Опер. Начало (СИ)
Что-то совсем капитан с обоймы выпал, так вести себя непрофессионально. Хотя, если все так, как я думаю, не известно какие были бы мои действия. – Кубатурил я, идя к капитану.
– Ну что, Кирилл Иванович, успокоился? Сможем говорить, как люди, которые смогут решать вместе дела?
– Пойдем пройдемся. Мне есть что тебе сказать. Спасибо, Вика. Мы с тобой еще обязательно прогуляемся. И ты покажешь мне Волгу, в том месте, где живешь.
– Вика, ты Кирилла к нам в гости пригласила? А у меня поинтересоваться не надо было? Слишком много на себя берешь, девочка.
– Извини, Леня – я хотела, как лучше…
– А получилось, как всегда – ответил я.
– Пойдем капитан, и давай рассказывай полностью по порядку всю историю. Все будет зависеть только от тебя, узнаешь ли ты глобальное будущее.
– Ты почти все сам понял. Только как 25 летний пацан, мелкий бандит, хоть и с бригадой в человек 30, смог угадать. Ты со своей ОПГ даже в разработке не находитесь, мелкие пакостники, не более. Единственное, что в тебя стреляли, а потом ты пропал. Думали, что ты сыграл с костлявой и проиграл. И кто в наметках имел твою ОПГ, просто забросил по вам работать – как ненужный материал. Через месяц, максимум два, все твои бойцы были бы в других бригадах. А ты появился – живой и почти здоровый, да еще и ко мне приехал свидетелем об изнасиловании, и девочку привез.
Твое поведение совсем не похоже, что было 2 месяца раньше. Ты как бы стал другим человеком, но люди не меняются.
– Не меняются, пока в коме не полежат. Потерять сознание, а потом придя в себя – не помнить ничего.
– Это объясняет, что не помнишь людей. Но не объясняет с чего ты вдруг за народ радеть стал? Такой, млять, современный Робин Гуд, забрать у богатых и отдать бедным. Откуда у Леонида Левшукова есть понятие что такое честь офицера?
– Капитан, ты не отвлекайся. Я понял, что у тебя есть ко мне вопросы. Но ты еще ничего не сказал про себя.
– 10 месяцев назад, «Фрол» со своими отморозками изнасиловали мою дочь. Не знаю, специально это было сделано, чтоб меня успокоить. Я в то время дело вел по подпольным играм. Или случайно она им на улице попалась. Да какая разница. На улице днем, затолкали в машину. Увезли куда-то, потом привезли и голую выкинули возле дома. Я тогда в командировке в столице был. А жена в ночную работала. Утром пришла со смены, а дома тишина. Супруга в ванну зашла, а там дочь наша в воде лежит. А вода от крови красная. Не смогла моя любочка смириться с тем, что с ней сделали. Не стало ее, Леня. До сих пор душа болит. Она же никому ничего плохого не сделала. А с ней так поступили. Дочу мою Викой звали, и судьба похожая с твоей сестрой. Только жива осталась, а моей дочурки нет. Вот и прикипел к этой девочке. Дочь она мне напоминает. Ей и лет примерно столько же сейчас, сколько могло быть Виктории.
– Никаких улик, ничего. Экспертиза вообще ничего не нашла – факт изнасилования подтвержден. А больше ничего. Одежды не было, а Вика моя в воде считай сутки пролежала. Сейчас новый тест англичане придумали, по ДНК могут определить преступника. Уже пару дел было доказано и преступника осудили, благодаря этому способу. Я сильно рассчитывал на этот тест ДНК. А наши эксперты даже материала для лаборатории найти не смогли. Кто это мог сделать? Зачем? Возбудили естественно уголовное дело, а кого искать? Нашли свидетеля, который вроде как машину видел – Жигули. А в Тольятти у каждого Жигули. Номер не запомнил. Мне естественно уголовное дело вести не дали. Смерть близкого родственника, но я и так операм задания давал. По началу на мое самоуправство глаза закрывали, потом попытались в Самару перевести, подальше от Тольятти – вот я и перевелся в милицию. По старой памяти помогли сделать перевод. Я в свободное время пытался искать того, кто это мог сделать. Вообще дома не находился, или на службе или узнавал о моей дочери. Домой только приходил переодеваться и уходил. Жена не выдержала – уехала к матери и подала на развод. Так что теперь я один.
