Забудь меня. Ты мне (не) муж (СИ)

Рома и Егор вызывают лифт, я же подхожу к почтовым ящикам, чтобы забрать накопившиеся платежки и несколько газет, что выписывает бабуля. 
Странно, среди общей кучи я замечаю желтый конверт. Интересно, что это такое? Но пока мне не до этого.
Дома Егор достает из пакета мороженое, открывает его и выкладывает в тарелку. 
— Теперь буду ждать, — довольно говорит мальчик, садясь напротив и гипнотизируя сладкое лакомство.
— Это у вас игра такая? — хмыкает Чаровский, передавая мне два пакета из супермаркета.
— Рома, ну зачем ты все это купил? — спрашиваю я, заглядывая в сумку. 
— Чтобы есть. Вы же меня вчера накормили, сегодня я решил ответить вам тем же, — выдает он загадочную фразу.
— Только не говори, что ты сам будешь готовить? — улыбаюсь я.
— Очень даже буду. Сегодня у нас на обед свинина по-Романски и картофельное пюре, — с хитрой улыбкой сообщает Чаровский, но ненадолго застывает в раздумье. — Надеюсь, сковородка у тебя хорошая. Что-то я не подумал, на чем буду жарить мясо.
— Кажется, неплохая. Купила ее три месяца назад. 
— Сейчас проверим, — серьезно кивает мужчина, надевая мой фартук с красными рюшами внизу. 
Я еле сдерживаю смех, глядя на Чаровского. Таким я его еще не видела.
— Отставить смех, госпожа Новикова. Вы садитесь рядом с сыном. Будете развлекать меня.
— Папа, ты умеешь готовить? — наконец отходит от удивления Егор.
— Совершенно верно. Правда, чаще всего я это делаю для себя. Хотя Иришке нравились мои кулинарные потуги, — усмехается Роман.
Через четверть часа кухня наполняется удивительными ароматами. 
— Пахнет вкусно, — говорит сынишка, тяжело вздыхая, поглядывая на пустую тарелку из-под мороженого. 
— Так что у вас с мороженым? Почему Егор гипнотизирует тарелку с надеждой, что в ней появится еще одна порция? — спрашивает Чаровский, продолжая готовить.
— Я боюсь давать Егору много холодного. Он и так часто болеет, — объясняю я.
— Но я давно уже не простывал, — поднимает голову малыш в надежде, что ему перепадет еще порция лакомства.
— Егор, хорошо, я дам тебе еще одно мороженое, но только после полдника, — внезапно для самой себя соглашаюсь я.
— Пап, — переводит взгляд Егорка на отца.
— Я согласен с мамой, сынок. Тут она больше меня понимает, — неожиданно поддерживает меня Чаровский.
— Хорошо, — тяжело вздыхает малыш, но тут же опять улыбается. — Но зато скоро я попробую то, что готовит папа, — радостно выдает он, не спуская с отца вопросительного взгляда.
— Конечно, Егор Романович, уже почти все готово. Предлагаю вам накрывать на стол, леди, — улыбается мне Чаровский.
Все получилось и правда очень вкусно. Мясо прямо тает во рту. Пюре мягкое, совсем без комочков.
Через час общими усилиями посуда перемыта, Егор сладко сопит в своей постели, а я разбираю почту.
— Что там? — спрашивает Роман, подходя ко мне со спины.
Я вздрагиваю от невольной близости с мужчиной. Сердце жалобно стучит. А стопка корреспонденции выпадает из моих рук.
— Кира, это что? — странный холодный тон Чаровского приводит меня в чувство.
Я опускаю взгляд и смотрю на желтый конверт, видимо, это он взволновал мужчину.
— Не знаю. Вытащила из почтового ящика, — бледнея, говорю я.
— Не трогай это письмо, — приказывает Роман и набирает кого-то в своем телефоне.
***
Через полчаса к нам приходят Василий Кузьмич и высокий худощавый незнакомец. Молодой человек одет в светло-голубые джинсы с модными прорехами на коленях и белую футболку с нарисованной на ней мордой тигра.
— Кира, это Леонид Павловский — мой бывший компьютерный гений. Пришлось отдать его в надежные руки брата. Ну а капитана Тимишева ты знаешь. Они оба из отдела безопасности ЧарКомБанка, — говорит Рома, жестом приглашая мужчин зайти в гостиную.
— Добрый день, — кивает парень, достает ноутбук, включает его и углубляется в дебри интернета.
