Эмблема

Уже очень есть хотелось, тут и новое тело, и ритуал с исцелением. В общем, я голоден. Хранилища на ауре с запасами нет, отвыкать от этого нужно, поэтому решил о себе позаботиться. С Дарьей договорились встретится за час до наступления темноты, она выйдет к опушке, там я её свисну, но до этого часа уйма времени, так чего ждать? Тем более я не врал, когда говорил, что хороший следопыт и охотник. Даже без всего необходимого, я особо в лесу голодать не буду. Впрочем, тут тоже как повезёт. Поэтому кинув ещё один взгляд в сторону портала, развернулся, и побежал вглубь леса. Кстати, у речки тут просвет, всё кустами поросло, но вообще леса густые вокруг поселения, хвойные, но стволы доставляют железной дорогой, и используют на фабрике. Лесорубы работали у поселения, это да, но чисто обеспечить печки домов и фабрики дровами, и рубили не беспорядочно, а аккуратно, пустырь был только с одной стороны. Я туда не сунулся. Вскоре я приметил след, тут вообще следов хватало, детских немало, но этот взрослого человека, мужчины, свежий, что уверенно шёл вглубь леса. Вот я по нему и пошёл. Точнее рядом, поглядывая по сторонам. Пока шёл, размышлял.
Надо сказать, то что мы с Дашей изобразили мою гибель, это вынужденная мера. Тут конечно не тюрьма, но учёт вёлся. И старший барака, где Тимур жил, вёл учёт, все вернулись или нет? Если кто пропал, будут искать, ссыльный в бега подался, и на возраст тут не смотрят. А пока руки развязаны, и я решил этим воспользоваться. Надежда была на портал, на мир с той стороны, а пока просто желал поискать что поесть. Насчёт этого с Анной тоже обговорили, паёк итак небольшой, делить не нужно, это привлечёт внимание, пусть среди малых поделит, они постоянно есть хотят. Понятно на ушко матери шепнёт, что я всё же цел, но только ей, не малым, растрепать могут. Дети же. Тут я упал и перекатился за ствол молодого кедра, уползая прочь. Неизвестный, по следам которого я шёл, двигался навстречу, засёк его движение среди деревьев. Не простой мужичок, здоровый такой кабан, и проследил ещё метров на двести. Он видимо из охраны, на плече ремень с карабином «Мосина». Охотник? Так добычи не вижу. Да и выстрела не слышал. Покачав головой, я двинул дальше по следам. Оп-па, в этом месте след изменился. Чуни надел? Похоже. Это вроде валенок, но это кожаные поршни, след почти не оставляют, но почва мягкая, а он кабан тяжёлый, так что отследил до тайника, что тот посещал. Разворошил старые листья в выворотне упавшей сосны, и достал армейский вещмешок. Осмотревшись, ощупал всё у тайника, о, армейская пехотная лопатка с чехлом, больше ничего не нашёл, и отбежал в сторону. Тяжёлый вещмешок, кило десять. На ощупь что-то небольшое, вроде мешочка. А когда развязал, и стал доставать матерчатые мешочки, только скривился.
Это золото было, самородное, и песком. Кило десять будет. Или курьер, может посредник, или сам моет. Не знаю, но из посёлка, это точно. Скорее всего незаконная добыча золота. Добежав до речки, путая следы, я подобрал подходящее место, разделся, одежда уже высохла, это ботинки ещё влажные, и спрятал на дне, у самого берега, тут что-то вроде затона было. Один мешочек оставил, с песком, в портал пройду, мало ли пригодится, что купить? Вещмешок тоже оставил, как и лопатку, первое имущество, уже неплохо. Да, пока в речке возился, за полчаса поймал голыми руками две форелены. Вода ледяная, замёрз, зуб на зуб не попадал, много рыбы упустил, но хоть что-то добыл. Натаскал веток и начал острой кромкой лопатки стёсывать бока сухой. Скоблил, получалось как пыль древесная, или крупные обломки, веточек мелких нарубил. Дальше используя лопатку и найденный камень, стал бить им по лопатке, по кромке, выбивая искры, что летели на древесную пыль, и она вскоре занялась, пошли языки пламени, и стал лучины подкладывать, и за ними ветки покрепче, раздувая пламя. Пока костёр разгорался, поглядывая по сторонам, не хочу, чтобы меня застали врасплох, на валуне почистил обе рыбины, одну отложил, по полтора килограмма где-то обе, Дарье отдам, вторую уже насадил на ветку, набив в брюхо ароматных травок, росли тут знакомые. Без соли буду есть, но я так голоден, съем и без соли.
