Опер. Начало (СИ)

– Леня, Кирилл – Зоя нам мороженное нашла, как я хотела. По целых 2 пачки каждому.
– Зоя, сколько мы должны за мороженное, давайте я с Вами рассчитаюсь.
– Один рубль шестьдесят восемь копеек.
Заплатив за мороженное, я вышел на улицу. Светило солнце и легкий ветерок ласкал кожу. Вика, довольная как слон, достала из пакета мороженное. В этот момент она забыла про все и просто получала удовольствие от эскимо на палочке.
– Ты прав, Леня. Я сам все это понимаю. Сам не один вечер думал про страну, людей и про то, что происходит. Что закон трактуют и используют как хотят. Я не знаю кто ты и откуда взялся, но после встречи со следователем, мы с тобой еще поговорим.
– Поговорим, Кирилл, обязательно поговорим. Вика, садись в машину. Поехали к следователю.
Вот и первый рояль из кустов появился. Нашел человека, который думает так же, как и я. Надеюсь таких людей не только в этом городе, но и в стране будет очень много.
  
Глава 11
 
Дорога до Управления прошла в тишине. Я попробовал эскимо. Как же вкусно. Все мороженное, которое выпускалось в наше время, и в подметки не годилось, произведенному тридцать лет назад.
Казалось, разве трудно выпустить по рецептуре Советского Союза мороженое? Оказывается, трудно и снова во всем виноваты маркетологи. Посчитали, прикинули. Мороженое вкусное – это хорошо, но дороже, чем у конкурента – плохо. И естественно сделали не из молока, а из пальмового масла или сои, чтобы дешевле было. Я не технолог по производству мороженного, чтоб точно знать ингредиенты. Тут главное понять смысл таких телодвижений – качественный продукт меняем на дешевый заменитель. И так со всем: едой, одеждой, техникой, автомобилями. Качество не надо, надо дешевая цена. Поэтому нет уже Мерседесов, с двигателями «миллиониками», тушенки, сделанной по ГОСТу, с содержанием мяса не менее 97,5 процентов. Да все что изобрели в СССР и капстранах было изначально качественное, сейчас – полный отстой.
Подъехав к Управлению, мы все вышли из машины.
– Леня, вы с Викой пока тут побудьте. Я сейчас сам к следователю схожу. А потом за вами спущусь.
– Хорошо, я тогда еще одну мороженку скушаю, – сказала Вика и полезла в машину.
– Капитан, на мороженное, угостишь следователя и сам съешь. Ты сильно не спеши, объясни ему толком все дело. Мы тут тебя подождем.
Я затягивал время, для того, чтобы дождаться пацанов с украшением для следователя. А второе узнать про Кирилла Ивановича побольше. Что он тут не впервой и лично многих знает – я уже заметил, а кто он такой – не понятно.
– Вика, садись в машину и смотри, сейчас наши ребята подъедут. А я сейчас подойду.
Ну что, посмотрим, как тут следаки живут.
Поднявшись по ступенькам, я открыл тяжелую дубовую дверь. Если бы не знал, что город совсем молодой, в 50х построен с нуля, то подумал, что дверь сняли с дома какого-то князя.
Надо будет у местных поинтересоваться историей города. А то совсем не в курсе, где живу и собираюсь стать доном Корлеоне советского разлива.
– День добрый, – поздоровался я с дежурным, – не подскажете, только что капитан прошел, Кирилл Иванович. Мы с ним тут договорились встретиться, а я опоздал. Только заметил, что он сюда зашел. Скажите как к нему пройти?
– Это, скорее всего, Стоцкий был. А у нас он уже не работает, он как полгода в милицию перевелся.
– Да что Вы говорите, – вспомнился мне плакат «Болтун – находка для шпиона». Только на месте болтуна, был дежурный следственного управления. – наверное плохо служил, что в милицию выгнали. Вы же следствие – элита всего Министерства Внутренних Дел.
Сержант поправил фуражку, и всем видом показал, как ему польстили слова о Управлении. Он же тоже служит в следствии, пусть и дежурным.
– А вот тут Вы не правы, Кирилл Иванович был одним из лучших следователей, его даже хотели в Самару забрать на повышение. А он отказался.
– А почему передумал? Разве приказы обсуждаются? Сказали ехать – и едь, разве не так?
– Так-то оно так, только у Кирилла Ивановича что-то случилось, и он по семейным обстоятельствам не поехал.
 