– По слухам узнал, что это «Фрол». Хвалился кому-то. Вот так ко мне информация пришла. Сорвало мне крышу, я его и повязал. За сутки он мне все рассказал, тварь. Как я его тогда не удавил? Думал на зону его, чтоб с ним там сделали тоже, что и он с моей девочкой. А по документам ничего не оформлял, статей УК нарушил – не горюй. Как еще с органов не уволили, а просто разжаловали, сам не знаю. За старые заслуги, наверное. Естественно он в отказку – оговорил себя под давлением, и выпустили. Он, урод – гуляет, жрет, бухает – а моя девочка уже не поднимется. Мне ясно дали понять – если полезу к нему, увольнением не отделаюсь. Вспомнят мне и прошлое задержание «Фрола». А тут ты, со своей историей. И все так гладко получается. Жертва есть, заявление есть. Ты как свидетель – я помню, что ты в отказку бы пошел по бумагам, но следователю информацию дал. А как тебя потом впрячь официально – можно было подумать, даже через Вику надавить. Сказать, что ей срок идет за заведомо ложный донос, статья 180 УК РСФСР.
– Ну тут, ты капитан не на того напал. Вика никого не обвиняла. Изнасилование было, а кто ее преступник – она не видела.
– Согласен, так бы не удалось. Это я сейчас просто накинул, но всегда можно что-то придумать или на чем словить. Так что бы дал ты показания – я даже не сомневаюсь. Этот недочеловек должен ответить за свои поступки.
– А злой с управления вышел, потому что следователь послал? Другого назначили, а не того, кого ты хотел?
– И тут ты угадал, Леня. Кто ты такой?
– Не отвлекайся.
– Я хотел, чтоб зам начальника Управления вел. Мы с ней семьями дружили. Следователь она грамотный, сразу поняла, что к чему, но отказалась сама вести дела. Дала какую-то малолетку, которая только с института пришла. А там – без хабара даже не заходи. Для нее служба – это просто заработок денег. А уволить не могут – у нее блат в столице. Все что она возбуждает, прокурор не смотря подмахивает. А откуда у меня деньги, чтоб ей заплатить? А вариант – самый лучший, если она возьмется – «Фрола» точно закроют.
– А как же закон, капитан?
– Да пошел нахер этот закон. Какая разница, как я посажу за изнасилование и доведение до самоубийства эту мразь?
– Кирилл, то что ты добьешься суда, понятно. Но дочь ты не вернешь.
– По крайней мере я буду знать, что сделал все, чтоб «Фрола» осудили.
– Надо решить вопрос с возбуждением уголовного дела и чтоб сегодня «Фрол» и «Слон» были в камере. А вечером, я тебе много интересного расскажу. Смотрел по телевизору передачу «Очевидное-невероятное»? Так она нервно курит в сторонке от того, что я тебе расскажу. Веди к рэкету в юбке.
А капитан меня прокачал. Если бы не его фанатичное желание посадить «Фрола», ко мне было бы много вопросов. Придется Кирилла Ивановича просветить о том, кто я такой. Надеюсь, что после моего рассказа, меня не закроют в желтом доме в рубашке с длинными рукавами, которые завязываются на спине.
Сначала разберемся с одной проблемой, остальное будем решать позже. Не буду гнать впереди паровоза.
– Пошли обратно, Кирилл. Заодно Вику заберем, а то она уже соскучилась.
– Леня, Кирилл – у вас все хорошо? Вас так долго не было.
– Все хорошо, девочка. Сейчас мы пойдем и расскажем следователю, все что случилось, хорошо? Ты главное не волнуйся, мы с капитаном защитим тебя обязательно, правда Кирилл?
– Не беспокойся, Вика. Все будет хорошо.
Поднялись к кабинету следователя, от которой зависит будет ли возбуждено уголовное дело.
– Подождите тут ребята, я сейчас быстро перекинусь словами с представителем власти. Как кстати звать величать барышню?
– Диана Альбертовна – ответил Кирилл.
– В принципе, а почему бы и нет. Диана Альбертовна, а я к вам – сказал, заходя в кабинет.
– Какая красивая женщина. Диана Альбертовна, Вам так идет форма. Жаль, что не купил букет роз, которые по сравнению с Вами – обыкновенные одуванчики. Нет в великом и могучем русском языке слов – чтоб описать Вашу красоту.