Князь (СИ)
— Григория Константиновича и Дмитрия Борисовича, думаю не стоит спрашивать о причинах поддержки Александра.
— Можно мне сказать пару слов, перед голосованием? — спросил мальчишка, совершенно не боясь находиться среди глав сильнейших семей империи. И после одобрительного кивка императора продолжил. — Действительно, я пока единственный представитель рода, но надеюсь, что вскоре ко мне присоединиться и брат. — мальчишка посмотрел на князя Апраксина, но тот сидел с совершенно невозмутимым видом. — Нас станет уже двое. И этого ужасно мало для развития рода. Но уже есть два человека. Два молодых человека, которые совсем скоро смогут продолжить род.
Кто-то из князей начал улыбаться, кто-то откровенно смеяться, но были и те, кто начал хмуриться, а император так и вовсе закусил губу, словно боялся того, что парень скажет дальше.
— Уверен, что многие влиятельные семьи захотят породниться с выходцами из двух старших семей. Я готов рассмотреть ваши предложения о женитьбе. Уверен, что совсем скоро Чернышёвы-Апраксины начнут стремительный рост во всех направлениях. Поэтому не тяните. Я очень тщательно будут отбирать первых жён для нас с братом.
— Первых? Собираешься брать несколько жён? — спросил князь Чернышёв, уже прикидывая возможные варианты.
— Минимум по три для каждого. Нам необходимо делать род больше, а с одной женой это слишком медленно. Один ребёнок раз в полтора года.
На этот раз не выдержали практически все, и в помещение на несколько секунд был слышен только громкий смех. Но это совершенно не смутило мальчишку.
— Понимаю, что для большинства из вас это кажется чем-то нереальным. Но мы молоды и полны сил. Поэтому три жены точно потянем, да и с десятком детей справимся. Уверен, что это будет гораздо проще, чем управлять МД, или напугать разумника-Абсолюта, которые решил залезть мне в разум.
* * *Почему взрослые практически никогда не верят детям и просят от них доказательств? И неважно обычные это ребёнок, или представитель старшей семьи, для которого любой обман будет сопровождаться уменьшением силы. И неважно, чужой это ребёнок или их собственный.
По крайней мере, у меня всегда было так. Что в детском доме, что сейчас мне постоянно приходится приводить доказательства своих слов. Вот и князья не поверили мне. Нет, в то, что я могу управлять МД, они как раз поверили, посчитав меня очень слабым одарённым. А вот в то, что я смог напугать Стрепса старшего, нет. Все они прекрасно были знакомы с разумником и знали, на что он способен.
А мальчишка, который может управлять МД, совершенно точно не сможет причинить вреда сильнейшему менталисту империи. А вторым считался Афанасий Воронцов, который председательствовал на этом собрании. Вот его они и попросили проверить меня. Если смогу, хотя бы не позволить разумнику пролезть к себе в мозги, то справлюсь с испытанием.
Но это будет неинтересно. Если дед Вениамина не смог ничего сделать с моей защитой, то и Воронцову успеха ждать не стоит. К тому же ему сперва нужно будет убрать дополнительную защиту, которую поставил мой разумник.
Григорий Константинович и Дмитрий Борисович были против такой проверки, но я не видел в ней ничего плохого. Наоборот, это отличный способ доказать всем сомневающимся моё право не только на княжеский титул, но и на всё, что идёт вместе с ним.
— Афанасий Петрович, ты же понимаешь, что не должен жалеть мальчишку? Раз он говорит, что смог нагнать страху на Стрепса, то и с тобой легко справится. — не веря в меня, сказал князь Старцев.
Хоть Ульяна и сама не очень дружелюбная, но до деда ей далеко. Самый угрюмый из всех князей.
— Не волнуйтесь, никаких послаблений. Но и никаких лишних действий, исключительно пробить защиту, если она есть, а там уже отпущу.
Это уже было сказано Чернышёву и Апраксину, которые выглядели очень напряжёнными. Это они зря, снова в меня не верят.
— Если ты готов, то я начинаю. — спросил меня Воронцов, и я кивнул, сразу же ощутив чужую силу, что пытается проникнуть в мой разум.