– Все так серьезно, а не знаете, что случилось?
– Я сам лично не знаю, но слышал, что дочь у него погибла. Несчастный случай и девочка молодая, или 15 или 16 лет было.
Вот это информация, тогда многое становится на свои места. Подожду я лучше Кирилла на улице и там с ним уже и обсудим все. А не прост Кирилл Иванович. Интересно, какие сюрпризы он преподнесет.
Если предположить, что «Фрол» изнасиловал дочку капитана. Кирилл как раз и говорил, что на этого ублюдка были заявления об изнасиловании, но их забирали. К Вике относится, как к ребенку, хотя и я так же. Знает, как и что писать в заявлении об изнасиловании. Сам решил вопрос с судебно-медицинской экспертизой и экспертом. Эксперт – хороший знакомый или друг. И сам пошел договариваться со следователем. Потому что никто не захочет связываться с бесперспективным уголовным делом, которое не принесет дивидендов. Плюс – загадочная смерть дочери. Наверное, суицид. Неожиданный переход со следователя в милицию опером. Скорее, чтобы быть самому на земле и продолжать расследование. Натянуто конечно за яйца, но как рабочая версия вполне может быть.
– Да, подгнило что-то в Датском королевстве, – подумал я, подходя к машине. В это время как раз подъехала братва.
– Вот цацки – передал «Малой» футляр с серьгами.
Посмотрим на произведение советской ювелирки.
– Да, тут до эксклюзива далеко. Все просто, как молоток. Много золота – мало изящества – подумал я.
– Вика, нравятся? – спросил, показывая серьги.
– Ну, не то чтобы очень, они какие-то строгие, взрослые.
– Вот «Малой», купили вы с «Дымом» хератень. Теперь если не получится со следователем, будет только ваша вина.
– «Леший», да мы сейчас съездим, все поменяем.
– Поздно пить «Боржоми», когда почки отказали. Да шучу я, братва. Волнуюсь сам, вот и пытаюсь вас подколоть. Видели бы свои сосредоточенные заточки.
– У самого заточка не лучше, – улыбнувшись сказал «Дым».
В это время подошел Кирилл, и резко сказал: «Бери Вику, пошли за мной».
Мне совсем не понравился его тон и поведение.
– Капитан, ты обороты сбрось. Я тебе не подозреваемый в твоем кабинете. И резкие движения ты бы поостерегся делать. Если у тебя проблемы – то в них я не виноват. И вертел я на вертеле твое настроение – мне до него дела нет. И что за тема, что ты оказывается следователем был, а потом решил на землю отправится? А что за семейная драма у тебя. Как дочь погибла?
– Слушай, барыга, да я тебя! – лицо Кирилла стало красным, от поднявшегося давления.
– Что ты меня? Тут застрелишь? Или что? Ты не нервничай, а то инсульт получишь. Я тебе не фраер, бык цветной. Ты определись уже – или дела делать будем, или ты кичиться дальше будешь, мусор. Успокоишься – подходи, а пока мне с тобой базарить не о чем.
Вика вышла из машины, взяла Кирилла под руку.
– Кирилл, что случилось, пойдем мне расскажешь. Кстати тебе понравилось мороженное? – Сказала Вика и повела капитана вдоль стоянки.
– «Леший», а что мент барагозит? Вроде бы нормальный утром был, а тут как будто 100 писюнов ему насували во все отверстия. – удивился «Малой».
– Да тут такое дело – мне одна птичка напела, что «Фрол» – вор шерстяной, а дочь капитана под взлом сейфа попала. И решила в галстуке хорошо затянутом на шее, выйти на свободу. Кирилл пытался притянуть «Фрола» по этому делу, да что-то не фортануло. А я сейчас его на нервы вытянул, вот и барагозит.
– «Леший», а что на самом деле ты «Слона» с бабы снял, и он в тебя шмалял? – спросил «Малой».
 
– Братва, я сам решу свои проблемы. Вы сами все знаете, зачем мне лясы просто так точить?
– Суки, – сказал «Дым» и сплюнул на асфальт. – Этим глиномесам лучше сейчас вены вскрыть, чем на зону попасть. Их еще в СИЗО кончат, мразей.
– Пойду капитана успокою, надо дела делать, а не болтами меряться.