможности продолжать несение службы или о списании на гражданку. Но в моем случае, взяв пацанов на мокруху, я вряд ли после совершения преступления буду присматривать за их поведением.