Опер. Начало (СИ)

Приехав на базу, мы застали пацанов, которых сменили милиционеры. Надеюсь, никто не будет задавать вопросы, почему я привлек ментов и не захочет меня проверить, ссучился я или нет.
Вчерашние школьники пытаются жить по блатному, думая, что в этом есть романтика. Хотя в итоге вышла какая-то хрень с этой «романтикой». Никто из них не хотел жить по воровскому закону, но при этом и по Уголовному кодексу тоже. Все ограничения, заключавшиеся в том, что вор должен отсидеть и для него дом – это тюрьма, что у вора не должно быть семьи, имущества – не устраивали молодых волков. Этим девяностые стали удивительным временем, когда менялись воровские понятия. Воры имели силу на зонах, «спортсмены» на воле.
– Братва, все поели? Если нет – кушайте. Кто свободен – подходите, у меня есть вопросы. Первый вопрос – нам надо отстраивать базу. Есть у кого знакомые в строительной отрасли? Может кто-то работал по специальности до прихода в бригаду?
– Я работал – подошел ко мне крепыш. – Правда недолго. Я закончил строительный техникум, специальность – прораб общестроительных работ.
– Круто, вот ты и займешься нашим строительством. Директором строительной конторы естественно не будешь – опыта у тебя пока нет, а вот контролировать строительство, расходы денежных средств, получать опыт – будет твоя задача. Нам строить и строить для себя и для своих родных придется много. А задача намного сложнее, чем на разборки кататься. Тут думать надо. Справишься? Или другого человека искать?
– «Леший», да все будет в ажуре. Решим вопрос по строительству. Но тут же деньги нужны будут немалые.
– Как тебя зовут?
– «Кубик».
– А по паспорту? Ты выходишь на легальный уровень. Тут по имени отчеству придется людей называть и на свое имя, а не на позывало откликаться. Понимаешь, о чем я говорю?
– Да, Леонид. Я понял. Юра я Голубев.
– Едь Юра, договаривайся о встрече на ближайшее время с директором строительной организации.
– Следующий вопрос, братва! Нам надо расширяться по составу. Нормальные пацаны, которые хотят нормально бабло поднимать и жить по пацански? Есть кто с афганцами знаком? И вообще где союз ветеранов Афганистана находится? Надо подъехать, переговорить с людьми.
– На Юбилейной улице находится. Мы с братом там состоим. Воевали за речкой.
– Если память не изменяет – Александр? – спросил я.
– Да, Саша.
– А чем брат занимается? Если времени свободного много, пусть приходит или лучше в союз завтра съездим.
Так на завтра дела тоже появились. Надо дождаться Артема и ехать договариваться с адвокатом. Может что дельного подскажет, как быстро деньги заработать. Укусил я большой кусок, чтоб хватило возможности пережевать и проглотить.
Придется ввести новый вид экспроприации. Будет чуток трясти фирмы-перекупщиков. 10 процентов с партии. Если денег у фирмачей не будет, то забирать откат машинами. Не по закону, нарушаю уголовный кодекс, а по факту – я мертв, умер в 2020. А на мертвых уголовная ответственность не распространяется.
– Саня, – позвал я афганца. – Смотри какая тема, ты же знаешь, что на заводе перекупщики покупают машины дешевле, потом реализуют гражданам вдвое, а то и втрое дороже. Думаю, что пора пощипать этих жирных гусей. Тормозишь автовоз и говоришь, что за охрану машин до границы ставропольского района надо заплатить 10 процентов. Иначе негодяи разобьют весь товар. Если денег нет – забираете натурой. Машину пригоняйте, но обязательно проводить до границ. С ментами проблем не будет, им сейчас не до этого. У них высокооплачиваемая работа есть. Если совсем непонятливые коммерсы попадутся – людей не бить до смерти, а одну машину из 10 разбить в хлам. Это наша доля, и что хотим, то с ней и делаем. Есть какие вопросы?
– Все понятно, сколько с собой пацанов брать?
– Как ты считаешь? Твоя операция, ты и планируй. Вечером доложишь. Может найдешь более интересный способ уговорить наших будущих «партнеров».
– Принял. Тогда до вечера.
Артем так и не приехал. Совсем плохо без связи.
– Братва, а где пейджер можно купить?
 
