Кай из рода красных драконов 4 (СИ)

Колдун скормил Нисе ещё один корень, и спрятал горшок за пазуху.
Пришли! Вот тут, у корней этой старой сосны охранники прикопали сундук и завалили ветками.
К счастью, куча веток выглядела нетронутой. Хотя коварный лунный свет мог и обмануть.
Нишай склонился к схрону, и ощутил лезвие меча на шее.
— Не узнал? — тихо спросил он.
Из темноты вышагнул рябой от оспы широкоплечий воин — начальник его охраны.
— Не узнал, господин, — ответил он негромко. — Одежда на вас чужая. И дракон. Вам же непозволительно летать на драконах.
— Правила изменились, Крейч. — усмехнулся Нишай. — Я теперь буду сам выдумывать себе правила. Убери меч, ты можешь испугать Нису. Она ещё очень маленькая по меркам драконов.
Воин поклонился и медленно убрал в ножны оружие.
Нишай не видел на его хмуром лице признаков страха. Охранник и в самом деле остался верен хозяину, и ему нечего было бояться.
Что ж, Крейч оказался умнее, чем подумал о нём Нишай. А ведь своеволие раньше водилось за ним. Неужели не мечтал о свободе?
— А где ваш меч, господин? — спросил охранник и свистнул тихонько.
Видимо, его напарник спал рядом, в зарослях папоротника.
— Ещё спроси, где моя магия! — развеселился колдун, разгребая ветки, чтобы побыстрее добраться до сундука.
Крейч решительно отодвинул хозяина и взялся за дело сам. Пара минут, и песок полетел в сторону, открывая, окованную железом крышку сундука.
Ниса сунулась посмотреть, привлечённая блеском металла. Нишай легонько хлопнул по любопытному носу драконицы.
Охранник открыл сундук, и Нишаю задышалось совсем легко: все его склянки и амулеты были на месте!
— Мы поняли, что случилось непоправимое, когда печати спали, — сказал Крейч, уступая место у сундука хозяину.
Нишай с блаженным вздохом запустил пальцы в связку амулетов. Ему так не хватало их в этом гнезде бешеных зайцев! Как хорошо быть свободным!
Из кустов выбрался второй охранник. Он тёр глаза и зевал — верно, воины дежурили по очереди.
Нишай надел амулеты и откупорил сразу две склянки: с исцеляющим зельем и источником силы. Перелил в чашу из яшмы. Сделал глоток.
— А чего не удрали? — спросил он весело.
Колдун ощущал, что радость плещется в нём, как зелье в каменной чаше.
— Сначала не могли, — признался начальник охраны. — Страх охватил нас, словно малых детей. Мы не сумели двинуться с места, пока не настала ночь. Потом оклемались. Начали наблюдать за лагерем, и узнали, что вы живы. Решили караулить на условленном месте и ждать удобного момента для побега.
Нишай поймал его взгляд и понял, что у охранников был даже план похищения хозяина. Только привести его в исполнение они не успели. Забавно.
— Не удрали почему, я спрашиваю? — повторил он, сделав ещё один глоток.
По венам потёк огонь — магия возвращалась. А вместе с ней, и голос стал привычно резким.
— Нам некуда идти господин, — признался начальник охраны. — Вернись мы в саха — другой господин наложил бы на нас печати. Чем это было бы лучше? Я охранял вас со времени, когда вам исполнилось всего десять зим.
— Надо же, — усмехнулся Нишай. — А я думал, ты побежишь от меня, куда глаза глядят. Ведь ты боялся меня, Крейн? Боялся, что рано или поздно я скормлю твою душу демонам?
Начальник охраны кивнул.
Да, он боялся. Но другие колдуны были не лучше Нишая.
Бежать в горы? Не умея охотиться и устроить жилище? Это до зимы, а потом что?
К тому же окрестные горы просто кишели дикарями. И теперь Нишай знал, почему.
— Интересно, а что с воинами, которых я послал в саха, охранять юрту и моё тело? — криво усмехнулся Нишай. — Тело у них украли, а юрту?
— Я не знаю, господин, — помотал головой охранник.
Второй замер от страха. Они понимали — Нишай вернул себе силу и может снова наложить печати на них обоих.