 
Пожарил неплохо, поел, половину рыбины осилил, после исцеления действительно сильно есть хотелось. Одеваться я не спешил, снова в затоне рыбу половил, тут повезло, три поймал, две форели и один лещ на кило. Всё почистил и пожарил на углях, я туда ветки ещё подкидывал. И согрелся у костра, после купания, и одевшись, стал прикидывать что с собой брать, на разведку портала. Одну жареную рыбину, запас еды, в вещмешок уберу, золото, лопатку понятно, да больше ничего и нет. Лопатка, она ещё и топор, и нож, для всего сгодится. Я её ещё подточил с одного бока, чтобы острее была. Рыбу всю пожарил, сочная, жир так и тёк. Особенно лещ на это был хорош. Пачкать вещмешок не хотелось, поэтому обложил рыбу небольшими листами лопуха, да папоротника, и нёс в руке, когда под вечер двинул обратно, за это время я ещё дважды брюхо набивал пока не насытился. Ничего, три рыбы нёс, отдам Дарье, семью подкармливать надо. Питаются в общей столовой, но если что получить или обменяться, вот такие рыбины в самый раз будут, посолил и сразу есть можно. Я хорошо готовлю на костре, не сырая, и не сжёг. Да, что я имею. У меня чёрные брюки, вполне по размеру, трусы чёрные-боксёры, рубаха клетчатая, серая, с тёмными полосками. Кепка, и куртка на два размера больше. Всё сильно ношенное, кое-где штопанное, но в порядке. Обувь, коричневые ботинки на толстой подошве с шнуровкой. Вообще обувь осенне-весенняя, но другой не было, а босиком бегать, Тимур не приучен был. Обувь и куртку я подсушил у костра, уже не сырые. Вещмешок за спиной, в нём лопатка и мешочек с золотом, рыбу нёс в руках.
Добрался до поселения, народ шастал, и как высмотрел Дарью, сместился, чтобы перехватить её. А мы договорились, пусть в лес идёт, я сам найду её. Та торопилась, обрадовалась улову, и пока жадно, но аккуратно ела, слушала, что у меня было за день. Потом я выслушал её. Ложь наша прошла, и больше всего её возмущало, что никто искать моё тело и не думал. Записали показания, и отпустили. Предъявлять что-то несостоявшимся насильникам и состоявшимся убийцам, тоже ничего не стали, хотя и опросили, но они всё отрицали. Вот такой статус у ссыльных. Твари. Да, сразу опознала того мужика из леса, чей тайник я увёл. Это был участковый поселковый, ему показания и давала. Ещё ждала как вернётся. А вот узнав о портале, даже обрадовалась, но сказала, что со мной пойти не может, нужно отметиться в женском бараке. Договорились встреться тут завтра утром, обнялись, и она побежала обратно. Нужно успеть маму в больнице покормить, и сестрицам тоже оставить. Добычу решила на своих потратить, тем более я обещал ещё добыть, и правильно, не дело детям голодать. А я ждал наступления темноты. Уже в предвкушении, хочу узнать, что там за мир. Скорее всего тоже Ветки Земли, Грек говорил они часто встречаются, но проверим.
Проследив как фигурка Дарьи скрылась среди строений, я стал ожидать темноты. Да уже темнело. Загорелись в посёлке фонари, видать был генератор. Вот так пока лежал у дерева, отдыхая, да ожидая, обдумывал рассказ Дарьи. Матери всё рассказала, тихо на ушко, так что будут ждать. Появилась надежда встать на ноги, а то Анна Васильевна угасала, понимала каким бременем стала для своих детей. Вроде поверила. Поплакали обе над Тимуром, но от меня отказываться и не думали. Так что тут порядок. Буду спасать всех. А пока, как стемнело, я скользнул в сторону окраины поселения, быстро добрался до портала, прислушавшись, вроде тихо вокруг, какой-то Барбос гулко залаял, но вскоре стих, и осторожно пальцем коснулся портала. Есть хлопок, воздух от нас уходил, и довольно сильно. Поэтому я сделал шаг и перешёл в тот мир, сразу поёжившись. Да тут зима, тоже ночь, низкие тучи скрывали небо, сугроб под ногами, по колено погрузился, и зима натуральная, минус тридцать где-то, хорошо ветра нет, и странная тишина вокруг. Осмотревшись, я принюхался, и поёжился. Не знаю кому как, но меня этот мир пугал, да ещё заметно тяжело дышать было. А осмотревшись, недалеко, метров на двести вокруг поля, с редкими соломками травы. Это степь была. Я уже собрался вернуться, обратная сторона портала рядом отчётливо видная висела, тут нужно лучше приготовиться и иметь зимнюю одежду, когда приметил массу на границе возможности рассмотреть. Подумав, запахнулся в куртку, кепку на самые уши и быстрым шагом пробежался, спотыкаясь в сугробах, к той массе. Добрался быстро, минут за пять. Это оказался уборочный комбайн, да ещё знакомой модели «Нива». Тот сгоревший стоял на ободах проржавевших колёс. И что важно, из кабины на половину торчал сгоревший человеческий костяк. Я попятился и побежал обратно. Стало ясно что это за мир. Мёртвый мир, Грек про такие рассказывал. Скорее всего после ядерной войны, возможно тут даже тараканы не выжили. Ну его к чёрту, я жить хочу. Ещё радиации бы не отхватить.