– Что купить?
– Пейджер, устройство для передачи сообщений. В Москве для олимпиады 80 ввели. Жаль, что у нас еще нету.
– Не, «Леший», точно у нас нету такой техники в городе.
Да когда же эти пейджеры появились? А мобильные телефоны? – убей не помню. В 2020 это стало настолько нормой, что без мобильника в руках ты уже себя не представлял. Неудобно – жуть. Приобрести радиостанции, у комитетчиков, да и у милиции были небольшие радиостанции. Одну на машину надо обязательно приобрести. Или у «Кулибинов» закупится. «Шиша» тоже еще не появился, а уже скоро 3 часа. Надо в УВД ехать.
– Поехали в УВД, одна машина в сопровождении.
Дорога заняла 15 минут. Только сейчас понял, что вносило раздрайв в мой мозг при езде по дорогам Тольятти. Не отсутствие пробок и машин. А то, что дороги были четыре полосы в одну сторону! Зачем? Огромные дороги, обслуживание которых будет стоить бешеных денег. Не считали в СССР деньги. Было в сводке по экономическим преступлениям – подрядчик выиграл федеральный тендер на постройку дороги. Построил, сдал – приняли у него эту дорогу, а потом или контрольно-ревизионное управление автодора, или еще какой контролирующий орган проверил еще раз соответствие документации и фактически построенную дорогу. И выяснили, что ширина проезжей части меньше на три сантиметра. Чем закончилось это уголовное дело я не помню, но сумма причинённого ущерба была с 9 нулями. Представляю сколько тут денег воруется на ремонт дорог. Надо под себя и эту тему подбивать. Деньги присвою однозначно, но хоть дороги сделаю.
И получается, что я не у государства ворую, а забираю то, что другие украли. Мне эти деньги нужнее. Я на них виллы и яхты заграницей покупать не собираюсь. Буду улучшать жизненное положение населения одного города.
Надо срочно закрывать вопрос с другими ОПГ, бойцов забирать под себя. Всем работы хватит.
Переложив в сумку 650 тысяч рублей, я пошел в кабинет к Архипенко. Сержант пропустил без вопросов. Помнил нашу дневную встречу.
– Разрешите, товарищ подполковник?
– Заходи, Леонид. У нас всего готово. Пойдем к начальнику будем договор подписывать.
Кабинет начальника УВД находился на том же этаже, только в другом крыле.
– Леня, ты не волнуйся. Борис Федорович просто кажется суровым. На самом деле он глубоко переживает о всей ситуации.
– Понял, Игорь Олегович, не переживай. Я буду терпеливым и тактичным.
Зайдя в кабинет начальника, я понял, что поступил правильно, не пойдя к нему напрямую. Седовласый крепкий мужчина с цепким взглядом. Смотрит на тебя так, как рентгеном просвечивает. Был бы я на самом деле Леонидом Юрьевичем Левшуковым точно бы портки намочил. А тут перед тобой, Борис Федорович, попаданец с 2020, циник с отсутствием моральной составляющей, которая есть у любого советского человека. Вернее, пока есть. Через пару лет все для вас перевернется, но хоть в этом городе я попытаюсь сделать наиболее безболезненный переход в социальную экономику.
– Добрый день, Борис Федорович. Я хотел от всех предпринимателей Тольятти поблагодарить Вас за то, что поддерживаете порядок в нашем городе. Как написано в Конституции, охрана прав и свобод советских граждан – обязанность всех государственных органов и должностных лиц.
– Ты мне 57 статью Конституции не цитируй. Я знаю свои обязанности!
– Так точно, товарищ полковник! Знаете! – тут надо дурачка включать. Подчиненный, перед начальством должен иметь вид лихой и придурковатый, чтоб разумением своим не смущать начальство. Нацепив на себя морду кота из мультфильма про Шрека, смотрел на большое руководство.
 
– Архипенко, ты все документы сам лично проверил? – спросил Горбачев подчинённого.
– Так точно, товарищ полковник. Все правильно, никаких ошибок нет.
– Давай договор, подпишу. Печать сам поставишь. И начинайте выдачу заработной платы личному составу.
– Есть начать выдачу!