Что же, я не виноват, что второй по силе разумник в империи сам решил поступить столь опрометчиво.
Глава 9
— Иван Николаевич, неужели ты ничего не можешь сделать? Голова раскалывается уже второй день. Толком ничего делать не могу.
— Всё, что мог, я уже сделал. Остаётся только ждать. Последствия столь мощного ментального удара целительством невозможно устранить. — покачал головой один из лучших целителей империи, за которым уже второй день ходит глава Клана Света.
Впрочем, он такой не один. К Ивану Николаевичу с похожими просьбами обращались уже все главы двенадцати кланов и даже император звонил. И всем приходилось отказывать. А это значило испортить отношения с самыми влиятельными людьми империи, но по-другому было просто нельзя. Проще отказать, чем согласиться помочь и не сдюжить.
— Да, чтоб его, этого Воронцова! И Долгорукого! Это он предложил испытать мальчишку. Радует только одно, что он единственный из всех князей потерял сознание. Не смог справиться с ударом разумника. Слишком мы были расслаблены и не верили, что Александр действительно смог дать отпор менталисту Годуновых. Никто из нас на подобное точно неспособен.
— Дмитрий Борисович, если вы пришли только затем, чтобы просить меня избавиться от последствий атаки Воронцова, то ничем помочь не могу. Мне сегодня ещё нужно много работать, а времени на всё катастрофически не хватает.
— Погоди меня гнать, Иван Николаевич. К головной боли я уже привык. Пришёл к тебе сегодня с просьбой. Дочь твоя сейчас в академии с Виктором Апраксиным учится. Как смотришь на то, чтобы сблизить детей, пока кто другой этого не сделал?
* * *— Выпрямись и веди себя так, как и полагается хозяину княжества, а значит, и всех людей, которые живут на его землях и работают. — сказал мне Алексей Петрович, больно приложив ладонью по спине. — Когда прибудем на место, никто не должен сомневаться в твоём праве повелевать.
— А когда они с этих земель уезжают, всё, перестают быть моими людьми?
— Это смотря кто. Те, кто принёс клятву твоему роду — нет, а все остальные перестают.
— Получается, что нет у меня там людей. Никто же мне клятвы не приносил. Да и не буду я пока не у кого её принимать. Понятия не имею, как это делать. Да и людей, которым я полностью доверяю, наберётся едва ли десяток.
— Это пока. Уверен, совсем скоро ты окружишь себя верными людьми, иначе просто быть не может. С твоими способностями это не займёт много времени. У тебя дар, располагать к себе людей. Они сами хотят следовать за тобой, и тренировочная база Апраксиных тому прямое подтверждение. Ты в курсе, что больше восьмидесяти процентов сотрудников, что работали там вместе с тобой, подали прошение о переводе в СБ Чернышёвых-Апраксиных?
В курсе. Они сперва со мной советовались. Только сдаётся мне, что это не совсем их решение. По-любому Григорий Константинович приложил к этому руку. Ну а что, я не против. Этих людей более-менее знаю. Они в меня верят, и это главное. Вот немного ещё притрёмся друг к другу и тогда посмотрим, найдутся среди них кандидаты в слуги рода или нет? Для меня сейчас первоочередная задача — окружить себя грамотными специалистами.
Люди, которые работают на семейных предприятиях, сплошь ставленники императорской семьи. Как и все бухгалтеры, экономисты и так далее, что сделают за имуществом рода. Пускай, совет двенадцати подтвердил моё право на имущество Чернышёвых-Апраксиных, но потребуется время, чтобы всё действительно перешло в мою собственность. Обманывать император нас точно не станет. Вернёт абсолютно всё и даже с процентами, что накапали за тринадцать лет. Но в любом случае я должен буду всё проверить. Вернее, не я, а люди, которые разбираются в подобных делах.
Что это за специалисты и где найти действительно надёжных, я понятия не имел. Здесь мне вызвались помочь наставники. Как раз сейчас к одному из таких людей мы и собираемся. Только я и Алексей Петрович. Причём собираемся в одно крайне интересное место — Рюриков Зиндан. Самая известная в империи тюрьма.