— Кажется, я видел наших воинов в лагере дикарей, — насмелился второй охранник. — Было далеко, я не уверен…
Нишай кивнул. Если Кай привёз его тело, он сумел переподчинить себе драконьих воинов или убил их всех. И то, и другое — одинаково опасно.
 
Но что с юртой, оставшейся в саха? С оружием, зельями, книгами?
— Даже если это были наши воины — они теперь чужаки. А нас — всего двое, — продолжал воин.
— Я знаю, — кивнул Нишай. — И не вижу вашей вины в том, что случилось. К тому же драконьи воины подчинились не дикарям, а Каю, посланцу Тенгри.
— Значит, слухи правдивы? — вздрогнул начальник охраны. Голос его сорвался.
Ниса недовольно курлыкнула и стала кружиться, утаптывая площадку. Ей не нравились колючие сосёнки и папоротник.
— Какие слухи? — нахмурился Нишай.
— Что горные духи обижены, и с неба спустился великий воин, Гэсер.
— Вы слышали это в городе? — колдун не смог сдержать удивления.
Вот новость так новость…
— Да, господин.
— Забавно…
Нишай допил то, что ещё оставалось в чаше.
Смешал тройной эликсир бодрости, горький и противный, воняющий полынью. Выпил разом, не морщась.
Если в городе уже ходят слухи про посланника Тенгри — действовать надо ещё быстрее.
Он подошёл к Нисе и потрепал по упругой шее. Драконица охотно боднула его головой, выпрашивая вкусняшку.
— Сейчас, сейчас, подожди, — прошептал Нишай.
Его едва не вырвало от крепости последнего эликсира, но надо было перетерпеть.
Охранники молча стояли рядом, ожидая, что сделает с ними хозяин. В их глазах слабо светилась надежда.
Всё-таки люди — удивительно глупы и наивны. Чего они могли ждать, кроме печатей, но ведь ждут?
— Ну что, готовы служить мне по своей воле? — усмехнулся Нишай.
— Готовы, господин. — Начальник охраны низко склонил голову.
Он говорил одно, а шея сама выгибалась и искала ярмо. Ну, пусть попробует побыть свободным…
— Тогда — за мной! — скомандовал Нишай. — Садитесь сзади. Надеюсь, Ниса поднимет троих. Сопровождайте меня так, как обучены. Мы летим в саха!
 Интерлюдия 
Всё было не так и не к месту у главного колдуна Шудура!
Всю ночь патрули обшаривали закоулки хитрого, свёрнутого в бараний рог пространства саха. И не нашли никого.
А утром выяснилось, что юрта Нишая пуста.
То есть она была пуста и в разгар погони за демонами. Но ночью её охраняли драконьи воины, а к утру и они куда-то исчезли. Да так хитро, что стражники у каменных ворот в саха не смогли вспомнить, видали их вообще?
И вот итог: забрезжил рассвет, демоны растворились в его лучах, и Нишай сгинул вслед за ними. Так разве не он, мерзавец, всё это устроил?
Дальше пошло ещё хуже. Пока Шудур пил свой утренний чай с маслом и тихо постанывал — умелая вторая жена растирала ему ноги — пришёл посыльный колдун от терия Вердена.
Великий наместник императора, едва продрав глаза, требовал собрать общий совет колдунов и воинов, что бывало нечасто.
И Шудуру нужно было срочно собраться. С мыслями. Чтобы понять — донесли ли терию Вердену о ночных беспорядках или у него очередной приступ жгучей и ядовитой зависти?
Терий Верден периодически завидовал всем, но особенно — императору.
Наместник тоже хотел стать императором, и кровь драконов формально давала ему право на это.
В теории.
Жизнь на земле жестока, а Тенгри редко глядит вниз.
Прекрасный страшноголовый император Адджер (так его называли из-за любимой маски в виде распухшего бело-синего лица) не желал соблюдать древнюю систему наследования. Он завёл сына и был очарован идеей передать власть мальчишке, которому шла четырнадцатая зима.
Долгие поколения титул императора Вайги наследовался только в старшем роду.
Он передавался от старшего брата к младшему, а при неимении младшего брата — от дяди к племяннику.
Таким образом, власть всегда находилась в руках взрослых и опытных обладателей драконьей крови. А мальчишкам-сыновьям выделяли отряд воинов и отправляли на завоевание новых земель.
Кто-то из них преуспел и имел уже свой надел, кто-то погиб. Но Вайга процветала, управляемая старшими и мудрыми.