— Покажите конверт, — просит капитан Тимишев.
— Вон он лежит, — кивает Чаровский на столик. — К нему прикасалась только Кира.
 
— Похож на тот, что мы обнаружили неделю назад. Нравится вашему недругу желтый цвет, — произносит Василий Кузьмич, надевая прозрачные резиновые перчатки.
— Это не первый конверт? — удивляюсь я.
— Все так, Кира Дмитриевна, не первый. 
— Но почему мне о нем ничего не сказали?
— И стоило вам еще и из-за этого беспокоиться? — говорит мужчина, сканируя письмо каким-то прибором. — У вас и так было много проблем. Мы хотели избавить вас хотя бы от одной.
— И все же почему мне не сказали? — недовольно выдаю я, поджав губы.
— Не кипятись, Кира. Так было правильнее, — останавливает меня Роман.
— Это наверняка все ты, Чаровский, — фыркаю я.
— Что ни случись, кругом я виноват? — хмыкает мой почти немуж, не спуская с меня пристального взгляда.
— Это был приказ Ивана Борисовича, — завершает наш спор Василий Кузьмич и спрашивает у молодого человека: — Леня, что у тебя? 
— Кажется, я нашел того, кто принес конверт, — сообщает компьютерщик, показывая на экран ноутбука.
Судя по всему, в моем подъезде поставили скрытую камеру. И сейчас она показывает худого мужчину в капюшоне, натянутом почти на пол-лица так, что его глаза надежно скрыты от постороннего взгляда. Нос и губы незнакомца спрятаны под медицинской маской. А в руках пресловутый желтый конверт.
— Хорошо гад замаскировался, — говорит Чаровский и ругается вполголоса.
— А на спине приметный рисунок, — оживляется Леонид, показывая на видео.
— Где-то я такую ветровку видела, — тяну я, пытаясь уловить мысль, но она ускользает. — Не знаю. Но, скорее всего, я видела такую куртку у кого-то из сотрудников нашего отделения. 
— Сейчас проверим, — кивает программист и опять уходит в недра интернета.
Мы сосредоточенно наблюдаем за его действиями. А парень не замечает нас, заходит на сайт ЧарКомБанка, выходит в закрытую часть администрирования, вводит еще один пароль. И через пару минут мы видим папку с видео нашего офиса.
— Да, Лень, не зря тебя Ванька у меня забрал. Если бы я тогда не согласился… — тянет Чаровский.
— То не получил бы ты нужную информацию так быстро, — завершает его фразу компьютерщик. — Хотя тут ничего сложного нет. Фишка лишь в том, что раньше видеонаблюдение в отделениях банков велось только в общем зале, в кабинетах, где принимали клиентов банка. А сейчас мы поставили намного больше камер, и о них знают лишь начальники отделений. 
— А нам нужны именно простые служащие банка, — понимает его мысль Василий Кузьмич. — Что же, ищем нашего доброжелателя. 
Через четверть часа я вижу мужскую фигуру в знакомой ветровке. Только что-то мне не дает покоя.
— Кажется, это он, — говорю я.
— Почему такая неуверенность в голосе? — спрашивает Роман.
— Не знаю. Но что-то мне не нравится. Как-то просто мы нашли этого парня, — пожимаю плечами я, сверля взглядом экран.
— Согласен, как будто нам кто-то преподнес этого молодого человека на блюдечке, — поддерживает меня Тимишев. 
— Давайте попробуем иначе, — говорит Леонид и открывает какую-то программу в ноутбуке, колдует над ней и над видео. — Смотрите, вот несколько кадров с подобным рисунком на ветровке. И это явно не один и тот же человек на экране.
— Этих я знаю, — показываю я на экран ноутбука. — Это операционист Самир Кортнев, это курьер Николай Смолков, а это вообще девушка Яна Варскова, она из кредитного отдела.
— Что же, проверим всех, — кивает Василий Кузьмич. — Но и вам расслабляться не стоит. Может, нам подкинули ложный вариант.
— Кстати, что в письме? — вспоминаю я.
— Пришлю вам его фото вечером. Письмо вскроют в специальном помещении и проверят на нужном оборудовании. У нас такого нет, ни к чему такие траты. Так что я сейчас наведаюсь в охранное агентство Юрия Калинина. Уже созванивался с их детективами. Меня ждут.
— Юрий Калинин? — слышу знакомое имя. — Это не один из твоих друзей Рома?